Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

стараясь не впадать в панику, к которой была очень близка, Тамара натянула на себя бельё, застегнула бюстгальтер, но, когда дело дошло до платья, молния на спине упрямо не поддавалась. Пальцы скользили, цеплялись, но застёжка не двигалась с места.

– Ну же, давай… – шёпотом вырвалось у Тамары в отчаянии. В её словах прозвучала такая тихая ярость, что, не будь она в столь отвратительном состоянии, бросила бы одежду куда подальше и закричала бы.

– Помочь?

Голос, прозвучавший за её спиной, низкий и спокойный, ещё хриплый ото сна, заставил девушку резко обернуться. Платье выскользнуло из рук и бесшумно упало под ноги. Тамара быстро подняла его и прижала к телу. Щёки вспыхнули из-за сильного смущения, она даже не успела толком осознать сложившуюся ситуацию.

Настроение Тамары стало ещё более мрачным.

Давлат сидел на кровати, опершись затылком о мягкое бархатное изголовье. Белое одеяло сползло до пояса, обнажив мужской торс – подтянутый, со светлой кожей, словно никогда не знавшей лучей солнца, и с чёткими от природы линиями мышц.

Давлат смотрел на Тамару.

Чёрные, как ночь без звёзд, глаза старшего Вавилова изучали её с невозмутимым спокойствием.

– Значит, мы… – начала Тамара, но её голос предательски дрогнул. Мысли путались, непонимание того, как себя вести и что сказать, выбило её из колеи. Она была растеряна настолько, что оцепенела.

Давлат приподнял брови, в уголке его рта дрогнула тень улыбки.

– Есть сомнения?

Тамара опустила взгляд, сжав в руках платье, которым пыталась прикрыться. Стараясь не думать о ситуации, в которой оказалась, она как можно более спокойным голосом произнесла:

– Мне нужно одеться, не смотри на меня.

– Я закрыл глаза, – как ни в чём не бывало произнёс Давлат, не пошевелившись.

Убедившись, что его веки и вправду были опущены, Тамара со скоростью света натянула на себя платье, застегнуть которое ей так и не удалось. Она быстро обвела взглядом вещи, разбросанные по всему полу, и, поняв, что накинуть на себя ничего не получится, увела руки за спину и попыталась хотя бы так придержать платье.

– Этого не должно было произойти, – произнесла Тамара, и её голос прозвучал на удивление твёрдо, почти как приговор. – Мы не должны были проснуться в одной постели.

Давлат не ответил, но его глаза медленно открылись и снова устремились на девушку, которая напоминала ему загнанную в ловушку лань – невероятно красивая, испуганная и при этом готовая в любой момент сорваться в бегство.

– Может, позавтракаем и поговорим? – предложил он, привстав на кровати, придерживая одеяло.

Тамара замерла, затем отвернулась к двери, встав боком к мужчине и прикрыв глаза. Давлат с играющей усмешкой на губах оказался уже на ногах, нагнулся, подобрал трусы и брюки, и не спеша оделся. Рубашку он не приметил в бардаке на полу.

– Нам есть о чём говорить? – голос Тамары зазвучал холодно, больше с нотами раздражения, что никак не сочеталось с её алыми, вспыхнувшими от смущения щеками. Но в карих глазах скрыть что-либо не удалось, в них отчётливо горели краски растерянности, стыда и злости.

Давлат усмехнулся. Не насмешливо, а скорее с лёгким недоумением.

– Думаю, есть о чём.

Босиком он прошёл к шкафу и достал с вешалки чёрный пиджак и протянул его Тамаре, но она никак не отреагировала на этот жест.

– Пойдём на кухню, – сказал Давлат, сделав шаг в сторону Тамары и накинув пиджак ей на плечи. Затем он вышел, оставив дверь комнаты открытой.

Тамара на пару секунд закрыла глаза, сжав веки так сильно, что в висках чуть не застучало.

– Господи, что я натворила…

Её шёпот растворился в тишине.

Она вдохнула как можно глубже, сглотнула неприятный ком в горле и, стараясь не смотреть на смятую постель, вышла следом за Давлатом.

* * *

Кухня была просторной и светлой. Ноги приятно грел пол с подогревом.

Давлат стоял у кофемашины, его сильные руки двигались уверенно – никаких лишних движений. Он не обернулся, когда вошла Тамара, хотя прекрасно услышал несмелые женские шаги.

– Тебе добавить молока?

– Да, – коротко бросила Тамара, чувствуя, как незастёгнутая молния чуть царапает кожу на спине. Пиджак был очень кстати. Распущенные кудрявые волосы беспорядочно лежали на её плечах. Ей не удалось найти шпильки, чтобы собрать их в привычный пучок на затылке.

Кофемашина гудела, наполняя комнату насыщенным ароматом и заполняя тишину, возникшую между двумя людьми, которые неожиданно стали ближе друг другу за одну ночь.

– Наверное, голова сейчас трещит от выпитого? – предположил Давлат. – Раз в моей такой грохот.

– И не только, – тихо ответила Тамара.

Она заметила, как стоящий к ней спиной Давлат, так ничего и не набросив на голый торс, напрягся в плечах. А может, ей просто показалось, учитывая то, что она засмотрелась на высокого мужчину, который заставил её щёки вспыхнуть ярким румянцем.

– Ты воспользовался ситуацией? – спустя минуту спросила Тамара тихим голосом.

Давлат повернулся к ней. В руках он держал две чашки, но его взгляд был тёмным, почти чёрным, и черты лица на фоне аккуратного черепа выглядели слишком острыми.

– Ты ведь мог этого избежать – но не сделал. – Голос девушки стих, и она стала мрачнее тучи.

Кухня внезапно стала тесной для двух человек, а воздух – густым от невысказанных слов. От чашек с кофе шёл пар. Давлат замер на месте, не сводя с Тамары пристального взгляда. Он не понял, что его удивило больше – наивность её слов или их правдивость. Наконец, совладав с мыслями, он подошёл к кухонному островку, что отделял их друг от друга, и поставил на стол две белые чашки. Одну придвинул ближе к Тамаре, но девушка не сводила глаз с его сдержанного молчаливого лица.

– Это всего лишь секс. Не придавай случившемуся большого значения, – голос Давлата прозвучал ровно, почти бесстрастно, но в глубине глаз тлели угольки воспоминаний.

Тамара резко вдохнула, будто её ударили в солнечное сплетение.

– Секс без любви отвратителен, – её голос дрогнул, брови неодобрительно сдвинулись к переносице. Она почувствовала себя до невозможности неуютно – из-за него, из-за всей этой ситуации. И как бы она ни пыталась собраться с мыслями, это никак ей не удавалось.

Давлат усмехнулся, нарочито медленно сказав:

– Учитывая твои стоны, я бы так не сказал.

Глаза Тамары вспыхнули – карие, блестящие, как лезвие ножа на солнце. Сверкнувшие от злости. Ненависть мгновенно отразилась в них. А следом и обида. Давлат застыл на долю секунды, поняв, что его мимолётно брошенные слова ранили её.

– Да пошло оно всё… – Тамара рванула к двери.

Её остановил голос Давлата, низкий и твёрдый:

– Есть кое-что,