Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

в раскрытии серьезного дела — это не повод стыдиться, но и прославиться таким образом не хотел. Иными словами, злился он больше на самого себя. А вот в чем причина недовольства профессора, Фан Му понятия не имел.

— Хм… ну, как сказать…

— Да не мямли! — воскликнул профессор Цяо, и его голос разнесся по всей квартире. — Говори, правда или нет?

— Правда.

— Тогда расскажи, будь любезен, что именно произошло.

За неимением выбора Фан Му посвятил профессора в детали дела Ма Кая.

Когда он закончил, профессор Цяо долго молчал. Потом спросил:

— Ты впервые проделываешь что-то подобное?

Фан Му заколебался. Потом покачал головой: «нет».

Профессор Цяо фыркнул, но ничего не сказал. Вытащил из пачку новую сигарету и глубоко затянулся, нахмурившись.

Фан Му так и подмывало спросить, что его рассердило, но он не решался открыть рот. Оставалось лишь сидеть, терзаясь недосказанностью.

— Фан Му, — ни с того ни с сего спросил профессор, — в чем суть криминального профилирования?

— Хм… — От неожиданности Фан Му замялся, но быстро сообразил: — Криминальное профилирование, или профайлинг, — это набор некоторых предположений насчет убийства, для формулирования которых требуются специальные навыки. — Он сделал паузу. — Эти предположения не могут приниматься за достоверные факты.

— И как считаешь, ты имеешь эти специальные навыки?

— Нет. — Фан Му опустил взгляд.

— Тогда какого черта ты сообщаешь свои так называемые «предположения» полиции, вмешиваясь в расследование, и занимаешься составлением профиля их подозреваемого?

Фан Му не отвечал. По крайней мере, теперь ему стало ясно, что рассердило профессора Цяо.

— Хороший криминолог уважает свою науку и предмет изучения, — продолжал профессор. — Особенно это касается применения теории в раскрытии реальных преступлений. Для этого надо, во‑первых, полностью овладеть фундаментальными знаниями, а во‑вторых, придерживаться очень осторожного, скрупулезного подхода. Как ты наверняка знаешь, наше мнение может повлиять на права человека, его свободу и даже жизнь.

Профессор Цяо постучал пальцем по столу, подчеркивая последние слова.

— Это тебе не игра! О квалификации криминолога судят не по количеству опубликованных им статей и не по абстрактным задачам, которые он решил, а по тому, сумел ли он поставить свое образование, теоретические знания и опыт на пользу обществу. И все это не имеет ни малейшего отношения к тому, чтобы прочитать несколько книжек, возомнить себя чертовым гением, а потом решить попытать удачи!

Покрасневший Фан Му ничего не отвечал.

— Тебе могло показаться, что с Ма Каем ты одержал грандиозную победу, но я-то вижу, что это чистое везение!

Фан Му поднял глаза.

— Хочешь сказать, ты не согласен? — гневно спросил профессор Цяо. — Тогда так. Во-первых, Ма Кай — один из самых показательных примеров дезорганизованного убийцы, каких я только видел, и я сильно удивлюсь, если его случай не станет хрестоматийным. Во-вторых, с помощью какого метода ты пришел к выводу, что Тон Юй похитили? Или тебе подсказала интуиция? Тебе просто повезло случайно наткнуться на нее, но ты должен понимать, что неверный вывод в подобной ситуации может привести к гибели жертвы! Когда ты покидал квартиру, чтобы отправиться на ее поиски, Тон Юй, скорее всего, была еще жива! И в‑третьих, ты прекрасно видел, что похищение Сю Чжи — не в стиле убийцы, но, хотя тебе следовало подумать о подражателе, ты решил, что он делает запасы крови.

Холодный пот выступил у Фан Му на лбу, пока подробности дела Ма Кая проносились у него в голове.

«Профессор прав. Мне просто повезло. А еще я был слишком самонадеян. Окажись любая моя догадка ошибочной, и все кончилось бы гораздо хуже».

Устав говорить, профессор Цяо взял со стола чашку с чаем и сделал глоток. Чай давным-давно остыл. Подняв голову и увидев студента, так и застывшего в одной позе, с каплями пота, текущими по лицу, профессор немного смягчился и заговорил уже более мирным тоном:

— Твоя тяга к эмпирическому опыту весьма похвальна. Но ты, дорогой мой, слишком нетерпелив. Если действительно хочешь сотрудничать с полицией и раскрывать преступления, тебе придется учиться еще лет двадцать, а то и больше.

Фан Му заставил себя кивнуть.

Тут в дверь заглянула госпожа Цяо:

— Я приготовила вонтоны[49]. Фан Му, ты ведь останешься на ужин?

Фан Му попытался отказаться, но профессор Цяо прищурился на него:

— Что такое? Не терпишь критики?

Потом он встал и, подтолкнув гостя в спину, пошел с ним в столовую.

* * *

Позже, когда Фан Му во второй раз собрался уходить, профессор Цяо сунул ему в руку пачку дорогих сигарет, «Гибискус Кинг». Потом вышел на балкон и посмотрел, как силуэт юноши растворяется в ночи.

«Хороший парень».

Хотя он и раскритиковал его работу, надо было признать, что в душе был искренне восхищен.

Однако надеялся, что больше эта ошибка не повторится.

* * *

Добравшись до кампуса, Фан Му понял, что совсем не хочет домой. Все эти любопытные глаза, провожающие его, — при одной мысли о них он ощущал неловкость. Недолго поколебавшись, пошел по длинной дороге, мимо легкоатлетического стадиона.

Весь день палило солнце, и трибуны вокруг стадиона были еще теплыми. Фан Му присел на разогретую скамью. В темноте он видел парочки и группы, бродящие по беговой дорожке. Поблизости раздался смех, и юноша, не удержавшись, улыбнулся.

Внезапно ему захотелось курить. Вытащив из кармана пачку «Гибискус Кинг», он поджег сигарету и сделал глубокую затяжку.

Уже долгое время Фан Му жил, не задумываясь о будущем. Как будто стремился к какой-то цели, но сказать, в чем она заключается, не мог, и оттого ощущал пустоту внутри. Бесконечные сомнения. Поспешные выводы. Места преступлений, залитые кровью. Жуткие фотографии на компьютере. И непрекращающиеся ночные кошмары. Все это, словно мрачная тень, преследовало его последние два года. И вот теперь он понял, что измотан до предела.

«Так чего же я хочу?»

Он поглядел на звезды, мерцающие в небе. Казалось, что кто-то оттуда подмигивает ему.

«Вы все, там, наверху… что мне делать?»

* * *

Фан Му успел в общежитие к комендантскому часу. Как только он вошел в комнату, Ду Ю сообщил, что весь вечер ему названивает мать.

Фан Му набрал родительский номер. Она взяла трубку с первого гудка — судя по всему, так и сидела у телефона.

— Почему ты возвращаешься так поздно?

— Просто гулял. — Фан Му не хотелось посвящать ее в подробности. — Что-то случилось?

— Нет-нет, ничего. Просто в последний раз, когда ты был дома, мы заметили, что ты очень худой. Мы с папой волнуемся. Он хотел с тобой об этом поговорить, но ты так быстро уехал!

— Мам, со