Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

— Спасибо. Покараулишь около машины, пока я переоденусь?

— Буду рад, сладкая моя.

— Прекрати со мной фамильярничать.

— Как скажешь, — ухмыльнулся Уэбстер. — Я никогда не спорю с женщинами. Особенно с теми, у которых при себе оружие.

Мартинес поджидал Мардж на стоянке, на губах его играла язвительная улыбка.

— Ну, и на сколько калорий в день тебя посадили? — осведомился он.

— Сначала меня взвесили, потом я получила консультацию от какого-то существа, такого тощего, что определить его пол было невозможно, — сказала Мардж и вытерла пот со лба. — Затем меня отправили в спортзал, где я выполнила комплекс упражнений для начинающих. Знаешь, есть такая штука — степ-аэробика. Упражняешься с помощью стульчика, вроде табуретки. То на него шагнешь, то обратно— туда-сюда, туда-сюда. На редкость тупое занятие. А главное, толку никакого — завтра только мышцы будут болеть, вот и весь результат.

— Ты хоть поработать-то успела?

— К твоему сведению, я выбрала стульчик, который стоял около окна, так что мне все время было видно офис этой дамы. Никакого движения — никто не входил, никто не выходил. Интересно, чем она целый день занимается? Наверное, разглядывает себя в зеркало.

— Или мужиков пытает. — Мартинес передернул плечами. — Ну, у меня-то костюмчик что надо. — Он полез в сумку и вытащил оттуда униформу уборщика. — Моя не говори… англицки, — проблеял он, скорчив рожу.

— А где ты, собственно, будешь убираться, Берт? Ведь ключей от офисов у тебя нет.

Мартинес поднял вверх указательный палец и, открыв багажник машины, извлек оттуда пылесос.

— Томми сказал мне, что холлы в здании застелены коврами.

Мардж не выдержала и рассмеялась.

— А что ты будешь делать, если она вдруг выйдет из здания и отправится куда-нибудь на машине? Ты ведь не можешь бежать за ней с пылесосом в руках — она обязательно тебя заметит.

— Я тоже об этом подумал, — сказал Мартинес. — И как раз на такой случай прицепил радиомаяк к шасси ее тачки.

— Это незаконно.

— Да, наверное.

Мардж прикрыла лицо ладонью.

— Похоже, мы нарушаем все инструкции и правила, какие только существуют.

— Да нет, у нас есть еще резервы.

— Счастливо тебе. — Мардж помахала Мартинесу рукой. — Я поехала в суд давать свидетельские показания.

— По какому делу?

— Народ против Тобиаса.

— А, мистер «Я не хотел, я не хотел».

— Погоди, судья с ним разделается, — ухмыльнулась Мардж. — Впаяет этому Тобиасу такой срок, что ему в самом деле ничего на свете больше не захочется.

— Значит, Жанин имеет право полностью распоряжаться той частью наследства Дэвида, которую он должен получить по достижении тридцати лет, так? — уточнил Декер.

— Ну, она, конечно, не может пойти на явное мошенничество, не может присвоить его деньги себе. Такие вещи легко выявляются при судебном разбирательстве. Но существуют кое-какие тонкие маневры, позволяющие ей перекачать деньги Дэвида, или по крайней мере часть их, в свой карман.

— Например?

— Будучи опекуншей наследства и человеком, которому поручено осуществление завещания, она может на вполне законных основаниях назначить себе жалованье за то, что распоряжается деньгами брата. И кроме того, она имеет право вкладывать часть его наследства куда пожелает.

— Ну, это уж слишком. Должны быть какие-то ограничения, Фаррелл.

— Говорю вам, лейтенант, куда захочет — при условии, что ее капиталовложения не связаны с повышенным риском. До тех пор, пока она будет придерживаться стандартной инвестиционной практики, ее ни в чем не упрекнешь. Но это дело долгое. Она может найти немало других способов облапошить своего братца.

— Каких, к примеру?

— Очень простых… скажем, заморозить его денежки. Самое смешное, что все надежные инвестиции, как правило, долгосрочные и не дают быстрого дохода. Допустим, муниципальные облигации или облигации госзайма.

— Для этих бумаг существует вторичный рынок.

— Да, но тем не менее так уж сложилось, что облигации — долгосрочные бумаги. Весьма неудобная штука, когда надо получить денежки в срочном порядке. Кстати, в положении об опекунстве на этот счет есть особый пункт.

— Касающийся получения денег в срочном порядке, да?

— Это называется «единовременная чрезвычайная выплата». Схема такая. Если Дэвиду вдруг позарез понадобятся деньги, он должен обратиться к сестре, а уж та имеет право действовать по своему усмотрению. В принципе Жанин может удовлетворить его просьбу, если будет установлено, что у Дэвида действительно чрезвычайные обстоятельства.

— И кто это определяет?

— Опекун, так что расхождения в оценках весьма вероятны.

— То есть Дэвид, допустим, считает, что ситуация чрезвычайная, а Жанин может с ним не согласиться?

— Точно.

— И что дальше — суд?

— Да. — Фаррелл кашлянул. — Но Жанин, если захочет, может выплатить Дэвиду какую-то сумму единовременно в обмен на отчисление ей определенного процента от его части наследства. Вот тут-то и кроется главный канал перекачивания денег из его части в ее.

— Ясно.

— Жанин может заявить брату, что его деньги вложены в облигации, которые в данный момент являются неликвидными. Но… — Гейнор поднял вверх палец. — Будучи доброй, любящей сестрой, она готова сделать Дэвиду одолжение и выкупить часть его ценных бумаг по их рыночной стоимости. И если они котируются в данный конкретный момент ниже номинала — а с долгосрочными бумагами обычно так и бывает, — то Жанин получит кое-какой навар.

— Но ведь тогда она тоже увязнет в этих обесцененных облигациях.

— Штука в том, что Жанин может позволить себе поступать в соответствии с ситуацией, складывающейся на рынке, — подождав, пока облигации принесут ей доход, или продав их в случае неожиданного падения процентных ставок. И все это потому, что она полностью распоряжается наследством. И потом, ее-то деньги в основной массе не связаны долгосрочными облигациями.

— Значит, в этом случае получается, что она как бы покупает деньги Дэвида за часть их стоимости.

— Именно.

— А если Дэвид начнет протестовать?

— Повторяю, при условии, что Жанин вложит его деньги в соответствии со стандартной инвестиционной практикой в надежные бумаги, без особого риска, у Дэвида ничего не выйдет, даже если он обратится в суд. А муниципальные облигации и облигации государственного займа — это вполне надежные капиталовложения. — Гейнор нахмурился. — Вообще-то на месте Дэвида я бы забеспокоился. Если Жанин расправилась со своими родителями, не думаю, что у нее не поднимется рука убрать несговорчивого братца.

— Правда, тогда все это начнет выглядеть весьма подозрительно, — заметил Декер и, подумав немного, добавил: — Хотя, конечно, Дэвид всегда может умереть в результате какого-нибудь несчастного случая — например, от передозировки наркотика.

— Давайте попробуем продолжить эту мысль, — предложил Гейнор. — Если Жанин все сделает быстро, еще до того, как средства Дэвида будут куда-либо вложены, его наследство, скорее всего, просто перейдет к ней.

На некоторое время в комнате наступила тишина.