Десерт из тайн для Скорпиона - Соль Решетникоф

ничего подобного и, разинув рот, пялилась, как пещерный человек на телевизор. Мужчина был такой же неотразимый, как и Рафаэле, с уверенно-сексуальным взглядом, но одновременно оставался недоступным и таинственным.

Заиграла медленная мелодия. Лола увлекла остолбеневшую подругу к барной стойке и заказала по «Кровавой Мэри». Отпив, вытащила оттуда ломтик сельдерея.

– Послушай, крошка, с танцами у тебя полная засада. Надо будет устроить пару-тройку уроков. – Но потом немного театрально облокотилась на стойку, подперла рукой подбородок. – Не слушай меня. К черту все эти условности! Танцуй как хочется. Терпеть не могу в последнее время все эти «нужно», «должна». Вообще, хочу сменить работу. Найти какое-нибудь местечко, где я могла бы быть свободной, а мои идеи – ценными, без всяких правил, потому что кто-то кому-то сверху приказал.

Даниэла вслед за Лолой отпила глоток коктейля и кивнула.

– Понимаю. Тоже еще тот денек случился, такой себе, на контрастах. Я пособачилась с администратором, зато мне предложили участвовать в кондитерском конкурсе. И теперь даже не знаю, как мне быть.

Лола оживилась.

– Как не знаешь? Это же замечательно! Конкурс – клевый шанс для продвижения по карьере. Какой именно?

– «Сладкий вызов».

– Обалдеть! Так тебя на всю страну показывать будут. Как бы я хотела стать членом жюри!

Даниэла сделала еще глоток. С непривычки захмелела, и контролировать речь ей было так же сложно, как остановить реку ладонями:

– Ты и так это узнаешь. У своих карт. Поэтому открою сама тебе секрет.

– Ого! – воскликнула Лола. – Теряюсь в догадках.

– Я устроилась в кондитерскую не ради карьеры.

– Понятно. Ради хлеба насущного, – ухмыльнулась Лола. – Все мы ради него тащимся по утрам в ненавистный офис.

– Нет. Но это очень длинная история. И в ней есть темные пятна, очень темные… В общем, расскажу тебе все с самого начала.

– Похоже, нам надо еще по «Кровавой Мэри». – Лола сделала знак официанту, сняла губами оливку со шпажки в опустевшем бокале и нетерпеливо прожевала, прикрыв ладонью рот. – Это имеет какое-то отношение к твоему появлению в Филодоро?

Даниэла кивнула. Скрестила руки и, не обращая внимания на музыку, принялась рассказывать свою историю, которую ей повторяла сестра Франческа. Начала с того самого дня, когда в автомобильной аварии погибли ее родители, а какой-то мужчина принес ее в приют святой Катерины. Потом ей написал Энио, друг отца, и взял с нее слово держаться подальше от Бесси, который и убил ее родителей.

– И тогда я решила устроиться к Карризи, чтобы найти убийцу. Представляешь, я столько искала, но так и не смогла найти фото этого монстра. – Завершила свой рассказ Даниэла и выдохнула. С ее души упал груз. Тяжело быть одной в городе, где никого не знаешь. Ей нужен был друг, с которым бы она могла все обсудить. Конечно, Наоми ей никто не заменит. На лицо Даниэла набежала тень. Но эта легкая и жизнерадостная девушка вполне вероятно сможет стать ей другом.

Лола посмотрела на нее, с недоумением разинув рот:

– Нет, ну я знала, что у женщины-Скорпиона обязательно должен быть какой-нибудь секретик за пазухой. Зачем? Почему именно к Карризи? Ты ничего не рассказала о человеке, который тебя спас.

– Так я ничего о нем не знаю. Франческа сказала, что уже не помнит. Столько лет прошло, столько историй. Зато я точно теперь знаю, кто убил моих родителей. Мне писал об этом Энио.

– А кто такой Энио?

– Это друг папы. Он все эти годы поздравляет с Днем рождения.

Лола рисовала в воздухе шпажкой от оливки знаки, похожие на вопросительные:

– Загадки, одни загадки, а я уже столько выпила, что перестаю следить за ходом твоих мыслей.

Музыка гремела и мешала разговору, тем более мешала сосредоточиться. Даниэла наклонилась почти к самому уху Лолы.

– Помнишь нашу первую с тобой встречу? Ты назвала тогда имя Фионы Росси. Так вот, я принялась собирать информацию о Карризи, его кафе, его отце. Настоящем отце Рафаэле.

– Бесси?! – Лола отпрянула, чуть не падая с табурета. – Надеюсь, ты не собираешься убить Рафаэле?

– Ну что ты. Рафаэле всего лишь приведет меня к нему.

Лола хихикнула:

– По-моему, ты переоцениваешь свои возможности, крошка. Хоть знаешь, что за человек Бесси?

Даниэла сощурилась:

– Или ты меня недооцениваешь. Я должна отомстить тому, кто лишил меня семьи.

Лола, все еще под впечатлением от рассказанного, достала из сумочки колоду карт Таро.

– Люди не всегда знают то, чего хотят на самом деле. А карты открывают замки’ этих тайн. И я не собираюсь спрашивать о твоих секретах, которых, уверена у тебя немало Просто хочу тебе помочь.

Она перетасовала колоду и вытащила одну карту.

– Сила, что говорит о внутренней мощи, стойкости и мужестве. Ты обладаешь всем, чтобы справиться с любыми препятствиями на пути к своим мечтам.

Даниэла несколько мгновений всматривалась в карту.

– Ты права. Я должна использовать этот конкурс, чтобы доказать свое мастерство. Посвятить его памяти родителей. А потом найду Бесси.

Даниэла посмотрела на часы:

– Ладно. Мне завтра в пять утра надо быть на работе.

– Подброшу тебя до дома. А то закончишь этот вечер, как однажды Фиона Росси, под мостом с бомжами.

– Хорошо, только дай мне заплатить за коктейли.

Даниэла достала кошелек и немного неуверенно протянула бармену купюру в пятьдесят евро, подумала, что жизнь за воротами приюта существует, и стоит она недешево. Но бармен только покачал бритой головой.

– Уже все оплачено. Веселая компания парней.

Девушки обернулись, ища их в толпе, но они испарились.

– Таинственный жест щедрости незнакомцев добавил нашему вечеру еще одну интригу, – не менее загадочно произнесла Лола.

– Какой интересный денек, – хихикнула захмелевшая Даниэла.

– Надеюсь, домой мы доберемся без приключений. – Лола показала Даниэле нижнюю карту колоды. На мгновение ей показалось в полумраке, что картинка ожила: с беспечной улыбкой и взглядом, устремленным в небо, Шут на карте уверенно шагал прямо к краю пропасти.

Лола спрятала колоду в сумочку и увлекла Даниэлу к выходу.

В этот момент в кармане джинсов Даниэла почувствовала нетерпеливую вибрацию мобильного, всмотрелась в незнакомый номер. Кому она понадобилась в столь поздний час? Может, Рафаэле?

Когда раздался незнакомый мужской голос, сердце Даниэлы заколотилось. Хмель сняло как рукой.

Она отдалилась от Лолы и ответила:

– Даниэла слушает.

– Ждала? – раздался в трубке властный голос.

У нее даже сомнений не возникло, кто это мог быть.

– Да…Конечно! – «Ждала! Это же он! Пришло время для встречи. Единственный человек, что знал мою семью!» И она с радостью воскликнула: – Да. Подожди. Ты… Энио? Энио, правда? Боже! Как я рада.

Энио был немногословен:

– Приезжай. На Тремури.

– Тремури? – Она подумала, что