Кольцо Анубиса - Владимир Ильич Клименко

class="p1">— А с чего вы решили, что я отдам кольцо? — Марк рассердился. За какое-то неопределенное обещание устроить его судьбу, плата назначена смехотворная. — Вы думаете, что его цена — всего лишь учеба в университете? Насколько я знаю, за кольцо предлагали гораздо большую цену.

— Так ведь покупатель-то тю-тю… — Игорь Петрович театрально развел руками. — Мы его нашли быстрее, чем вас. И потом, не слишком ли обременительно становится обладание вещью, значение которой вам даже представить трудно?

— Нет, не обременительно! Даже напротив. Где гарантии, что сдержите свои обещания?

— А нет никаких гарантий, — Игорь Петрович лукаво прищурился. — Хотя, если вас не устраивает мое слово…

— Не устраивает, — Марк отхлебнул из чашки горячий мокко. — Пока кольцо у меня на руке, вы не сможете причинить мне вреда. Зато потом…

— Зато потом, — посуровевшим голосом продолжил Игорь Петрович, — государство берет на себя обязанность заботиться о вас. Что вы выигрываете, если будете упрямиться? Да ничего! Вы ведь даже не умеете с кольцом обращаться. Эти игрушки с воскрешением, всего лишь… игрушки. Подумаешь, убили — ожил. Да мы, если надо и не такое можем. Эта вещь должна принадлежать России, а не такому… — Игорь Петрович пожевал губами, подыскивая слово, — не такому… индивидууму. Не хотите университет, давайте продолжим разговор в другом русле. Что вы, скажете, Марк Викторович, на то, чтобы поработать на благо отчизны. С кольцом в таком случае, раз уж вы так упорствуете, можете пока не расставаться. Сейчас напишете рапорт, и с сегодняшнего же дня — вы наш сотрудник. Согласны?

— Я об этом как-то не думал, — растерялся Марк.

— А зря. Нам нужны такие люди: решительные, смелые, находчивые. Мы знаем, что вы проявили стойкость, спасая бесценный для науки и государственной безопасности артефакт. Честь вам за это и хвала! Но пришла пора послужить отечеству!

«Как в барабан лупит, — подумал Марк. — Слова-то какие! И все гнет свое — не мытьем, так катаньем».

— Чего же вы молчите? — Игорь Петрович взял со своего стола чистый лист бумаги и положил перед Марком. — Пишите, я продиктую.

— Да все как-то неожиданно, — признался Марк. — Мне бы время подумать.

— А вот этого не будет. То есть время подумать у вас есть, но не покидая этого здания.

— То есть как?

— А так. Неужели вы решили, что мы позволим вам скрыться? Вы, Марк Викторович, и так заставили нас потрудиться, пока мы отыскивали вас. Проделана большая розыскная работа. Потом, вы можете это кольцо, скажем, подарить неизвестному лицу, незаметно выбросить, наконец, а это, по уже известным для вас причинам, нас не устраивает.

— Да что я, недоумок, что ли? — возмутился Марк. — Выбросить кольцо!

— Все может случиться, все… А мы должны все предусмотреть. Выпьете, скажем, с Василием Рудаковым, и ладно, если с ним, и подарите. Или в состоянии аффекта швырнете в реку. Ведь вероятно, правда?

— И что же вы меня теперь в камеру посадите?

— Да, в Лефортово. Там хорошие условия содержания. Не к уголовникам же вас определять. А там подумаете, прислушаетесь к внутреннему голосу, и, глядишь, попозже договоримся.

— Но это же произвол!

— И не произвол вовсе, а государственная необходимость. Видит бог, — Игорь Петрович поднял глаза к портрету Железного Феликса, — мы все хотели сделать по-хорошему.

— Да дайте же хоть полчаса! — взмолился Марк, чувствуя как все заныло внутри.

— Пожалуйста, — вежливо согласился Игорь Петрович и, бесшумно ступая по ковру, покинул кабинет, исчезнув в недрах платяного шкафа.

30

Проводив хозяина кабинета взглядом, Марк тупо уставился в стену. Он вертел и дергал на пальце кольцо, словно хотел и одновременно боялся снять его. Впрочем, так оно и было.

Отдать? Оставить? Просидеть лет двадцать, как Железная Маска, в тюрьме? А потом что? Ждать изменения в государственном устройстве? Чушь все это! Есть, правда, один жуткий вариант — самоубийство. Опять к Анубису, и через Мертвый Дом на свободу. Но об этом даже думать не хочется.

Марк встал, подошел к непрозрачному со стороны улицы окну. Все та же Лубянская площадь с каруселью машин вокруг пустого, торчащего, как штырь, постамента открылась перед глазами. Дьявольское кольцо. Дьявольское!

В стене, чуть выше портрета, послышался негромкий скрежет. Затих. Потом повторился.

Аппаратура у них там, что ли, барахлит?

Мелкая меловая пыль потекла со стены ручейком на пол. Марк уставился на портрет, словно ожидая, что тот оживет, но раздался глухой удар, и штукатурка на стене вспучилась, как нарыв. Со следующим ударом нарыв прорвало.

Вслед за крупными кусками штукатурки в комнату вылетела ржавая металлическая решетка, и в образовавшейся дыре зашевелилось нечто страшное и темное. Безмолвно наблюдавший до этого за непонятным явлением Марк тихо вскрикнул и отскочил в сторону.

Он уже был готов рвануть к дверцам шкафа, когда в дыре появилось смуглое лицо Джесертепа.

Приветственно кивнув Марку, Джесертеп нахмурился и, высвободив руки, раздвинул края неровного отверстия. Через мгновение он ловко спрыгнул на стол Игоря Петровича — крякнул раздавленный телефонный аппарат. Похоже, у демона вошло в привычку использовать стол при своем появлении, как подставку.

— Чего же ты? — укоризненно сказал Джесертеп, возвышаясь над Марком, как статуя самому себе. — Мы же договорились!

— И что ты собираешься делать? — Марк понемногу приходил в себя. — Прорываться с боем?

— Да! Если понадобится.

— По-другому, наверное, не выйдет, — предположил Марк. — Сюда через минуту набегут со всего здания. Все тут прослушивается и просматривается.

— Уйдем по вентиляции, — небрежно ткнул рукой в сторону дыры Джесертеп. — Старые ходы при ремонте заделали, но пробраться можно.

— Как ты узнал, что я здесь?

Демон только дернул плечом, давая понять, что о таких пустяках говорить сейчас не намерен.

Спустившись со стола, он прямиком направился к шкафу и распахнул первые дверцы — никого. Тогда Джесертеп сделал еще один шаг и пнул вторую дверь.

В открывшемся пространстве приемной мелькнула чья-то тень и скрылась за косяком.

— Оставайтесь на местах! — Марк узнал голос Утробина. — Не двигайтесь!

Ничуть не задержавшись, Джесертеп миновал шкаф, и Марк увидел, как на него обрушился удар. С таким же успехом можно было бить чугунную болванку. Послышался болезненный крик, в воздухе мелькнули ноги капитана Утробина. Демон вбросил его в кабинет, как куклу.

В коридоре нарастал громкий топот.

Блокировали дверь, понял Марк. Он не знал, на что Джесертеп способен. Может ли действительно выстоять в схватке с вооруженной и хорошо обученной охраной. Поэтому на всякий случай крикнул:

— Назад, Джесертеп! Назад! Не бейся с ними!

Серия коротких и веских ударов, падение тел, возня в коридоре и последовавший за этим одиночный выстрел заставили Марка побежать к