Последняя жертва - Руби Райт

— Хорошо. До завтра. — Чмокаем меня в щеку Эля.

— До завтра! — прокричала вслед подруге. Она так торопится, суетится, что я не стала ее задерживать.

Материнское сердце — оно такое. С появлением ребенка оно уже никогда не будет спокойным, так мне мама всегда говорила. Видимо, это правда.

Следующий час прошел так же весело, как и предыдущий. Мы танцевали, пили и болтали без умолку. Хорошо, что Элька ушла, потому что Тимоха налакался как следует. С девчонками зажигает, пока жена дома с больным ребенком.

Но я ни в коем случае его не осуждаю. Знаю, как он любит Элю, как обожает дочку. Только одно мне не дает покоя…

Мысли так и бушуют в мозгу. Переплетаются, выдают идеи и предположения. Надо же. Мой мозг вообще когда-нибудь отдыхает?

— Пойдешь в туалет? — спрашивает у меня Марина. Учились в параллели. Их стол как-то плавно слился с нашим, и мы разговорились.

В школе мы с ней почти не общались, но сейчас нашли общие темы. Этого хватит для совместного похода в туалет.

Беру новоиспеченную подружку под руку и на выход из столовой.

Длинный коридор первого этажа навевает воспоминания. Когда-то мы носились по этим самым коридорам, получали нагоняй от учителей и травмы.

Вот проходим наш любимый подоконник. Мы с Элькой тут каждую перемену сидели. Раньше он, правда, был деревянный, это сейчас все в пластике.

А вот и женский туалет на горизонте. Раньше там было жутко, думаю, сейчас ремонт уже сделан. Посмотрим.

Заваливаемся с Мариной в туалет, и шок…

Ступор. А за ним ужас сковал все мое тело…

А сзади — истошный крик Марины…

Глава 32

Марина кричит, и я сквозь крик пытаюсь взять себя в руки и осознать то, что сейчас вижу.

Мы стоим на входе в уборную, а посреди помещения лежит тело. Окровавленное тело. Перемещаю взгляд чуть вправо, на раковину — она тоже вся в крови. Красные пятна яркими мазками видны на белоснежной раковине, полу. На ней…

В миг голова вдруг становится ясной, опьянения и след простыл. Мозги начинают работать. Быстро оценивают ситуацию и побуждают начать действовать.

— Марина, заткнись и звони в скорую, — приказываю спутнице и подхожу ближе к телу. — Закрой рот, наконец! — грублю, так как от ее писка не могу сконцентрироваться.

Девушка всхлипывает и начинает шарить рукой в своей сумке.

Я всякое в жизни повидала, ну в смысле фото жертв с мест преступлений, лично общалась с опасными преступниками, но чтобы вживую…

Понимаю, что первым делом нужно проверить пульс. Мои ноги немного ватные, но я все равно подхожу ближе, присаживаюсь на корточки и тянусь к ее шее. Она тоже вся в крови.

Но самое страшное у нее на лбу. Кровь еще льет из отверстия в черепе, и…

Я, конечно, не доктор, но вместе с кровью, кажется, и мозги вытекают наружу. Все волосы пропитаны кровью, которая большой лужицей скопилась под головой девушки.

Господи, кто мог такое сделать?

Два пальца подношу к шее, прижимаюсь к теплой коже — пульса нет. Решаю перепроверить и еще раз сильнее надавливаю на шею. Черт, она мертва…

В следующую секунду в уборную начал стекаться народ. Кто-то зашел и стал охать, кто-то причитать, но я знала одно: это место преступления, а значит, нужно поскорее выгнать отсюда всех людей, чтобы не затоптали улики.

— В скорую позвонили? — Отхожу от тела и поворачиваюсь к толпе.

— Да, — отвечает Марина. На нее смотреть страшно. Вся бледная, глаза испуганные, тушь под глазами размазалась.

— Нет смысла, она мертва, — говорю спокойно. — Звоните в полицию.

— Сонь, набери отцу, — говорит Тоха, и я понимаю, что он прав. Мой отец — главный в этом городе по таким вопросам, и нужно звонить именно ему.

Выгоняю всех из туалета и закрываю дверь. Охранник подтянулся, учителя. Все перешептываются, кто-то плачет…

Атмосфера, мягко говоря, сумбурная, но вот я абсолютно спокойна. Кто-то же должен.

Достаю из сумки телефон и тыкаю на контакт «Папа». Он тут же отвечает.

— Дочь, ты на громкой, — даже не говорит «алло» отец. По голосу слышу: настроение у него веселое. — Нагулялась? Отправлять за тобой Илью?

— Па… — Горло слегка пересохло, и я глотаю слюну. — Пап, у нас тут труп.

— Что? — Отец моментально меняется в голосе, думаю, он не поверил услышанному.

— Девушка в туалете, мертва. Куда мне звонить?

— В школе? — Опять будто не понял, о чем я.

— Да.

— Соня, никто не должен уйти. Собери всех в одном месте, я скоро буду. Труп не трогать, не передвигать.

— Я поняла…

Отец трубку повесил, а я все еще держу телефон у уха. Не верю в случившееся. Не могу принять. Как?

В этом городе ничего подобного не случается. Да здесь и убийства никогда не было. А тут это…

На празднике. На хорошем празднике, добром.

Кто мог сделать с ней такое? Я абсолютно уверена, что это не случайность. Не могла она просто стоять у раковины и упасть, удариться головой. Там явно был не один удар, учитывая то, как теперь выглядит ее лицо.

Кошмар…

И теперь все под подозрением.

Сижу на стуле в столовой. Все остальные ребята и учителя тоже сидят неподалеку. Одни разговаривают, кто-то заливает в себя шампанское прямо с горла бутылки, а я наблюдаю.

Смотрю на каждого поочередно и предполагаю мотив. Каким он может быть? Кто мог это сделать? Какая выгода?

Ничего дельного в голову так в итоге и не приходит. Мы все сто лет не виделись, не встречались. Среди нас нет особо пьяных или агрессивных, а значит, проблема куда глубже, чем кажется.

Явно среди нас есть тот, кто что-то скрывает. Тот, кому она мешала или обидела, и он решил вопрос таким способом.

Среди нас есть убийца…

Глава 33

Полиция приехала минут через пятнадцать, а мне показалось, что прошел не один час. Я не могла остановить свой неугомонный мозг, и он постоянно генерировал мысли. Без остановки.

Вдруг двери столовой распахнулись, и в них вошел отец. А за ним — Илья и еще несколько человек в полицейской форме. Среди них также идут фельдшеры скорой с оранжевыми чемоданами. Медики нужны для констатации смерти.

Смерти…

До сих