Младший секретарь при княжеской приемной - Анна Граб

— Нет. В документах должен был быть. У меня лишь район указан.

— Хоть что-то. Думаю в нем не так много новых построек и… Надя? Почему у тебя стало такое несчастно-виноватое лицо? — с подозрением уставилась на меня приятельница.

— Боюсь это тот самый новый район города, что активно строит князь.

— НАДЯ!

— Я тут причем? Я что ли в строительстве участвовала? Или может это моя идея была?

— Вот почему ты важные вещи не записываешь, а ерунду…

— Ерунду? Да если бы не я, ты бы понятья не имела зачем подменили папку.

— Кстати, а не проще заменить один лист?

— Видишь, как тут список расположен… если заменить один лист, поползет все остальное, будет заметно. Да и быстрее и проще заменить одну папку другой, чем стоять и ковыряться. Особенно если ты зашел, просто взять одно и оставить другое.

— Надя… а у тебя точно нет заметок по остальным?

— Вообще-то, если я суну нос не туда, мне может грозить от штрафа, до увольнения. Или ты не видела, что было когда князь узнал что почтой занимался тот, кому не положено?

— А если я поклянусь что ничего такого ты никогда не делала и информация не от тебя? Надя, я ведь вижу… ты точно что-то знаешь!

— Я могу предположить… что со сметами по ремонту ратуши могли… что-то сделать. По крайней мере это кажется очень логичным предположением.

— Хм…

Раздался стук в дверь, отвлекший нас от разговора.

— Вера, ты просила Савелия Николаевича зайти? — в дверь просунул нос Алекс.

— А он пришел? Это же замечательно. Заводи сюда. Мы как раз обсуждаем те папки…

Алекс хмыкнул, покосившись на меня, но Груду к нам запустил.

— Вера Гордеевна, я очень рад вас видеть. Надежда Викторовна, не ожидал вас тут увидеть. Я… помешал? — мужчина переводил взгляд с меня на Веру и обратно.

— Что вы, Савелий Николаевич. Вы с Надеждой Викторовной тут по одному и тому же вопросу. Она меня консультирует как княжеский секретарь, а вы меня проконсультируете на счет этого, — Вера протянула ту папку, в которой была информация по несостоявшейся реформе полиции.

Савелий Николаевич приподнял бровь и, забрав папку, устроился на втором гостевом стуле. Каюсь, я внимательно наблюдала за выражением его лица, пока мужчина читал.

О, было очень интересно наблюдать за тем, как удивленно поднимались брови, но при этом сжалась челюсть… наконец Груда поднял взгляд на Веру.

— Вера Гордеевна, это шутка?

— В каком смысле?

— Это точно такой же документ, как тот, что мы с князем забраковали и отправили в архив. Реформа полиции не нужна. Не сейчас по крайней мере.

— Вы уверены?

— Да. Не считая пары помарок. Я кстати думал, что документы ссылают в архив перепечатанными набело, — Груда передал папку, только не Вере, а мне.

— Да, в обязательном порядке, — подтвердила.

— Вот, видите… в нескольких местах, прямо на второй странице.

Взявшись за страницу, я пригляделась. В самом деле, в нескольких местах, поверх букв были аккуратно наклеены листы папиросной бумаги, что ли…

— В общем, я не знаю с чего вы взяли, что этот документ претерпевал изменения — это не так.

— Но в остальные, мы подтвердили, правки вносились. Как так может быть…

— Вера. Я так понимаю это дело ваше. Но… тут явно кто-то не прав. Кто занимался из криминалистов?

— Стас.

— Тогда… — и тут Савелий Николаевич перевел взгляд на меня.

— Я тут причем? Я даже не работала с этим документом! Не считая одних суток в самом начале, пока князь не отобрал и не отдал Ефимову.

Как я ни старалась, а в голосе все равно звучало что-то подозрительно напоминающее детскую обиду. И сидевшие напротив люди это прекрасно расслышали. Еще и улыбаются… никакого уважения к младшему княжескому секретарю!

— Вера… а у кого дело?

— У Алекса, — не моргнув и глазом солгала девушка.

— Вот любит твой начальник… проблемные вещи скидывать на своего заместителя. А что будет делать если он задание провалит? Да еще и… — тут мужчина видимо вспомнил что они тут не одни, и замолчал. — В общем, я сказал все что мог. Пойду, поговорю с Ширяевым. Удачи.

Когда дверь за Грудой закрылась, я передернула плечами.

— Ты чего?

— Вот как хочешь, но Савелий Николаевич, меня пугает куда сильнее чем Дмитрий Евгеньевич.

Хотя наверное стоило бы бояться обоих. Но эту мысль я пока оставлю при себе.

— Савелий хороший дядька. Своих тем более обижать не станет. Но вернемся к документу.

— Вера! Вера! — с этим воплем в кабинет ворвался уже знакомый встрепанный криминалист. — Ой, здравствуйте, не хотел мешать.

— Вить… ты чего хотел?

Витя? А это разве не… Стас? — я совершенно неприлично уставилась на парня. Хм… вообще похож. Разве что… не такой спокойный, как в прошлый раз.

— Брат закончил экспертизу. Я примчался чтобы отдать результаты.

— Что-то Стас в этот раз долго. Кстати, Надя, знакомься, это Виктор, брат Стаса.

Тогда понятно почему они так похожи. Видимо близнецы.

— Приятно познакомиться, — сказали мы хором.

— Ви-и-ить… ты шутишь?

— Нет. Ты же знаешь, брат ошибок не допускает.

— Вашу ж… — Вера, неожиданно для меня скрутила отчет в трубочку и пару раз постучала им по столу.

— Вера?

— НА! Читай! — и не задумываясь над тем, что я как бы не отношусь к тайной полиции, подруга сунула мне в руки сильно помятую бумагу.

— Придется сказать брату, что нужна копия… — печально-печально застонал Витя.

Я это слушала только краем уха, изучая документ.

Если коротко: подпись Ефимова на документе по реформе полиции оказалась настоящей. Это был еще один довод, в пользу слов Груды. Но… порождало только больше вопросов. По крайней мере у меня. Впрочем, судя по реакции Веры…

— Вот и как я теперь начальству в глаза посмотрю?

— А ты смотри в пол, а не в глаза, — хихикнул Витя и тут же заслужил злобный взгляд. — Молчу. Надежда, был рад с вами познакомиться. Вера, я помчал. У меня дел еще полно.

— Вера, на всякий случай напоминаю, это мой кабинет… — в оставшуюся открытой, после уходя криминалиста, дверь заглянул Алекс.

— Ага. И мы тебе очень благодарны. Кстати заходи и изучи. У меня приличных слов не осталось. Еще и такую хорошую идею загубили на корню.

Я молча отдала изученный отчет Алексу. Он правда удивился, но взял.

— Вера… а может я пойду?

— Нет, мы не закончили. Изучай давай.

— Я все изучила. Я все рассказала.

Но спорить было бесполезно. Проще еще раз все перечитать. А вдруг действительно что-то найду.

Особое внимание уделила документам по реформе. Но стоящего ничего не нашла. Разве