Лисий Омут - Елена Анатольевна Леонова

сохранившиеся дубовые крепкие двери, ведущие в пустую комнату. А справа, через изящный арочный проход, открывалось ещё одно помещение, где у старого деревянного стола теснились Карлов, Лыков и двое сотрудников заповедника, их силуэты едва угадывались в полумраке. Мавританов, стараясь держаться с достоинством, но явно нервничая и постоянно поправляя очки, показывал капитану бумаги, вытаскивая их поочерёдно из папки, лежащей на столе, и протягивая Егору Михайловичу.

– Вот, пожалуйста, – говорил он. – Все необходимые разрешения.

Карлов внимательно изучал документы, а Лыков, стоя рядом, молча наблюдал за происходящим, сосредоточив взгляд на лице Мавританова.

Внезапно слева от Саблина появился мужчина, переключая на себя внимание майора: сутулый, худой, с узким лицом, тонкими сжатыми губами и морщинистым лбом. На нём были брюки и вязаная кофта на пуговицах, под которой надета светлая футболка.

– Добрый день, – произнёс он, – а что здесь происходит?

– О, Сень, вот и ты, – отозвался Жуков, – это люди из полиции.

– Майор Саблин и капитан Максимова, – представил себя и Дину следователь. – Вы тоже сотрудник заповедника?

– Нет, нет, я архитектор, Арсений Кузнецов.

В этот момент Мавританов окликнул Жукова, приглашая помочь с деталями процесса реставрации. Игорь поспешил к собравшимся у стола.

– Давно начали работы в усадьбе? – спросил Саблин, обращаясь к архитектору.

– Неделю назад приехали, – пояснил Кузнецов. – Работы много: нужно было сверить план помещений со старыми чертежами, составить новые, обследовать несущие конструкции, выявить потенциально опасные моменты, ну и смету набросать. Но сегодня уже планируем уезжать. Приехали из заповедника с проверкой, – он глянул на Мавританова, – если все чертежи устроят заказчиков, вечером поедем обратно в город.

– А как вы тут работаете? Добираться каждый день далековато, да и погода такая, что не проехать по лесу, – поинтересовался Саблин.

– А мы с Жуковым живём прямо в усадьбе, – ответил Кузнецов с улыбкой, – так как, вы правы, каждый день туда-обратно очень неудобно.

Саблин достал мобильный и показал Кузнецову фотографию Можаева.

– Видели этого человека здесь?

Арсений внимательно посмотрел на снимок.

– Нет, не видел такого.

К Саблину подошёл Карлов, а за ним участники проекта по реставрации.

– Ну, с документами всё в порядке вроде бы. А вы кто? – капитан заметил архитектора рядом с майором.

– Арсений Кузнецов, я работаю над планами усадьбы.

– Это мой человек, – уточнил Жуков.

– В усадьбе есть ещё кто-то? – осведомился Карлов, оглядывая холл.

– Да. Моя помощница Левашова и инвестор, Вето́шкин, – быстро сообщил Мавританов.

– Понятно. Мы тогда поедем в город и пришлём за вами машину через пару часов, – обратился Карлов к Саблину.

– А знаете, Егор Михайлович, присылать машину не надо, – решил следователь. – Мы тут осмотримся, а потом нас кто-нибудь из присутствующих подкинет до города. Они сегодня все собираются уезжать.

Карлов чуть замешкался, а затем согласился.

– А… ну ладно… ладно.

– Так как связи здесь, наверное, тоже нет, – продолжил майор, – передайте, пожалуйста, Синицыну, чтобы оставался в городе и ждал нас к вечеру в гостинице.

Карлов кивнул и вместе с Лыковым покинул усадьбу. Звук их шагов быстро затих где-то на улице, а затем раздался рокот мотора УАЗа, который тоже вскоре умолк.

Из помещения, откуда вышел Кузнецов, показались ещё двое. Первым – полный лысый мужчина лет пятидесяти, одетый в коричневый замшевый костюм поверх рубашки, с элегантным тёмно-бордовым шёлковым шарфом на шее. За ним следом девушка лет двадцати пяти, с русыми волосами, небрежно собранными на затылке, бледным сосредоточенным лицом, в светлом пиджаке и чёрной юбке до колен.

– Как вас здесь много, – не сдержал удивление Саблин.

– О, а я думал, полиция уже уехала, – заявил лысый мужчина. – Слышал ваши разговоры.

– Уехали, но не все. Майор Саблин, – в очередной раз представился следователь.

– Капитан Максимова, – быстро произнесла Дина.

– Рад знакомству. Антон Борисович Вето́шкин, – театрально поклонился лысый мужчина.

– Лидия Левашова, я… – начала девушка, но её перебил Мавританов.

– Это моя помощница, – пояснил он, обращаясь к Саблину, а затем взглянул на Вето́шкина.

– А Антон Борисович помогает нам осуществлять проект.

– Исполняю роль спонсора, – с улыбкой уточнил тот.

– Но что всё-таки произошло? Почему полиция здесь? Кого-то ищете? – спросил Мавританов.

– Идут следственные мероприятия. Если вы не возражаете, мы задержимся здесь и осмотримся. Не уезжайте, пожалуйста. И, может быть, кто-то проведёт нас по усадьбе, покажет? – обратился Саблин к присутствующим.

– Да, конечно, я могу, – вызвался Кузнецов.

Глава 24. Тверская область. Среда. 12.30

Мавританов с недовольным выражением лица, его помощница Лидия, Вето́шкин, Ирма и Жуков удалились в комнату справа от входа в усадьбу, не стесняясь принявшись обсуждать визит полиции.

– Так… С чего бы начать? Ну, надо сказать, архитектурные особенности здания очень необычны, – с энтузиазмом заговорил Кузнецов. – Тут наблюдается смешение стилей, нетипичных для помещичьих усадеб девятнадцатого века, особенно башня, буквально не имеющая аналогов среди старинных строений в России. Именно поэтому здесь так интересно работать, – подчеркнул он. – Несмотря на возраст, особняк крепкий, добротно сделан. Сейчас мы с вами в так называемой входной группе, – Арсений обвёл взглядом просторный холл с высоким потолком. – Пойдёмте сюда, – он провёл следователей в западное крыло, распахивая шире дубовые двери. Саблин и Максимова вошли в вытянутый прямоугольный зал, и майор прикинул, что его длина, вероятно, превышала сорок метров. Три огромных окна, грязные и мутные, как и в холле, занимали всю левую сторону по ширине помещения и выходили к главному входу в усадьбу. Центральную стену, примыкающую к оранжерее, также занимали окна, обращённые к лесу, а между ними – заплесневелые стены со следами от некогда висевших там канделябров. Пустоту зала нарушали лишь сухие ветки и листья, устилавшие пыльный деревянный пол.

– Здесь мы имеем большое пространство, которое, как нам кажется, могло служить столовой, – продолжил Кузнецов. – Ничего об этом не говорит, как видите, только обшарпанные стены вокруг, но мы теперь его так называем. А дальше располагается каминная.

Следователи и архитектор направились в соседний зал, уже чуть меньшего размера, где внимание Саблина сразу же привлёк внушительный камин с широким, полутораметровым порталом. Атмосфера здесь оказалась куда более обжитой. На полу были разложены спальные мешки, одеяла, личные вещи, сумки