Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

четыре огромные статуи, похожие на изображения богов, сидевших рядом с большими круглыми окнами. Чтобы добраться до смотровой площадки на куполе, им пришлось подниматься по узкой винтовой лестнице, которую Маргарит Клодель преодолевала в невольном страхе. Она пришла в себя, только когда вышла на внешний балкон и глотнула свежего воздуха. Здесь, на самом верху, не было ни одного посетителя.

— Я насчитала больше трехсот ступенек, — прерывисто дыша, сказала она, прежде чем посмотрела вдаль на панораму Лейпцига и лесистые равнины, окружавшие город.

Клаус Бауман подошел к отрытому парапету башни.

— Иди сюда. Отсюда ты сможешь представить, как выглядели трупы, когда я увидел их с вертолета.

— Да, я представляю, — подтвердила она.

Маргарит Клодель достала из рюкзака планшет, включила его и поискала взглядом центральную ось фасада — на ней располагалась гигантская статуя средневекового рыцаря, перед которым лежали нарисованные саркофаги с трупами девушек.

Она попросила Клауса встать рядом с ней и подняла планшет, делая вид, что они пара туристов, снимающих видео. Потом вывела на экран несколько увеличенных снимков, с воздуха, сделанных инспектором с вертолета и, вытянув вперед руки, наложила изображение на экране на тот вид, который открывался с башни.

— А теперь ты попробуй себе представить.

Клаус Бауман просмотрел несколько разных снимков, сравнивая то, что видел на экране, с тем, что видел своими глазами в ста метрах внизу, у входа в монумент.

— Может, ты скажешь мне, что я должен увидеть, потому что я ничего не вижу?

— Асимметрию, — ответила она.

— И какого черта она означает? — воскликнул он, ничего не понимая. У него в голове по-прежнему крутилась версия о некрофильской оргии, выдвинутая Маргарит Клодель, пока они ехали в машине.

— Сценография места преступления создана не тайным неонацистским обществом. Это произведение большого художника, который хотел продемонстрировать, что его творческий гений способен создать грандиозную сцену погребения, в которую он с точностью до миллиметра вписал и саркофаги с мертвыми девушками, и пруд с водой, и башню. Расположение каждого элемента его скорбного творения определено сочетанием архитектурных материалов и человеческих тел, и оно совершенно. Это уникальное некрофильское полотно.

В продолжение своих слов Маргарит Клодель вывела на экран планшета график, который нарисовала в своем кабинете и который так ее интересовал.

— Смотри. Это поможет тебе понять смысл асимметрии, о которой я тебе говорю.

Клаус Бауман с любопытством прочитал слова, разделявшие вертикальные линии графика.

— Похоже на тест для определения коэффициента интеллекта, — не задумываясь, бросил он.

— Нет, все гораздо проще.

Клаус оторвал взгляд от экрана планшета и пристально посмотрел на агента Европола.

— Да ладно, Маргарит! — воскликнул он, взмахнув рукой. — Это же абсурд! Просто визуальное расхождение! С чего ты взяла, что здесь должна быть шестая мертвая девушка? У тебя нет ни одной улики, ничего, что подтверждало бы эту гипотезу!

— Признаю, пока это не более чем гипотеза. Но асимметрия сцены преступления заставляет меня думать, что, возможно, девушек должно быть не пять, а шесть.

— Тогда куда, черт побери, девалась недостающая девушка?

— Не знаю… Возможно, она не умерла от наркотика, как другие пятеро, и Густав Ластоон или кто-то из его клиентов-некрофилов увел ее отсюда, прежде чем звонить на 112. Оставалось только убрать холст с нарисованным саркофагом и сунуть его в тот же белый фургон, на котором они приехали. Я даже допускаю, что она до сих пор жива, — уверенно заключила Маргарит Клодель.

— Мы не можем искать призрак!

Глава 8

Этот момент должен был наступить. Мы с Богомолом знакомы с самого начала. И мы не можем врать, когда нас об этом спрашивают. Да, мы знакомы. Все ждут очередной сессии чата. Они хотят знать правду про нас с Богомолом, прежде чем двигаться дальше. Я могу поставить себя на их место, и я их понимаю. До сих пор остается много такого, что надо прояснить и обсудить. Но лучше сделать это, когда мы познакомимся лично и поверим друг другу, когда не останется никаких сомнений. Трудно доверять человеку, которого никогда не видел.

Временами я задаю себе вопрос, о чем они думают. Что занимает их мысли каждую секунду каждого очередного дня. Мне интересно не то, что они думают обо мне или о нашем чате. Мне интересно, что они думают о себе. Если они сидят со мной в этой норе, это потому, что они не выносят, презирают, ненавидят, мучают и уничтожают самих себя. Я думаю, что их мысли не отличаются от моих. И хотя может показаться, что это не так, но мы все думаем об одном.

Меня воодушевляет желание скорой встречи. Каждую ночь мы продвигались вперед и узнавали друг друга гораздо лучше, чем я могла ожидать. Между нами возникли очень прочные связи. Необходимо сделать следующий шаг. Двинуться дальше. Лицом к лицу будет проще все решить. Мы сможем свободно поговорить о нашей тайне.

На часах двенадцать. Они ждут.

Черная Луна: Я знаю, что вы хотите все выяснить.

Балерина: Вот именно. Где Богомол?

Богомол: Здесь.

Черная Луна: А остальные?

Ведьмина Голова: Ха-ха-ха.

Туманность: Привет. Я не знаю, что думать.

Балерина: Полагаю, у вас должен быть весомый мотив с самого начала скрывать ваше знакомство. Это нечистая игра.

Яблоко П: Мы ждем.

Богомол: Я начну.

Черная Луна: Как хочешь.

Богомол: Большую часть времени я провожу в Берлине. Я дизайнер. У меня там студия. Но каждый раз, когда есть возможность, я возвращаюсь в Лейпциг, особенно по четвергам, когда я навещаю свою мать. Из Берлина до Лейпцига меньше часа поездом. Мне нравится ездить поездом. В Лейпциге у меня есть друг. Я знаю его со школы. Мы примерно ровесники и жили в одном районе. Мой друг сдает квартиру студентам, приезжающим по программе «Эразмус». В конце прошлого учебного года, где-то на исходе июня, он сказал, что к нему должна прийти одна девушка из Сербии, которая ищет квартиру, чтобы пожить в Лейпциге до октября.

Черная Луна: Этой девушкой была я.

Туманность: Вот так сюрприз!

Богомол: Мой друг собирался уехать по работе на неделю и не мог заниматься оформлением договора с этой девушкой и ждать, когда сможет передать ей ключи. Всем этим занялась я и вскоре заметила, что у девушки в глазах всегда стоят слезы, хотя она никогда не плакала. Когда она устроилась в квартире, я пару раз заходила к ней вечером, и мы разговорились о том о сем. Потом мы ходили пить пиво в соседние пивные и постепенно очень подружились.

Черная Луна: Давай дальше я.

Яблоко