Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс

бросился к нему, поднял его на ноги, проверил, все ли в порядке, и несколько минут болтал с благодарной мамочкой о том, как тяжело справляться с детьми. Вернулся за наш столик гордый и чувствуя себя потрясающим отцом, посадил Беа себе на колено и велел ей прочитать стихотворение, которое она учила для какого-то мероприятия в школе. Она робко декламировала, обнимая отца за шею. Стихотворение было о бледно-желтых нарциссах, кроликах и доброте. Потом Том переключился на Макса и предложил ему рассказать мне о матче по регби, в котором он вчера участвовал. Макс, которому явно было неудобно сидеть на стуле с поджатой под себя ногой, сделал все, как велел отец, но запинался и то и дело посматривал на отца в поисках подсказок.

– И. Затем. Ты. Забил гол. И еще один раз попытался, – закончил за него Том. – Короче, Верити, они выиграли. Все старания того стоили. Он все время говорит, что не хочет играть в регби, но ведь побеждать-то приятно, правда?

– Я предпочитаю играть в футбол, – объявил Макс, внезапно демонстрируя характер. – Верити об этом знает.

– Не дури. Вчерашний матч прошел великолепно. Просто люто. Мелисса, я правильно сказал? Так вы говорите?

Мелисса подняла глаза от телефона и в непонимании уставилась на отца.

– Ну? – снова обратился к ней Том. – Нам предоставляется возможность показать Верити современный мир. Какие словечки у вас сейчас в моде? Мелисса? Беа? Отпад, улет, огонь… Верити же просто необходимо знать их все.

Я пожала плечами, чтобы подчеркнуть свое невежество, но на самом деле я знаю современный сленг. Ведь слова – это моя стихия. Но Мелисса в любом случае не ответила и снова уставилась в экран.

– Верити, заберите, пожалуйста, гаджет у моей дочери. Вы, должно быть, плохо о нас подумаете…

– Не буду вмешиваться, – сказала я, поднимая руки в знак капитуляции.

Эйлса тоже молчала. Она явно старалась не вмешиваться, когда говорил Том. И это мне запомнилось. Она убеждала Беа пересесть в машине, объясняла официантке, что нужно убрать лишние винные бокалы, расспрашивала о фирменных блюдах, а потом попросила графин с водой. Когда принесли еду – рыбу с картошкой нескольких видов и овощами, – Эйлса занялась тарелками: убрала горошек с тарелки одного ребенка, добавила брокколи другому, разложила картофель фри, потом выдавила кетчуп и подвернула рукава, чтобы не запачкались майонезом. Оглядываясь назад на их брак, можно сказать, что чем громче и энергичнее разговаривал Том, тем тише и незаметнее становилась Эйлса. Проблема в том, что ее пассивность, как мне показалось, раздражала его и побуждала вести себя еще хуже.

Эйлса заказала себе салат «Цезарь» с курицей и только поковыряла его, оставив все самое вкусное, например, гренки, на краю тарелки. Я выбрала рагу из капусты и картофеля с «куриным яйцом» (разве обычно яйца не куриные?). Блюдо лежало аккуратной горкой с яйцом-пашот наверху. Когда я проткнула его викой, желток вытек, окрасив картофель в желтый цвет.

– Мне очень приятно, что у меня есть возможность поблагодарить вас за всю ту сложную работу, которую вы проводите с… – Том показал пальцем на Макса. – Я слышал, учителя положительно отзываются о его успехах.

– У него большой прогресс.

Макс продолжал рассматривать треску в кляре у себя на тарелке.

– Но с домом особого прогресса пока нет, да? И с садом? Мне очень не хочется снова поднимать этот вопрос, но вы должны признать, что ваш участок нуждается во внимании и заботе. Мы тратим столько времени и денег на наш, и, боюсь, кое-кто может сказать, что ваш участок как бельмо на глазу.

– Том, – заговорила Эйлса, – если мы не будем вежливыми, Верити пожалеет, что мы переехали в этот дом.

– Я об этом никогда не пожалею, – заметила я. – Мне нравится, что вы стали моими соседями. Мне нравится болтать с вами, гулять, ходить в кафе.

– В кафе? – переспросил Том и повел плечами, словно говоря: «Удивительное дело». – И часто вы ходите вместе в кафе?

Я положила в рот немного желтой картофельной смеси. Вкус оказался горьковатым из-за уксуса, который добавляют в воду при варке яйца.

Эйлса откашлялась.

– Не слишком. Пару раз в неделю.

– Не слишком?.. – повторил за ней Том, повернулся и посмотрел прямо на нее. – Я бы не сказал, что пару раз в неделю – это «не слишком». И сколько это получается? Десять, пятнадцать фунтов стерлингов в неделю. Ты в курсе, что кофе можно пить и дома?

Я не была уверена, чем он недоволен – самим фактом или тратой денег, но мне показалось, что Том хочет унизить Эйлсу в моем присутствии. Хотя теперь понимаю, что я была для него невидимкой – мое присутствие не имело никакого значения.

– Некоторым повезло. И, как я предполагаю, платишь ты. Ты можешь угощать Верити дома. Тратить на это лишние деньги – безумие. Легко тебе говорить: пару раз в неделю, а ты все сложи. Если ты каждый раз покупаешь по два кофе, но в наши дни – господи! – это получается почти десять фунтов.

Я положила нож с вилкой на стол. Яйцо присохло к краям тарелки.

– Если бы Эйлса работала, я уверена, что вы не стали отказывать ей в лишней чашке, – заметила я.

– Да. И как дела? – спросил он с нехорошим блеском в глазах. – Как проходят «собеседования» и «неофициальные встречи за стаканчиком»? Ничего не получается? Я имею в виду прошлый четверг. Сколько времени они тебя продержали? Отпустили после десяти? Тебя взяли на работу?

Эйлса покачала головой.

– Нет, – вслух подтвердил Том.

Паб заполнился посетителями. Несколько шумных компаний, причем за одним столиком собрались одни только орущие дети, которых отсадила от себя группа взрослых. Том откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Эйлса стряхивала воображаемые крошки. Я озадаченно наблюдала за ней. Хочет ли Том, чтобы она работала, или нет? Она говорила мне, что он против, но все же он, казалось, негодовал из-за того, что она не прилагает больше усилий. А еще Эйлса говорила, что собирается держать в тайне свои поиски работы. И мне она не рассказала, что в четверг опять ездила на собеседование, но Том об этом знал. Слишком много противоречий.

К нашему столику подошел официант с узкими бедрами и густыми бакенбардами и начал собирать тарелки. У нас с ним возникла небольшая стычка из-за оставшихся неиспользованных пакетиков с соусом тартар (я собрала небольшую горку, чтобы взять домой, и яростно ее защищала). Эйлса привстала и начала ему помогать, собирая грязные салфетки и разбросанные по всему столу приборы, и когда передавала их официанту, грязный нож упал ей на колени.