Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

глаза, но по-прежнему видела одну черноту. Бросив кольцо в пакетик, она сделала глубокий вдох и медленно выпустила воздух. В глазах прояснилось. Она убрала пакетик обратно в карман, встала, взяла со стола перчатки и надела их. Время действовать обычным способом.

Взгляд ее метался между больничными обозначениями и стрелками, указывающими, что где. Приемный покой. Касса. Столовая. Часовня. Справочное бюро. Три лифта. Бернадетт направилась по главному проходу, который рассекал вестибюль надвое, и нажала кнопку вызова «вверх». Она успела трижды пройтись взад-вперед перед дверями, пока дверцы среднего лифта разошлись и она вошла в кабину. Следом за ней вошли две женщины в униформе. Одна нажала кнопку четвертого этажа. Бернадетт подняла руку и замешкалась, соображая, какой стратегии следовать. Начнет сверху, переходя все ниже и ниже. В южной стороне больничного здания расположены палаты, окна которых выходят на вывеску «Бесплатная стоянка». Она сузит радиус поиска, выбрав нужный этаж на южной стороне, сверяясь по ракурсу, с которого вывеска видна из окон. После этого останется только, заглядывая в каждую палату, отыскать ту, в которой лежит больная блондинка, за которой ухаживает темноволосый мужчина.

— Вам помочь? Вы что-то ищете? — спросила одна в униформе.

— Все в порядке. — Бернадетт нажала кнопку пятого этажа. Дожидаясь, пока лифт поднимет ее, она попыталась разобраться в эмоциональном состоянии убийцы. Он был спокоен. Умиротворен. Это бесило ее — и тревожило. Он только что убил двух людей, а чувствует себя так же расслабленно, как человек, выходящий из горячей ванны с гидромассажем.

Глава 11

Верхний этаж больницы Бернадетт исключила быстро — слишком высоко. Из окон на пятом этаже она видела вывеску целиком — не только надпись «Бесплатная стоянка», но и «Вагон-ресторан «Микки»». Она спустилась на один этаж по лестнице, нашла в конце коридора свободную палату и скользнула за дверь. Подойдя к окну, раздвинула занавески. Сквозь сильные струи дождя были видны неоновые вывески и уличные огни, фары движущихся по центру машин. Четвертый этаж — попадание в яблочко: вывеска и церковные колокольни-близняшки выглядели так, как она видела их его глазами.

Бернадетт вышла из палаты и окинула взглядом оба конца коридора. Ей не хотелось, чтобы ее остановили: тогда придется объясняться или даже пойти на крайность — потрясать удостоверением ФБР. Действуй она сама по себе, у нее не возникло бы даже желания кого-то о чем-то расспрашивать. Эта ниточка все еще могла вести к провалу. В одном конце коридора она заметила слесаря, склонившегося над больничной тележкой. В другом конце стояли две медсестры и, судя по всему, были поглощены разговором.

Следующая палата была закрыта, но Бернадетт расслышала там шум — мужской голос. Набрав в грудь воздуху, она нащупала пистолет и осторожно приоткрыла дверь. Пожилой мужчина был один в палате и спал, в то время как из стоявшего напротив кровати телевизора доносился рев, сопровождавший бейсбольный матч. Она глянула на счет: под куполом Метродома команда «Твинз» делала котлету из «Анахейма». Бернадетт тихонько отошла от палаты, сняла руку с пистолета и повернулась, чтобы следовать по коридору дальше.

Дверь соседней палаты была открыта настежь. Она встала в дверном проеме. Простыни с постели убраны, свет выключен. Палата пустовала всю ночь. Не успела она продолжить свой путь по коридору, как кто-то тронул ее за плечо. Бернадетт вздрогнула и обернулась — медсестра. Она попалась.

— Приемные часы закончились. — Медсестра была немного выше Бернадетт и вдвое ее шире. Руки от плеч свисали у нее окороками для пикников, голос сиплый. Было похоже, что она целый день орала на людей и сейчас не собиралась проявлять жалость. Большим пальцем она ткнула в какой-то указатель на стене у себя за спиной: — Вы должны уйти.

Бернадетт украдкой бросила взгляд на следующую палату. Дверь была приоткрыта, но ни больного, ни посетителей видно не было. Наверное, очередной пустой номер. Больше терять попусту время и осторожничать она не собиралась. Бернадетт выхватила удостоверение:

— Я из ФБР. Агент Бернадетт Сент-Клэр.

У медсестры глаза полезли на лоб, когда она рассмотрела удостоверение.

— Что это у нас происходит?

Бернадетт убрала удостоверение.

— Мне нужно проверить палаты с этой стороны коридора. Пока я займусь этим, вы будьте любезны достать мне список всего персонала, работающего сегодня вечером. Медицинского персонала — врачей, сестер, санитаров.

Медсестра прищурилась:

— А зачем вам это все?

— Я не вправе разглашать сведения. Это часть федерального…

Медсестра перебила:

— Федерального законодательства о праве больных на неприкосновенность частной жизни. Слыхали о таком? Я не уполномочена что-либо передавать и не позволю вам никого высматривать. Вам следует обратиться в понедельник в дирекцию.

— Это не может ждать до понедельника.

Медсестра уперла кулаки в бока.

— Убавьте-ка звук. Тут вам больница.

— Дайте мне поговорить со старшей сестрой.

— Она перед вами.

— У меня нет времени для дурацких шуток!

— Если вы не утихомиритесь, я вызову охрану. — Женщина скрестила свои окорока на груди. — Откуда мне известно, что эта ваша ксива настоящая, а вы и впрямь коп из ФБР? Думаете, стоит вам помахать у меня перед носом своим удостоверением, как я, бах-трах, и вручу вам кучу сведений про персонал и позволю беспокоить больных? Вот что, приходите сюда в понедельник со всеми необходимыми бумагами и ступайте по надлежащим каналам. — Потом она добавила, повысив голос до той же громкости, что и Бернадетт: — А теперь прошу вас уйти отсюда!

Бернадетт заколебалась. От препирательства с окорокорукой в коридоре толку не будет. Может, ее удалось бы уговорить, если посидеть с ней по-хорошему. Она снизила голос до шепота:

— Это на самом деле важно, и у меня нет времени. Мы можем где-нибудь переговорить?

Медсестра разъяла окорока и указала на комнату медсестер:

— Сюда.

Бернадетт взглянула на бирку у нее на груди:

— Спасибо, Марсия.

Пока они шли бок о бок, сестра сама принялась выпытывать:

— А что случилось-то? Мертвый судья? В новостях только об этом и говорят. По телевизору сказали, что ФБР ведет расследование. По-вашему, кто-то из больницы замешан?

Перепуганный мужчина высунул голову из-за двери в больничную палату Анны Фонтейн. Бросил взгляд в глубь коридора и с облегчением разглядел удаляющиеся спины медсестры и опера из ФБР. «ФБР! Во что этот мерзавец втянул мою жену?»

— Па-а-ап! — раздался у него за спиной писклявый голос.

— Заткнитесь и оставайтесь тут, — бросил Джерри Фонтейн сыновьям, не поворачивая головы. Это был обрюзгший, круглолицый, с русыми редеющими волосами, зачесанными на макушку, мужчина.

Выскользнув из палаты, он, сопя, направился к лестнице. Глянув напоследок через плечо и увидев, как обе женщины вошли в