Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

окна, словно просилась на свободу. Томас провел большим пальцем по выключателю окна, раздумывая, стоит ли выпускать пчелу. Пчела с волнением билась крыльями о стекло, предчувствуя скорую свободу.

Вместо того чтобы открыть окно, Томас сжал кулак и припечатал пчелу о стекло. Пчела ужалила его, прежде чем умереть. Боль оказалась достаточно сильной, чтобы на глазах навернулись слезы. В приятном смысле.

Задняя дверь машины со щелчком открылась, и он вытер руку. Он с улыбкой повернулся к пассажирке, устроившейся на заднем сиденье. Она была одета в черную и неоново-розовую тренировочную форму и такие же кроссовки. Она отпила воды из полупрозрачной фитнес-бутылки, прежде чем затянуть резинкой собранные в хвост темные волосы.

– Как прошел день? – дружелюбно спросил он, прибавляя температуру кондиционера, пока пассажирка пристегивалась.

– Хорошо, – отвечает она.

По ее незаинтересованному тону и поджатым губам было видно, что она не хотела разговаривать с первым встречным водителем, который годился ей в отцы.

Неудивительно, что она не спрашивала о том, как прошел его день. Томасу было немного жаль: забавно было бы посмотреть на ее реакцию, если бы он рассказал ей, чем именно занимался утром.

Она достала из сумки наушники и вставила их в уши. Очевидная тактика избегания. На случай, если он не поймет намека, она бросила взгляд в пассажирское окно, пока он вез ее в фитнес-клуб. Он сердито сжимал руль, злясь на то, что она вела себя так, будто была слишком хороша, чтобы тратить свое драгоценное время на разговоры с наемной прислугой.

Неудивительно. Она заставила его ждать, тратить бензин и терять других потенциальных клиентов, а сама тем временем неторопливо вальсировала в свое удовольствие, словно принцесса.

Ему не впервой было сталкиваться с неуважением. Оно входило в его обязанности. Предыдущий пассажир огрызнулся: «Просто веди машину», когда Томас вежливо поинтересовался, как прошел его день. Остаток поездки Томас провел в молчании, размышляя о том, как задушил бы мужчину пластиковым пакетом.

Глава 4

За гулом кондиционера Рэйчел Кролл оценивающе разглядывала Джо Мартинеса, сидевшего за узким столом напротив нее. Он явно руководил крупной операцией. Его телефон постоянно гудел от входящих звонков и сообщений, на которые он не отвечал. Он уделял Рэйчел все свое внимание. Что бы от нее ни хотел Джо Мартинес, причина была достаточно важна, чтобы отойти от дел и лично расспросить ее.

– У меня складывается впечатление, что слова агента Торрено были весьма далеки от реальности.

Рэйчел даже не пыталась скрыть своего раздражения из-за того, что причины, озвученные ФБР, оказались всего лишь уловкой, чтобы затащить ее в комнату для допросов.

– Что вы имеете в виду?

– Я согласилась прилететь сюда сегодня, потому что мне сказали, что я буду сидеть в первом ряду на активном расследовании ФБР, – сказала Рэйчел. – Теперь вы говорите мне, что я являюсь объектом этого расследования. Что из этого правда?

– А разве оба варианта не могут быть правдой? – спросил агент. – Послушайте, Рэйчел, ваше имя всплыло в расследовании, и мне нужно знать почему. Если все подтвердится, я готов предоставить вам эксклюзивный материал по этому делу. Как только мы будем готовы выйти к медиа.

Рэйчел с неудовольствием осознала, что именно Джо Мартинес все утро дергал за ниточки и именно он придумал изощренную схему по заманиванию ее в эту комнату без окон, где они сейчас сидели лицом к лицу, словно два бойца.

Мартинес понимал силу любопытства. Он использовал его, чтобы уговорить Рэйчел в мгновение ока прилететь во Флориду. Предрассветный телефонный звонок агента Торрено был специально приурочен к тому моменту, когда Рэйчел была слишком заторможена, чтобы мыслить рационально. Она действовала на инстинкте. Срочность тона агента Торрено и обещание эксклюзивного доступа к действующему делу ФБР были идеальной приманкой для любого серьезного журналиста.

Мартинес все продумал. Он предполагал, что, как только Рэйчел придет в себя, она начнет сомневаться в своем решении. И действительно, Рэйчел уже передумала, когда в дверь позвонили и она поспешно собирала сумку для поездки. Рэйчел посмотрела в глазок. На пороге стояла высокая женщина в облегающем темно-синем костюме и держала в руках значок ФБР.

– Я здесь, чтобы отвезти вас в аэропорт.

Она подождала, пока Рэйчел закончит собираться, а затем быстро проводила ее в черную правительственную машину, припаркованную у здания. Как по расписанию, сотрудник службы безопасности аэропорта встретил машину, когда она подъехала к терминалу вылета международного аэропорта Филадельфии.

– Нужно поторопиться.

Он забрал у Рэйчел сумку и в рекордные сроки провел ее через VIP-службу.

Рэйчел была последним пассажиром, поднявшимся на борт самолета. Дверь самолета закрылась как раз в тот момент, когда она направилась к своему кожаному креслу бизнес-класса во втором ряду. Когда самолет взлетал, Рэйчел подслушала разговор стюардов, из которого стало ясно, что рейс задержали специально для нее.

Когда через два часа Рэйчел приземлилась в Дейто́не-Бич, у выхода на посадку ее встретила другая стюардесса, которая вручила ей большой коричневый конверт. Внутри была записка от агента Торрено, ключ от машины и подробная информация о месте назначения.

Каждый шаг был тщательно продуман и не оставлял места для случайностей. ФБР вывезло Рэйчел из ее квартиры, прежде чем она успела струсить. По прибытии во Флориду Рэйчел не стали сажать в еще одну правительственную машину с еще большим количеством агентов и увозить в неизвестном направлении. Вместо этого ей выдали ключи от прокатной машины.

Мартинес справедливо предвидел, что к моменту посадки во Флориде Рэйчел будет чувствовать все более настойчивое сожаление. Заказав машину напрокат, он дал ей ложное ощущение контроля. Это гарантировало, что она продолжит подчиняться. И Рэйчел подчинилась. И в итоге дошла до комнаты в глубине тюрьмы строгого режима, где находилась фактически на милости специального агента ФБР Джо Мартинеса.

Не было никаких сомнений в том, что Мартинес играл с ней. И Рэйчел понимала, что продолжает играть. Это было понятно по тому, как он бросил пиджак на стул и закатал рукава рубашки, словно собираясь приступить к делу.

Рэйчел изучала Джо Мартинеса, мысленно перечисляя все, что знала о нем, и выискивая бреши в его грозной броне. Прежде чем поступить на службу в ФБР, он служил в морской пехоте. Она знала это, потому что слова «Semper Fidelis» были видны в нижней части татуировки на правом бицепсе, частично обнаженной закатанным рукавом его рубашки. «Всегда верен». Так переводился с латыни девиз Корпуса морской пехоты США. В агенте Мартинесе чувствовалась настороженность, которую Рэйчел не раз замечала у ветеранов боевых действий. С учетом его возраста, который, по мнению Рэйчел, составлял около тридцати лет,