Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Ваш отец пригласил меня.

— Спасибо, Джудит, — сказала Таника, пытаясь взять ситуацию под контроль. — Может кто-то из вас рассказать мне, что произошло сегодня на вечеринке?

Пока Розанна рассказывала о вечеринке и о том, как они нашли ее отца в кабинете, Тристрам смотрел в пол. Слушая Розанну, Джудит заметила черную нитку, торчащую из правой манжеты пиджака девушки. Взглянув на ее левую манжету, Джудит увидела золотую пуговицу в форме морского узла. Если не считать этой маленькой детали, Розанна была одета безукоризненно. Но неужели такая аккуратная молодая женщина могла не заметить, что на ее пиджаке не хватает одной пуговицы?

— Спасибо, — поблагодарила Таника, когда Розанна закончила говорить. — Могу ли задать вопрос? Гости сказали моим офицерам, что между вами, Тристрам, и вашим отцом произошла ссора прямо перед тем, как он зашел в дом. Это правда?

Тристрам поднял голову, больше не пытаясь скрывать свою вину.

— Никогда себе этого не прощу, — сказал он.

— Что произошло?

— Я думал, будет весело. Но мне было больно от его предательства, и я захотел устроить скандал. Встряхнуть отца.

— Встряхнуть?

— Он предпочел Дженни мне, — сказал Тристрам с ноткой отчаяния в голосе.

— Можете ли рассказать об этом подробнее? — спросила Таника. — Ваш отец ведь собирался жениться во второй раз?

— Да, после многих лет жизни холостяком, — сказала Розанна.

— Что случилось с вашей матерью?

— Мама и папа развелись, когда мы были маленькими.

— Сколько вам тогда было?

— Мне было восемь, а Тристраму — шесть.

— Наверное, вам пришлось нелегко.

— У меня сохранилось не так много воспоминаний. Сколько себя помню, отец был холостяком.

— Тогда могу ли я спросить: как он познакомился со своей невестой, Дженни Пейдж?

Розанна и Тристрам переглянулись. Было ясно, что им не хотелось ничего объяснять.

— Все очень просто, — сказала Розанна, решив как можно быстрее разделаться с неприятной историей. — Она медсестра. А папу пару лет назад серьезно подвело здоровье. Врачи сделали заключение: он употреблял слишком много вина и жирной пищи. В итоге у него диагностировали диабет второго типа, поэтому он обратился в агентство, чтобы нанять медсестру, которая постоянно жила бы в доме. Они прислали Дженни. Так получилось, что они начали встречаться, и вот мы сидим здесь накануне их свадьбы.

— Спасибо. Выглядит действительно просто. Но могу ли спросить вас, Тристрам, что вы имели в виду, когда назвали вашего отца предателем?

— Какая разница? — спросил Тристрам, внезапно заволновавшись. — Теперь он мертв. Какими бы ни были мои отношения с отцом, теперь все кончено, а я до конца жизни буду помнить, что стал причиной его смерти!

— Довольно серьезное заявление, — сказала Таника.

— Но если бы я не приехал, чтобы вывести его из себя, Дженни не расстроилась бы, правда? И отец не побежал бы за ней в дом и… не знаю, что случилось, но он бы не уронил на себя шкаф. Я во всем виноват.

— Ты не виноват, — пренебрежительно произнесла Розанна. — Никто ни в чем не виноват. Это просто ужасный несчастный случай.

— Могу я спросить? — продолжила допрос Таника. — О чем вы спорили?

— Дженни запретила Тристраму приходить на свадьбу, — ответила Розанна.

— Почему?

— Потому что мой глупый брат сказал вслух то, о чем ему следовало молчать.

— А именно? — спросила Таника у Тристрама.

Он вновь не ответил.

— Медсестра без роду без племени — Дженни вообще сирота — пришла в наш дом, — произнесла Розанна, — и прикарманила себе баронета, коттедж и маленькое состояние всего за год. Она зря времени не теряла.

— Думаете, Дженни интересовали только деньги вашего отца?

— И титул. Не забывайте об этом. Она вот-вот должна была стать леди Бейли.

— Но теперь не станет, не так ли? — спросила Джудит, пытаясь разобраться в логике происходящего. — Раз ваш отец умер до свадьбы.

— Нет, — сказала Розанна, понимая, что Джудит не ошиблась. — Думаю, уже не станет.

— Тогда кто унаследует титул? — спросила Таника. — Вы, Розанна, как старший ребенок?

Розанна перевела взгляд на брата.

— Считаю, на этот вопрос лучше ответить тебе, — протянула она.

— Титул баронета передается по мужской линии, — сказал Тристрам немного пристыженно.

— Что это значит? — спросила Таника.

— Я унаследую отцовский титул.

— И все его деньги, — добавила Розанна. — Всю его собственность.

— Но вы не старший ребенок, — запутавшись, возразила Таника.

— Не я придумываю правила, — развел руками Тристрам.

— Но ты не обязан им следовать, — язвительно произнесла Розанна.

Джудит ясно поняла, что брат с сестрой не ладят.

— Могу я спросить? — вмешалась она. — Когда ваша семья получила титул?

— В конце Английской революции, — ответил Тристрам.

— Правда? Это кажется маловероятным.

— А в чем проблема? — спросила Таника.

— Ну, Кромвель одержал победу и казнил короля. Он едва ли одобрял систему дворянской знати.

— Да, здесь вы не ошибаетесь, — кивнула Розанна. — Наша семья сражалась на стороне Кромвеля во время войны, но, как только республика распалась, наши предки перешли на другую сторону и присоединились к движению по восстановлению монархии. Когда они преуспели в этом, Карл II даровал нашей семье титул баронетов в 1660 году. Видите ли, Бейли всегда бежали туда, куда дул ветер. Это самая яркая наша черта, которая передается из поколения в поколение. Мы очень непостоянны. Принципы нас не особо волнуют. Мы шесть раз изменим свое мнение еще до обеда, если от этого жить станет проще. Ну, если дело не касается наследства, конечно.

— На этом вопросов хватит, Джудит, — сказала Таника.

— Разумеется, — отозвалась Джудит, складывая руки на коленях. — Я закончила. Продолжайте.

— Спасибо.

— Но все же вы, случайно, не знаете, кто готовил сегодня песто на кухне?

Тристрама вопрос сбил с толку, и он посмотрел на сестру.

— Розанна, ты готовила?

— Да, я, — ответила она, не понимая, почему этот вопрос так важен. — Я готовила пасту нам на обед. Ну, понимаете, углеводы дают много энергии и нейтрализуют алкоголь. Ведь потом начиналась вечеринка.

Значит, именно Розанна готовила песто. Джудит вспомнила, что не видела девушки на вечеринке до того, как упал стеллаж. К тому же она позже всех прибежала к двери, ведущей в кабинет.

— Где вы были, когда упал стеллаж? — спросила Джудит.

— Почему вы об этом спрашиваете?

— Просто я не видела вас в саду, где находились другие гости.

Джудит заметила, что ее вопрос на мгновение выбил Розанну из колеи, но она быстро взяла себя в руки.

— О, я тоже была в саду, — сказала она.

— Тогда, я уверена, вы сможете сказать мне, кто вышел на балкон, когда раздался грохот.

— Простите?

— Это простой вопрос. Если вы были в саду вместе с остальными, то сможете сказать, кто вышел на балкон, когда в доме упал стеллаж.

— Это легко, —