Искатель, 2011 № 11 - Журнал «Искатель»

— Выйдите, нам надо с ней поговорить тет-а-тет.

Он безропотно покинул помещение. В шатенке я признал одну из тех ярких женщин, которые были на похоронах Решетовой и с которыми очень хотелось поговорить, но все было недосуг.

— Фамилия, имя, отчество? — спросил я.

— Збруева Ольга Петровна, — шатенка была напугана.

— Кому вы везли вот этот конверт? — Я достал его из сумочки женщины, прекрасно зная, что внутри лежит перстень, найденный в бассейне у Решетова.

— Один мой старый приятель по имени Гена просил привезти, а что?

— Он вам не сказал, что внутри и зачем он ему нужен?

— Нет, просто попросил привезти. Дал денег. Вот и все. — Женщина, оправившись от испуга, смотрела на меня, уже нагло ухмыляясь.

— Где вы с ним должны были встретиться?

— На двести шестьдесят пятом километре. Да что случилось-то?

Я был разъярен.

— А то, что вы являетесь сообщницей похитителя людей!

Женщина зажмурилась.

— Не может быть, — наконец произнесла она. — Гена такой добрый и отзывчивый человек.

— Ваш Гена подозревается в убийстве гражданки Решетовой. Она была вашей подругой?

— Откуда вы?..

— Мне об этом сказал ее муж. А увидел я вас впервые на похоронах Снежаны Игоревны. Так что, будем Ваньку валять и от всего отпираться или расскажете правду?

— Какую правду? То, что мы были, как вы выразились, подругами? Так мы не были таковыми. У Снежаны вообще подруг не могло быть по определению. Она была стервой, хотя и играла на людях в белого барашка. И муж ее кретин. Даром что бизнесмен. Она им крутила, как хотела, а он ей в кровать любовников подкладывал. Вот такая уродская семейка. Да у нее половина города в кровати побывала, а он все из себя мачо строит.

Женщина вдруг зарыдала. Я удивился. Не тому, что женщина заплакала, а тому, что услышал. Значит, я был прав, муженек мог убить свою неверную супругу из ревности. Скорее всего, он сделал это не сам, нанял кого-то, но это ничего не меняет. Единственное, что не вписывалось в рамки этой версии, зачем тогда он все это затеял и нанял детектива, то есть меня?

— Она ведь у меня его увела, — продолжала Збруева, — я бы, может, жила сейчас как сыр в масле, а она его у меня отбила.

«Так-так, — подумал я, — начинают всплывать интересные факты».

— Мы же с ней действительно подругами были. Вместе в одном вузе учились. Когда перестройка жахнула, приехали в этот город. Устроились работать в магазин. Решетов тогда и бизнесменом-то не был. Так, снабженцем работал. Я первая с ним и познакомилась. Дружить начали, он за мной так ярко ухаживал. Потом у него бизнес пошел. Да что говорить, все про это знают. Это он с виду дурачок, а внутри — акула. И братва ему нипочем, и милицию прикормил. Деньги делают деньги. Тут и Снежана проснулась. Меня он бросил, а ее подцепил. Сейчас у Решетова целая империя, и про тот магазин, где мы все вместе когда-то работали, он и не вспоминает… Гена в том магазине тоже работал, и со Снежаной у них были очень даже теплые отношения.

Я задумался. Конечно, почти ничего нового об отношениях Решетовых Збруева не сообщила, но бизнесмен и его покойная жена все меньше и меньше мне нравились. Я позвонил Коле и попросил его подъехать на пост ГИБДД. Когда Карамзин приехал, я сказал Збруевой:

— Значит, так, берите конверт — и едем к вашему Гене. Если спросит, почему задержалась, скажите, что попали в аварию, позвонить не смогли, потому что аккумулятор у телефона сел. На нас не смотрите, вы, по всей видимости, тут действительно ни при чем. И как только отдадите конверт, можете быть свободны.

Карамзин сообщил сотрудникам ГИБДД, что они забирают Збруеву, те не возражали. Ольга Петровна залезла в свой кабриолет и медленно тронулась вперед. Я забрался в машину к Коле, и мы двинулись за ней следом.

По дороге я раздумывал над тем, что узнал. Теперь получалось, что подозреваемым номер один становился этот самый Гена, на встречу с которым мы сейчас ехали. Но если убийцей был он, то какова причина этого преступления? Что могли не поделить бывшие друзья? А может быть, и любовники?

* * *

Маша открыла глаза и огляделась. Она лежала на кровати в какой-то жалкой лачуге. Вокруг были навалены старые вещи, потрепанные книги. Неяркий свет проникал в небольшое оконце. Она приподнялась и села. В углу шуршала чем-то мышь. Маша не помнила, как оказалась здесь. Вот она вышла из офиса на улицу, потом прошлась по магазинам, затем хотела пойти домой. Но тут рядом остановилась серебристая машина, а дальше… провал в памяти.

Что случилось дальше, почему она здесь? Голова гудела. Она потрогала лоб, погладила себя по голове. Встала с кровати, которая жалко скрипнула, осмотрелась. Сумочки не было. Ни на обшарпанном столе, ни где-то еще. Ограбили и похитили? Или наоборот. Хорошо, что не убили. А в сумочке, кроме дамских «штучек» лежало всего двести рублей — невелика потеря. Кому они могли понадобиться? Она подошла к двери, дернула за ручку. Дверь безмятежно открылась, впуская внутрь лачуги яркий солнечный свет. «Где я?» — подумала Маша, оглядываясь. Вокруг было поле, а дальше — лес. Вот вам и сказка про «Машу и трех медведей». Где-то вдалеке было слышно, как по дороге мчатся машины. Она постояла немного,» приходя в себя, а потом пошла вперед к дороге.

* * *

Между тем кабриолет Збруевой уже приближался к двести шестьдесят пятому километру. Но вокруг не было ни души. Вдоль трассы шумели зеленые деревья, и все. Ни машин, ни людей. Коля двигался за кабриолетом не отставая. Наверное, они зря сделали так, но что-либо менять было уже поздно. Я высунулся из машины, ожидая, что что-то произойдет, но… ничего не происходило. Збруева подкатила к указанному месту, остановилась. Вылезла из автомобиля. Через некоторое время подъехали и мы с Карамзиным.

— И где же ваш Гена? Может быть, вы должны были с ним связаться по телефону?

— Нет, он сказал подъехать ждать.

— Что будем делать мы? — Коля посмотрел на меня. Я понуро пожал плечами.

— Он не дурак. Сейчас, наверное, сидит где-нибудь с биноклем и за нами наблюдает. Поэтому вряд ли подъедет сюда.

— Скорее всего, так оно и есть.

— Что же будет с Машей? — Я тяжело вздохнул.

В это время из-за поворота появилась патрульная машина ГИБДД. Я не обратил на нее внимания, потому что смотрел во все