Эдди Флинн - Стив Кавана

будет пробить их удостоверения личности по УАТ, паспортному контролю – да по всем, блин, базам данных, которые у нас только есть! Вряд ли он способен так уж кардинально менять внешность. Начнем с того присяжного, который пропал после суда по делу Касса. Мы вычислим этого типа. Я дам показания, Эдди. Сделаю все, что нужно, – заверила меня Дилейни.

Мы обсудили дальнейшую стратегию. На сей раз мы будем наблюдать за присяжными. Но был и некоторый риск.

– Бобби, если все пройдет хорошо, то нам удастся отправить дело на пересмотр. Вот какова на данный момент наша цель. А значит, все приостановится. Дилейни может понаблюдать за присяжными, последить за ними, пока мы не сумеем определить, кто из них убийца. Мы должны остановить этот судебный процесс. Я не допущу, чтобы все оказалось в руках жюри. Только не тогда, когда среди присяжных сидит убийца. Но вам следует знать, что я могу и не добиться успеха. Пока это всего лишь версия. У нас нет никаких доказательств. Если судья откажется отправить дело на пересмотр, не исключено, что Прайор обернет это против нас.

– Что вы имеете в виду? – спросил Бобби.

– Если мы выступим с заявлением, что в жюри сидит серийный убийца и что на данный момент мы не знаем, кто это конкретно, то все до одного присяжные воспримут это так, будто мы обвиняем их в совершении этого преступления. Они примут это на личный счет. А значит, наверняка объявят вас виновным. Если мы попробуем, и ничего у нас не выйдет и мы не прищучим этого типа, вы можете оказаться за решеткой до скончания своих дней.

Мне нравился Бобби. При всех своих деньгах и славе он вообще-то не слишком отличался от того паренька с фермы, который уехал из дома с отцовскими сбережениями в кармане. Конечно, у него были свои проблемы. Как и у любого из нас. Но он не приезжал в суд на «Бентли». Вокруг него не вилось двенадцать лакеев, круглые сутки повторяющих ему, какой он прекрасный и замечательный. Еще в раннем возрасте он уже хорошо знал, чем хочет заниматься в жизни. Ему повезло, что он оказался хорош в выбранном деле и сумел воплотить свою мечту в жизнь, но теперь Бобби был просто молодым человеком, горюющим по ушедшей любви. И никакие деньги и слава не могли этого хоть как-то изменить.

– Этот человек убил Ариэллу и Карла. И всех этих других людей. Я хочу, чтобы вы поймали его. Делайте все, что сочтете нужным. Меня это не волнует. Я знаю, что вы обязательно прищучите его, – сказал Бобби.

– Должен быть и какой-то другой способ, – вмешался Холтен.

Мне тоже не хотелось подвергать Бобби риску. Но в тот момент какой-то иной план не приходил мне в голову. Я знал, что что-то упускаю из виду. Этот образец ДНК беспокоил меня с самого начала. Да как, блин, ДНК мертвеца могла попасть на ту долларовую банкноту?

Это уже из области фантастики…

Как только эта мысль промелькнула у меня в мозгу, я понял, каким именно образом ДНК Пены могла оказаться на купюре во рту у Карла. Быстро накидав список того, что надо проверить, я передал листок Дилейни. Долларовый Билл был очень хитер и предусмотрителен.

Но все допускают ошибки.

Глава 57

Переплетя пальцы на животе и размеренно дыша, Кейн устроился поудобней и приготовился смотреть, как Прайор заберет дело в собственные руки. Во время обеденного перерыва присяжные негромко переговаривались между собой – то тут, то там слышались шепотки. Если б им пришлось проголосовать прямо сейчас, то две трети из них были бы за обвинительный вердикт. Он предположил, что остальные пока не пришли к окончательному мнению, но большинство все же склонялось к виновности подсудимого. Кейну приходилось сталкиваться и с худшими ситуациями в совещательной комнате.

После перерыва Прайор вызвал своего очередного свидетеля – технаря по фамилии Уильямс, который занимался экспертизой охранной видеосистемы во владениях Соломона. Тот показал, что демонтировал и забрал систему с собой для изучения и обнаружил запись, имеющую отношение к делу.

Большой экран в зале суда опять осветился, и на нем появилось черно-белое изображение улицы, снятое камерой над входом в дом Соломона. Временна́я отметка в левом нижнем углу показывала 21:01, когда экран заполнила фигура в низко надвинутом на лоб капюшоне. Загримироваться под Бобби у Кейна не вышло. На экране промелькнул лишь подбородок мужчины, когда тот поднял руку, которая замерла в этом положении.

– Что делает этот человек на экране? – спросил Прайор, который поставил запись на паузу.

– Должно быть, вставляет ключ в замок. По моему мнению, очень на то похоже, – ответил Уильямс.

Запись пошла дальше. Фигура в капюшоне, низко склонив голову, смотрела на экранчик «Айпода», от которого к капюшону тянулся длинный белый проводок – к наушникам. Дверь открылась, и из-за нее хлынул свет. Фигура шагнула внутрь, и на этом запись оборвалась.

– Как работает данная система наблюдения, офицер Уильямс? – спросил Прайор.

– Она активируется датчиком движения. Камера автоматически включается, получив сигнал от датчика. Я проверил этот датчик в лаборатории и могу подтвердить, что он полностью исправен, как вы можете здесь видеть. Радиус его действия – десять футов. Любое движение в этих пределах включает камеру.

– Подсудимый по этому делу утверждает, что вернулся домой около полуночи. И что в девять вечера никак не мог повстречаться со своим соседом. Как вы можете прокомментировать данное утверждение?

– Это совершенно исключено. Он попал на камеру в двадцать один ноль одну. Все выглядит так, что именно Роберт Соломон вошел в свой дом через переднюю дверь, воспользовавшись ключом. Я проверил систему, и записи после этой отсутствуют.

Прайор сел на свое место, и Кейн увидел, как из-за своего стола поднимается Флинн. И прежде чем адвокат успел хоть что-то произнести, как Кейна отвлекли. Он бросил взгляд влево, в сторону источника шума. Двери зала были открыты, и в них только что вошли два детектива. Одним из них был Майк Андерсон, все еще с гипсом на руке. Второй, постарше, с седыми зализанными назад волосами, был, судя по всему, его напарником. Оба встали у задней стены зала.

Кейн вновь перевел взгляд на Флинна и подумал о своих ножах. Представил себе адвоката, связанного в каком-нибудь тихом местечке далеко отсюда. Там, где можно позволить Флинну орать во всю глотку. Представил, как выбирает нож. Дает Флинну посмотреть на это. А потом медленно подходит к связанному адвокату. Кейн умел резать так,