Люди за спиной. Том 2 - Александра Маринина

Меренков помолчал.

– Рассказывать особо нечего. Собрались три руководителя, полицейский, прокурорский и судейский, пошли в баньку. Обычное дело, они были вась-вась, как говорится, имели общие деловые интересы. Ну, это как всюду. Вы насчет девочек и всего прочего интересуетесь?

– Пока нет. Что за банька?

– Генеральская. У Кудина был дом за городом, большой участок, он шикарную баню отгрохал, огромную, с бассейном. Отделка дорогим камнем, все такое. Допускал туда только нужных людей.

– По какому случаю собрались? День рождения? Кто-то из присутствующих получил награду или повышение? Или они были настолько близкими друзьями, что им и повод был не нужен?

– Проверка тогда закончилась, комиссия уехала, вот Кудин и собрал верхушку на радостях.

– Проверка? – насторожилась Настя.

– Да, инспекторская, плановая, комиссия из МВД приезжала. Выводы по проверке сделали положительные, а это достойный повод отметить, сами понимаете.

– Понимаю, – кивнула она. – Дату помните? Хотя бы примерно.

– Да что примерно, я вам точно скажу, такое разве забудешь, – усмехнулся Меренков. – Двадцать третье октября восемнадцатого года.

– А тех двух следователей, о которых говорил Сергей, вы знали? Шахрай и Бердников, если я правильно запомнила.

– Не близко, но был знаком. Шахрай работал в Спасском районе, был совсем молодым и бестолковым, очень хотел много денег, работать не умел. Никто и не удивился, что он быстро уволился, на следствии проработал года полтора, если не меньше.

– А Бердников?

– О, этот – зубр! – В голосе Меренкова явственно слышалось уважение. – Опытный, грамотный. Кстати, был близким другом Яскевича, отца Ульяны Дмитриевны. Ульяна как-то обмолвилась, что Бердников для нее был в профессиональном плане образцом, она у него училась следственным премудростям. После того взрыва Яскевича назначили начальником УВД, а Бердников где-то через пару месяцев пошел на повышение на уровень федерального округа.

– Получается, молодой неопытный Шахрай не смог раскрыть убийство, совершенное Мезениным в шестнадцатом году, и приостановил дело, потом через два года ваш зубр Бердников дело возобновил и довел до конца. Так?

– Выходит, так. Вас что-то смущает? – озабоченно спросил Меренков.

– Пока ничего, просто пытаюсь собрать картинку. А что случилось? Почему расследование возобновили? Поступила какая-то новая информация?

– Ну, это уж я не в курсе, – развел руками прокурор. – Надо дело читать.

– Вы же прокурор по надзору за следствием, – с улыбкой заметила Настя. – Неужели не читали?

– Так это было четыре года назад! Знаете, сколько документов мне приходится читать?

«Ага, и читаешь ты их по диагонали, да и то только первую и последнюю страницы, – мысленно ответила Настя. – Нет, я без претензий, я все понимаю».

– Справку сделаете? – спросила она.

– Сделаю. Завтра прямо с утра поручу кому-нибудь из подчиненных, к вечеру получите.

Они вернулись в дом. Тимур рассказывал что-то смешное про поездку в Ирландию, Игорь и Сергей хохотали и одобрительно стучали кулаками по столу. Количество спиртного в бутылках заметно уменьшилось.

– Что, нам пора? – спросил Тим, увидев Настю.

– Пора, дружок, – ответила она. – Поблагодарим хозяев за гостеприимство и поедем.

– Да ладно вам, Анастасия Павловна, – взмолился Прокофьев, – пусть Тим дорасскажет, интересно, чем все кончилось.

Настя кивнула.

– Пять минут, Тим. Жду тебя на крыльце.

Меренков снова вышел вместе с ней.

– Вы точно не хотите остаться на ночь? Смотрите, как ребята разошлись, им хорошо, весело, зачем же портить им вечер.

– Володя, я уже не в том возрасте, чтобы ночевать в случайных местах, – мягко проговорила она. – Спасибо вам большое за приглашение, но – нет. Тим много выпил?

– На моих глазах – немного, а так – кто знает. Игорь любого трезвенника может уломать, так что не поручусь.

Из дома донесся новый взрыв хохота, через минуту на крыльце появился Тимур в сопровождении оперативников.

– Я готов. Если что – у меня в крови европейский стандарт, могу вести машину.

– Здесь не Европа, дружок, – усмехнулась Настя.

Они еще долго прощались у ворот, пытаясь договориться о дальнейшем сотрудничестве, но Насте казалось, что Игорь и Сергей, мягко говоря, несколько нетрезвы и моментально забывают все, о чем говорят.

Она села за руль и мысленно попросила глаза не подвести.

Глаза не подвели, и до отеля они добрались благополучно.

* * *

«Я все делаю неправильно, – думала Настя, ворочаясь под одеялом и пытаясь найти самое удобное положение, в котором можно наконец заснуть. – Я начала с конца, вместо того чтобы вернуться к началу. Я никогда не пойму, куда могла уехать Сташевская, если не узнаю, почему она вообще уехала из Крюковска, от кого или от чего бежала. Тогда я смогу примерно представить, от кого она сбежала из Москвы. И только потом буду искать ответ: куда. Сама же всегда твердила и себе, и окружающим: ищи причину, причина всегда в самом начале и нередко довольно далеко от следствия».

Она встала, накинула на пижаму теплую кофту, присела за маленький рабочий столик. Пришлось снять ноутбук, чтобы освободить место для блокнота. Итак, 23 октября 2018 года начальник областного УВД генерал Кудин праздновал благополучное окончание инспекторской проверки. Сколько длится такая проверка? Раньше, когда Настя еще служила, – примерно месяц. Она записала в блокноте первый вопрос: «Когда началась проверка?»

Пока нет точной даты, придется ориентироваться на примерные сроки. Допустим, месяц. Значит, во второй половине сентября 2018 года приехала комиссия. И в сентябре же Вячеслав Мезенин арестован по обвинению в убийстве, совершенном за два года до этого. Когда и почему возобновили следствие по нераскрытому преступлению? Это следующий вопрос.

Что в области с раскрываемостью тяжких преступлений? На этот показатель проверяющие смотрят в первую очередь. Предположим, в Крюковской области всегда была стопроцентная раскрываемость по тяжким. Этого быть не может ни теоретически, ни практически. Но – допустим. Тогда висяк по сто пятой статье портит всю картину, и вполне понятно, что его перед приездом комиссии попытаются перевести в раздел раскрытых. Напрягают все силы, задействуют лучших оперов в области, устраивают мозговой штурм, привлекают агентуру, короче, землю роют, чтобы так или иначе раскрыть убийство девушки в ночном клубе. Да нет, глупость полная. Так не бывает. Потому что ни у кого и никогда не бывает стопроцентной раскрываемости, и никто не станет из-под себя выпрыгивать, чтобы в статистике стало одним висяком меньше, если этих висяков и без того целая куча. Тем более дело самое обычное, не резонансное.

Настя попыталась вспомнить статистику, которую накануне ей показывал прокурор Меренков. Никаких ста процентов по общеуголовным преступлениям там и близко не было ни за один год из последних десяти. Так что нет никаких оснований уделять особое внимание обычному убийству. Вероятнее всего, поступила какая-то новая информация, которая позволила раскрыть преступление и