Беглец. Несправедливо обвиненный - Дж. М. Диллард

Второй ответ был менее обнадеживающим, но казался более вероятным Джерарду: если предположить, что Кимбл был виновен в убийстве жены, он просто нанял для этого однорукого, и его возмутил тот факт, что этот человек убежал. И Кимблу пришлось самому отвечать за все. И он получил смертный приговор. И поэтому Кимбл вернулся в Чикаго, чтобы каким-то образом рассчитаться с ним.

Джерард мысленно отметил, что надо дать указание Пул скоординировать действия с Бигсом, Ньюменом и Ренфро и проверить все больницы, где есть отделения протезирования. Если у того человека был протез, должен же он был его где-то заказывать и, соответственно, об этом должна быть где-то сделана запись.

Конечно, если предположить, что он заказывал протез в Чикаго. Джерард вздохнул и потер уставшие глаза. Конечно, это было все равно, что искать иголку в стоге сена. Естественно, что защитники Кимбла отчаялись искать пресловутого однорукого убийцу. Информации было явно недостаточно, для того чтобы найти что-то определенное. Итак, это мужчина с белой кожей, средних лет – от тридцати до сорока пяти. Согласно показаниям Кимбла, рука оторвалась выше локтя. Если не найдется еще каких-то сведений, чтобы сузить круг поиска однорукого убийцы и выйти на Кимбла, то Кимбл первым доберется до него, сведет с ним счеты и удерет за океан.

Джерард вздохнул и попытался заснуть.

Сразу после полуночи его разбудил телефонный звонок. Он поднял трубку и охрипшим голосом ответил: «Джерард», потом откашлялся.

Голос Ренфро был бодрым до отвращения.

– Когда-нибудь слышали о доме номер двадцать три по Индул-серкл, инспектор?

Джерард повернулся на спину, закрыл глаза и потер переносицу:

– Да, симпатичное местечко. Я пил чай там на прошлой неделе, – он замолчал, потом сарказм из его голоса исчез. – Давай выкладывай.

– Это адрес Ричарда Кимбла.

Джерард резко сел на кровати.

– Чудесное совпадение, – продолжал Ренфро. – Оказывается, сынка хозяйки дома взяли за торговлю травкой. Когда парня привели в участок, он чуть штаны не намочил, увидев расклеенные там портреты Кимбла…

Но Джерард его уже не слышал. Он скинул простыню, отбросил трубку и быстро стал натягивать брюки.

* * *

Прошло меньше часа, когда Джерард спустился по лестнице в подвал, где жил Кимбл. Ренфро уже был там. Ньюмен тоже. Он разглядывал фотографии и досье, разбросанные на узкой незастланной постели, а судебные медики обсыпали все порошком, проверяя отпечатки пальцев.

Ренфро ухмыльнулся:

– Могу даже предположить, чьи отпечатки мы здесь найдем. Я уже говорил с хозяйкой. Она узнала Кимбла по фотографии и подтвердила, что он снимал у нее эту комнату. Так что у нас два свидетеля.

Джерард быстро оглядел мрачный тусклый подвал – это не составило особого труда. Вся обстановка состояла из грязного ржавого рукомойника и унитаза в малюсенькой комнатке; шаткий столик у убогой кровати. Джерард подошел ближе к кровати, чтобы рассмотреть разбросанные снимки и бумаги. Ньюмен отошел, чтобы не мешать.

Джерард одобрительно кивнул и спросил:

– Ну, как ухо?

И просто ощутил, как сузились от злости зрачки Ньюмена.

– Прекрасно, – коротко бросил он, не удостаивая своего босса даже мимолетным взглядом. Он как бы отгородил себя невидимой стеной, и это вполне устраивало Джерарда. Ньюмену понадобится такая стена, если он хочет выжить и стать профессионалом в своем деле – в этом-то и был смысл всех издевок и шуток. В свое время, где-то двадцать лет назад, начальники Джерарда тоже немало потрудились в этом направлении.

Джерард склонился над документами. На фотографиях были изображены протезы рук – одних только рук. Некоторые – с локтевым суставом и выше. Он почувствовал профессиональное удовлетворение, поскольку оказался прав: Кимбл вернулся в Чикаго, чтобы найти однорукого. И эти поиски как раз и наведут на его след помощников судебного инспектора.

Джерард потянулся к досье и вопросительно взглянул на эксперта, который закончил возиться с кроватью и выпрямился.

Заметив движение Джерарда, он кивнул.

– Можете взять. Только не путайте с теми, что мы еще не обработали, ладно?

Джерард поднял папку за уголки, открыл и начал просматривать, пытаясь найти ключ к решению проблемы. Там был снимок протеза руки со всеми параметрами.

– Мы уже просмотрели большинство снимков, – произнес Ньюмен у него за спиной. – Но там нет названия отделения или больницы.

Джерард нахмурился, продолжая листать страницы. Это, скорее всего, было не досье на определенного человека, а какое-то общее руководство в помощь тем, кто занимался изготовлением и подгонкой протезов. Там не было сведений о пациентах, никаких имен или адресов, не было там и данных о повторных визитах. Единственное, что могло пригодиться, – это фамилии на обороте снимков.

Джерард решил, что Кимбл схватил эти документы в спешке, боясь, что его могут заметить или застать врасплох, потом принес их сюда и, видимо, был разочарован… Или он искал что-то еще, помимо имени?

– Ну, что ж, придется просмотреть все эти бумаги, – сказал Джерард, пытаясь скрыть свое раздражение от того, что им вроде бы удалось так быстро подобраться к Кимбл, но ни на йоту не продвинуться в расследовании. – Мы начнем с фамилий, указанных здесь…

Он закрыл папку и аккуратно положил ее на прежнее место на кровать.

Тем временем Ньюмен тщательно просматривал стопку досье на кровати, проверяя, все ли они содержат одинаковую информацию. Джерард поднялся в ожидании, когда Ньюмен дойдет до конца. Под стопкой, прямо на одеяле, оказался сложенный листок бумаги.

– Вы проверили это? – спросил Ньюмен собиравшегося уходить медэксперта, но Джерард уже взял листок, развернул его и прочел:

СЕМИНАРЫ ПО ВСЕОБЩЕМУ ЗДРАВООХРАНЕНИЮ ОКРУГА КУК

Январь – месяц медицинского обследования женщин

Кимбл ехал из больницы надземкой. Выйдя со станции, он отправился пешком к своему пристанищу. Больше не стоит возвращаться в больницу – это небезопасно. Да и Энн Истмен наверняка сообщила о нем. Он, конечно, вернул бы всю документацию, поскольку и лаборантам, и врачам эти данные были необходимы, но он больше не мог рисковать. Если у него будет время, он отправит все досье по почте.

Подняв воротник, чтобы хоть как-то защититься от ветра, он повернул за угол на Индоул-серкл, осторожно ступая по скользкому тротуару. Меньше чем за квартал он вдруг остановился – какое-то животное чувство подсказывало ему, что рядом опасность.

Две автомашины последних моделей стояли у тротуара напротив его дома, а из окон его подвальчика лился свет, отражаясь на их стеклах и хромированных колпаках на колесах.

Кимбл часто задышал, выпуская пар в холодный воздух. Он