Убить буржуев - Сандроне Дациери

Коломба испепеляет его взглядом зеленых глаз:

– Так о чем ты говорил?

– Я знал, что безопасность станет одним из самых востребованных товаров, особенно среди таких людей, как эти… Я поставил на это все и не прогадал.

– То есть мистер Алюминий, можно сказать, делает тебе рекламу.

– Пока он меня не убьет. – Джо снова одаривает ее лукавой улыбкой. – Мне нужно съездить в Лондон по делам и развеяться. Поехали со мной на пару дней. Пообщаемся поближе.

– Спасибо, к сожалению, как видишь… я работаю.

– Притворись, что тебе нужно последовать за подозреваемым.

– Как-нибудь в другой раз. Приятно было поболтать. – Коломба замечает невдалеке Гленна. – Мне пора.

Джо протягивает ей свою визитку:

– Если передумаешь, звони.

Засунув визитку в клатч CRM (также позаимствованный) и улыбнувшись Ланцони на прощание, Коломба догоняет Гленна у стола с канапе, похожими на цветастую полосатую волну.

– Что говорит… Джо?

– Откуда такой тон? – шутливо спрашивает она.

– Пф-ф-ф… Ты знала, что он сменил имя? Его звали Джованни, но это имя казалось ему слишком провинциальным.

– Это тебе брат рассказал?

– Да. Ему нравился Джо, но он считал его кретином… Я тут поработал за тебя и поговорил с ассистентом отца Кристины. Господину Ринальди не терпится с тобой встретиться.

Коломба оглядывается по сторонам:

– Где он?

Гленн берет ее за талию, разворачивает и указывает в глубину парка, за кромку деревьев:

– Там.

5

Данте приехал на «делориане», который не выводил из гаража с тех пор, как его в последний раз похитили. Первые несколько километров машина дымила, но единым духом доставила его в место назначения, не потребовав снова заливать полный бак. Он двинулся в путь сразу после звонка Коломбы, которую ждал к ужину: голос у нее был веселый, как после пары бутылок пива, но Данте понял, что она просто расслаблена. Сегодня будут поминки по дизайнерше, подходящий случай разведать обстановку, завести знакомства и так далее и тому подобное. А потом: «Я полечу на вертолете с Гленном». А потом: «Он бы и тебя подбросил, но ты ведь не любишь летать, верно?»

Конечно, он не любит летать, но тогда почему у нее такой извиняющийся тон? Этот тон вызвал у него непреодолимое желание посетить поминки, чего при обычных обстоятельствах он не сделал бы ни под какими угрозами. Данте пустился в дорогу и преодолел блокпост карабинеров благодаря отмашке полковника, которому дал консультацию по поводу пропавшего ребенка. А вот добраться до полицейского кордона, оставив машину в паре километров от особняка, оказалось задачей потруднее. Посреди улицы устроили сидячую забастовку и протестные шествия не менее трех тысяч демонстрантов из самых разных организаций, от «Последнего поколения» (хотя ту самую девушку среди них не видно) до профсоюзов фабрик группы Ринальди, возмущенных сокращениями персонала, которые несут надувную куклу, похожую на мистера Алюминия. Время от времени раздаются лозунги против богачей или против полиции, из динамиков гремит рэп.

Карабинер, экипированный для борьбы с уличными беспорядками, проверяет у него документы и проводит его через большие бронзовые ворота и первые пропускные пункты. Попав в резиденцию, Данте приводит себя в порядок. Чтобы протиснуться сквозь толпу демонстрантов, не будучи принятым за врага, он снял пиджак и расстегнул рубашку. Теперь он снова застегивается и повязывает черный галстук: в темных очках, несмотря на вечернее время, он может сойти как за на редкость субтильного сотрудника службы безопасности, так и за дублера Марчелло Мастроянни из фильма «Восемь с половиной».

Данте останавливается у длинного стола с хостес у автоматического шлагбаума, перегораживающего проход в центральную зону. Дальше у него доступа нет: внутри силы правопорядка не распоряжаются, а его имени нет в списке приглашенных. Ему остается только стоять рядом с шоферами и телохранителями – маленькой армией в темных костюмах и при галстуках, – пока по другую сторону шлагбаума фланируют высокопоставленные гости, облаченные в различные оттенки черного.

Он изучает систему доступа на закрытую территорию: каждому приглашенному выдают браслет, по-видимому своего рода транспондер для открытия шлагбаума. Все это столпотворение его нервирует, и он садится под дерево, чтобы замедлить дыхание, представляя себе девственные горы и необитаемые островки. Затем, подождав, пока температура внутреннего термометра не опустится до приемлемой отметки, снимает перчатку с больной руки, подходит к столу хостес и сует ее ей под нос.

– Извините, мне нужно проехать на грузовике. Мне куда?

Люди, которые неожиданно видят его больную руку, неизменно отводят взгляд, и хостес не исключение.

– На каком грузовике?

Данте быстро засовывает браслет в рукав.

– А, нет, извините, мне нужен другой въезд.

Он отходит, выжидает минут десять, чтобы пульс вернулся в норму, а затем проходит внутрь с помощью транспондера, прибившись к какой-то пожилой паре. Никакая сирена не взвывает, и вот он уже на самой грустной и эксклюзивной вечеринке года. С довольной ухмылкой подойдя к первому ряду столиков, он хватает бокал шампанского, опрокидывает его залпом и сразу же отправляет вслед за ним второй. Им он запивает успокоительное и в надежде, что таблетка скоро подействует, выкуривает сигарету.

Когда вокруг слишком много людей, Данте невольно представляет, как толпа сжимает его в удушающие смертельные тиски. Он боится, что какое-нибудь происшествие вызовет панику, все бросятся бежать, подобно буйволам, и затопчут его до смерти. Зря он сюда приехал, теперь он слетит с катушек на глазах у всех.

На глазах у Коломбы.

Данте успокаивает дыхание, выкуривает еще одну сигарету, выпивает еще один бокал шампанского. Среди маленькой группы гостей он узнает Гленна Мартинеса с его идеально ухоженной бородкой и в темном костюме, идеально сидящем на рельефных грудных мышцах. Данте впервые видит его вживую, но тот выглядит точно так же, как на своих фотографиях в «Инстаграме». «Даже лучше», – мрачно думает Данте. Набравшись смелости, он с натянутой улыбкой вклинивается в группу:

– Извините, на каждой вечеринке бывает хотя бы один зануда. Сегодня это я. Данте Торре. – Судя по выражению лица Гленна, тот никогда раньше не слышал его имени. – Я работаю с Коломбой Каселли, – добавляет Данте по-французски. – Позвольте выразить вам соболезнования в связи с кончиной вашего брата. Коломба здесь?

Двое других отходят, а Гленн пожимает ему руку:

– Она разговаривает с хозяином дома, но мы должны снова встретиться позже, поскольку возвращаемся вместе.

– Точно, на вертолете.

Гленну становится слегка не по себе. Он не может понять, насмехается над ним Данте или же это его обычная манера общения. На самом деле и то и другое.

– Вы