Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

с Габриелем Церни, Доктором Глазом, бывшим мужем сестры. Хороших новостей не было. Ее отец уже сутки находился в камере предварительного заключения. В лучшем случае ему грозило обвинение в даче ложных показаний. В худшем – пособничество в убийстве, если не обвинение в самом убийстве.

Сабина выпила еще чашку кофе, потом отвезла девочек в школу и детский сад и затем поехала в полицейский участок. Началась дневная служба, которая тянулась и никак не заканчивалась.

В кабинете она включила компьютер и посмотрела задания на сегодня. Поговорив по телефону с Колоновичем – он хотел направить ее и Симона на автозаправку, на которую был совершен налет, – она услышала стук в дверь. За матовым стеклом маячил силуэт кого-то худого и лысого. От одного взгляда у Сабины сжался желудок. Не успела она сказать «Войдите», как Снейдер оказался в кабинете. Он закрыл дверь и подошел к письменному столу. Под мышкой торчала книга о Штрувельпетере. Он подтянул штанину, стараясь не повредить отглаженную складку, и фамильярно присел одним боком на край стола.

Снейдер выглядел неважно – по-другому, видимо, и не бывает, – но сегодня он, по крайней мере, казался здоровее, чем вчера. Уже не такой бледный. После полуночи Симон отвез его в «Меркур» в Старом городе[11]. Либо там удобные кровати, либо же Снейдер всю ночь крутил свои акупунктурные иголки. Его щеки даже слегка порозовели.

– Вы говорили с моим начальником? – спросила Сабина, так как не дождалась от него ни слова.

– О «Дедале», распечатанном протоколе результатов вскрытия и кассете, украденной из моего диктофона?

Теперь промолчала Сабина.

Снейдер снисходительно улыбнулся и прищелкнул языком:

– Я понятия не имею, о чем вы говорите.

Он что, разыгрывает ее? Судя по застывшему выражению лица, Снейдер не шутил.

Он положил книгу на стол.

– Вы купили ее в «Гаитале»?

– Конечно, я ее купила! – Что за глупый вопрос.

Он медленно кивнул.

– Я хотел бы поговорить с вами об этом деле.

Сейчас вдруг? Невероятно!

– Я добивалась этого вчера весь день! – воскликнула она. – К сожалению, сейчас мне нужно отправляться на одну автозаправку на Среднем кольце. Там недавно было совершено нападение.

– Нападение, как интересно!

Как же она ненавидела этот его ироничный тон!

– Не все занимаются такими важными делами, как вы, – буркнула она.

– Верно, – вздохнул Снейдер. – Знать меня значит любить меня[12].

Сабина встала.

– Присядьте, нам нужно поговорить.

– Сейчас?

– Когда, если не сейчас? – Он остался сидеть на столе и ждал, пока она снова опустится на стул. – Из соображений безопасности БКА скрывало от общественности детали обоих убийств в Кельне и Лейпциге. Это моя идея.

Сабина вопросительно посмотрела на него, но ничего не сказала.

– Во-первых, чтобы не вдохновлять подражателей на совершение похожих убийств в надежде переложить вину на первоначального преступника и уйти от наказания. Во-вторых, мы хотели усыпить бдительность самонадеянного убийцы, чтобы тот потерял осторожность и допустил первую ошибку. Но пока что он не оказал нам такой любезности.

– Почему вы мне это рассказываете, после того как вчера весь день унижали меня?

Он постучал пальцем по книге с картинками.

– Я не знал этой книги. – Неожиданно Снейдер заговорил необычно доверительным тоном, какого Сабина прежде от него не слышала. – Дети в Нидерландах растут на другой литературе. – Потом указал на Сабину. – Не знаю, как вам это удалось, Белочка, но ваша подсказка оказалась абсолютно правильной. Похоже на то, что убийства в Лейпциге, Кельне и Мюнхене – это воспроизведенные сцены из этой книги. Жуткие рассказы о злом Фридрихе, сгоревшей Паулинхен и черных мальчуганах – что продвигает меня на шаг вперед.

– Вас? Я думала, БКА не подключалось к этому делу и не уполномочено вести расследование.

– Так и есть.

Сабина откинулась на стуле.

– Вы меня заинтриговали.

Снейдер поднялся и прошелся по комнате. Перед окном он остановился, оперся руками о подоконник, сначала рассматривал вьюнки, потом взглянул на церковь.

– То, что вы говорите, правильно. ЛКА в земле Северный Рейн – Вестфалия расследует убийство в Кельне, а ЛКА Саксонии – в Лейпциге. Но оба убийства начались с похищения – как и в случае с вашей матерью. При захвате заложников и шантаже подключают экспертов-переговорщиков и консультантов БКА. Оба похищения закончились убийством, поэтому теперь в игру включаюсь я. За год я анализирую около тридцати преступлений.

– Я впечатлена, – усмехнулась Сабина.

– Это и не обязательно, – парировал он. – Уже при осмотре мест преступления я знал, что последуют другие убийства и что нас ожидает нечто ужасное. В настоящий момент вы видим только верхушку айсберга. Так что я выполняю свою работу. Я составляю заключение по обоим убийствам и называю исследование этих случаев «Загадка на 48 часов». Убийца сталкивает двух близких друг другу людей. Если в течение сорока восьми часов вы догадаетесь, почему тот или другой человек был похищен, он останется в живых. Если нет – умрет.

– Это доказывает, что мой отец невиновен! – раздраженно воскликнула она.

– Постойте, не так быстро! Это также может доказывать, что благодаря доступу к «Дедалу» вы знали об аналитике подобных случаев, рассказали об этом отцу, и тот убил бывшую жену по этой схеме.

Сабина почти задохнулась.

– Вы же сами в это не верите!

Он вздохнул.

– Что я думаю по этому поводу, не важно. Прокурор взял этот случай под личный контроль. Могу вам только сказать, что ЛКА ведет расследование и в отношении вас.

Сабина подскочила на стуле:

– В отношении меня?!

– Успокойтесь. Пока это расследование группки дилетантов. Сейчас коллеги допрашивают семь человек, но убийцы среди них нет. В настоящий момент правая рука не знает, что делает левая. Так что у нас есть как минимум двенадцать часов, чтобы поломать голову.

У нас? Он сказал «у нас». Сабина глубоко выдохнула.

– Давайте продолжим.

Снейдер отвернулся от окна и пересек комнату.

– Женщина в Кельне была похищена шестого апреля и убита в тот же день. Женщину из Лейпцига похитили двадцатого апреля и сожгли только через сорок восемь часов. Таким образом, мы знаем, что преступник наблюдает за своей телефонной жертвой. Как только та сообщает в полицию, как в Кельне, похищенная женщина тут же умирает.

У Сабины в голове крутилось множество мыслей, связанных с ее отцом. Машинально она схватилась за медальон в форме сердечка.

– Это значит…

– …что ваша мама умерла бы немедленно, обратись ваш отец в полицию. – Снейдер словно прочитал ее мысли.

У Сабины словно гора с плеч упала. Как будто в груди развязали тугой узел. Она с облегчением вздохнула. Только сейчас Сабина поняла, что подсознательно винила отца в