Коломбо. Пуля для президента - Уильям Харрингтон

— Э-э… простите, мэм. Предложение щедрое, но, боюсь, я никогда не смогу сосредоточиться на картах, если вы будете стоять у меня за спиной.

— Надо учиться концентрации, ковбой, — ответила она. — Вся жизнь зависит от концентрации.

Она не стала настаивать и пошла дальше, оставив его концентрироваться на сигаре с ухмылкой на лице.

Он нашёл свободное место за столом для блэкджека и уселся на высокий стул, глядя сверху вниз на карты, стекло и стройные ножки хорошенькой дилерши. Она сдала ему десятку втёмную и пятёрку в открытую. Он взял карту, получил ещё десятку и потерял свою пятидолларовую фишку. На второй раздаче ему пришли валет втёмную и восьмёрка в открытую, он остался при своих. У дилера было семнадцать, она выплатила восемнадцать. Он вышел в ноль. На третьей раздаче ему пришли шестёрка втёмную и четвёрка в открытую. Он взял карту — тройка. Взял ещё — дама. Минус пять долларов.

Он отошёл от стола и снова пошёл кругом по залу. Настоящие игроки, те, кто знал, где шансы дают им лучшую возможность, сидели за столами блэкджека и крэпса, то есть костей. Туристы, те, кто не торчал у автоматов в холле, толпились у рулетки.

Несколько минут он стоял за спинами игроков и смотрел, как они бросают кости. Он не играл в крэпс с детства. Действо было быстрым и завораживающим: можно проиграть все деньги, даже не поняв, как и когда это случилось.

Он попробовал другой стол блэкджека и за несколько минут выиграл пятнадцать долларов. Со ста десятью долларами в коробочке он подошёл к кассе, чтобы обналичить выигрыш.

— Случайно не знаете парня по имени Верджил Меннингер, а? — спросил он кассира. — Раньше работал здесь. Я хотел поздороваться.

Кассир покачал головой.

— Не слышал такого имени.

Когда Коломбо вышел из казино и вернулся в лобби «Пайпинг Рок», к нему подошёл широкоплечий мужчина со стрижкой «бобрик».

— Не будете ли любезны назвать своё имя, сэр? — спросил он довольно вежливо.

— А кто спрашивает?

— Меня зовут Кронин. Я сотрудник службы безопасности отеля.

— Ладно. Я лейтенант Коломбо, полиция Лос-Анджелеса, отдел убийств. Хотите взглянуть на жетон?

Кронин покачал головой.

— Мы можем что-то сделать для вас, лейтенант? — спросил он.

— Ну, я ищу одного парня. Он раньше здесь работал. Может, и сейчас работает. Верджил Меннингер. Знаете его?

— Он подозревается в убийстве?

— О нет, ничего подобного. Просто хочу задать пару вопросов. Чисто рутинная проверка. Подчищаю кое-какие концы для протокола.

— Он раньше работал здесь. Теперь работает в «Сэндс».

— В «Сэндс»… Можете сказать, он ушёл по собственному желанию? Или?..

— У нас с ним возникла небольшая проблема, — ответил Кронин.

— Да? Какая?

— Бьюсь об заклад, вы и так знаете, — усмехнулся Кронин.

— Посмотрим, знаю ли.

— У него была дочь, тоже работала здесь. Однажды вечером она пошла на телевидение в Лос-Анджелесе и сказала, что Верджил… Эй! Я понял! Вы работаете над убийством Пола Друри. Я прав или я не прав?

Коломбо скорбно поджал губы, поднял брови и вскинул подбородок.

— Что ж… полагаю, я могу вам доверять, мистер Кронин? Да, я один из тех парней, кто занимается этой проблемой.

— Окей, эта девка пошла на шоу Друри и обвинила отца в том, что он делал с ней плохие вещи, если вы понимаете, о чём я. Боже, Верджил просто взбесился! Она пела в лаунже, он ворвался туда и… Ну, боссу пришлось его уволить.

— Босс — это?..

— Мистер Филип Склафани. Отец мистера Склафани — владелец отеля.

— А, да. Склафани. Родом из Нью-Йорка. Я и сам из Нью-Йорка, мистер Кронин, изначально. Помню, я слышал имя Джузеппе Склафани, когда был ещё мальчишкой. Надо же! Он всё ещё жив и владеет этим отелем?

— Не хотите выпить за счёт заведения, лейтенант? — предложил Кронин, жестом указывая на лаунж.

— Пива, — согласился Коломбо.

— Всё, что угодно.

Они вошли в лаунж, где снова выступала топлес-певица. Она пела «Не плачь по мне, Аргентина». Кронин провёл Коломбо к кабинке достаточно далеко от сцены, чтобы они могли слышать друг друга за музыкой. Он сделал официантке заказ.

— Всё сходится, — сказал Кронин. — Шоу, где Бобби Анжела обвинила Верджила Меннингера в инцесте, было «Шоу Пола Друри». Друри встречался с этой девчонкой. Ей было всего восемнадцать. Он был на двадцать пять лет старше. Полагаю, она рассказала ему, что делал её отец, вот он и устроил шоу, чтобы она и другие девушки поговорили о таких вещах. Её карьере это слезливое появление у Друри не повредило. А вот Верджилу повредило точно, хотя это могло быть и неправдой. Он… Ну, вы понимаете, как он себя повёл. Друри заявился сюда забрать девчонку после выступления, и Верджил устроил скандал. Тогда-то мистер Склафани и сказал ему, что он, вероятно, будет счастливее, работая в другом отеле.

— Он угрожал мистеру Друри, — сказал Коломбо. — Понимаете теперь, почему я хочу с ним поговорить.

— Конечно. Ну, вы найдёте его в «Сэндс».

Официантка поспешно вернулась с двумя бокалами пива. Коломбо посмотрел мимо неё на певицу.

— Нравится Мар Лу? — ухмыльнулся Кронин. — Она хорошая девочка. С ней никаких проблем.

Двое мужчин пили пиво молча, пока Мар Лу пела «Песню на песке», а затем «Лучшие времена» из «Клетки для чудаков».

— Что ж, полагаю, мне пора в «Сэндс», посмотреть, смогу ли я найти нашего друга, — сказал Коломбо.

— Если я могу ещё чем-то помочь, лейтенант…

— Слушайте, я ценю это. Вы уже помогли, подсказав, где найти Верджила Меннингера. Это полезно, и я правда признателен. И спасибо за пиво.

— В любое время, лейтенант Коломбо. В любое время.

— Думаю… Знаете, есть ещё одна маленькая вещь, о которой я мог бы вас спросить, раз уж мы сидим и болтаем. У меня одержимость прояснять мелкие детали. Иногда я трачу целый день, пытаясь понять какую-то мелочь, которая ничего не значит. Но я ничего не могу с собой поделать. Такой уж у меня склад ума: надо всё расставить по местам, не могу просто выкинуть из головы несущественное. Мой капитан жутко бесится из-за времени, которое я трачу таким образом. Короче… ходит байка, что миссис Друри, я имею в виду Алисию Друри, приезжала в