Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

за что расплачиваться. Это должен был сделать только Кейси, и он заплатил самую высокую цену, какую мог. – Потом Бет похлопала Андреа по руке: – Я обязательно поговорю с твоим руководством. Надеюсь, твоему сыну стало лучше.

Женщина открыла было рот, чтобы ответить, но потом закрыла его снова. Она отстранилась и тихо прошептала «спасибо», после чего Бет с Дэнни продолжили свой путь.

И теперь, вспоминая об этом, Бет сжала руку Дэнни в ответ.

– Я люблю тебя.

Он повернулся к ней и улыбнулся.

– И я тебя люблю, Либб… Бет.

Бет улыбнулась. Дэнни всегда знал ее настоящее имя, но понимал ее потребность скрывать его. А теперь ей больше не нужно было прятаться. Она была свободна. Конечно, Дэнни потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к переменам, но ей было приятно слышать свое настоящее имя на его устах.

Она заметила впереди Джен, стоящую рядом со своим мужем, Томом. И Билла; его сын, Саймон, отряхивал что-то с плеча отцова пиджака.

– Ребята, подождите!

Бет обернулась. Это был Робби. Само собой, Робби тоже пришел.

Он был неотъемлемой частью этой истории, человеком, который знал другого Кейси. Хорошего. Кейси, которого знала когда-то и Бет. Оба они тайно цеплялись за это воспоминание, за ту часть Кейси, которую они любили, даже несмотря на реальность. На правду о нем.

Бет подумала о них всех. Теперь они были связаны этой правдой, а потому часто встречались и разговаривали по телефону с того дня. Им это было просто необходимо. Бет надеялась, что они продолжат общаться и впредь.

Ее сердце согрелось, когда она увидела, что руки Джен и Тома переплетены. Все секреты были раскрыты, и они были полны надежд на будущее. С момента той аварии, когда Дейзи сидела рядом с ней, Джен больше не притронулась к алкоголю. Это оказалось совсем нелегко, но она была полна решимости бросить пить – ради своей семьи. И ради Хоуп.

Билл тоже не стал скрывать своих тайн. Теперь его сын только и делал, что обнимал его. И благодаря поддержке Саймона и Келли отныне Билл находил время и для себя, стремясь стать тем человеком, которым он хотел быть, – тем, кем, как он знал, он мог быть для Триш. На данный момент его желанием стало, чтобы они прожили вместе как можно более насыщенную жизнь. Это был его способ выразить благодарность за дар, который преподнесла им Хоуп.

Бет взяла Джен под руку, и они все вместе прошли сквозь толпу, вошли в часовню и заняли свои места.

Один за другим. Плечом к плечу. Часть Хоуп присутствовала в каждом из них, а потому ее память и наследие были живы. И для них это останется неизменным навсегда.

Эмма Пиньятьелло

Последний вздох

© Emma Pignatiello, 2025

© Самуйлов С., перевод на русский язык, 2025

. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026 КоЛибри Fiction

* * *

Моим друзьям.

Эта история о друзьях, которые не знают, что любят друг друга, но, надеюсь, не секрет, как я люблю вас всех.

Дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Страсть, вражда, обожание, любовь – но только не дружба…

ОСКАР УАЙЛЬД

«Веер леди Уиндермир»

Глава 1

Нелла

Какие красные флаги – забудьте. Этот парень был ходячей аварийной сигнальной ракетой.

И он был идеален.

Всклокоченные светлые волосы, как у только что обретшего новый дом ретривера, словно отретушированная на фото в соцсетях кожа. На пальце левой руки – золотое кольцо. И вместо того чтобы обесчестить ее в грязном переулке за баром, он предложил подняться наверх.

Он был тем самым алхимическим балансом вожделения и саморазрушения, который и требовался ей этим вечером. Поэтому она последовала за ним в пентхаус, который делила с братьями, и закрыла за ними дверь.

– Вау, – выдохнул он.

Плейлист, игравший до ее ухода, включился снова. Она не знала, как отключить функцию автоматического воспроизведения на аудиосистеме, установленной братом. И уж точно не собиралась делать какую-нибудь глупость и, например, просить у него помощи эсэмэской. А раз так, то оставалось только терпеть этот адский ужас, воплощавший представление о музыке поколения Z. Песни, в которых гитарные мелодии и внятные тексты – исчезающие виды.

Она изящно обошла застывшего красавчика, словно ее проходка была частью отрепетированной балетной сцены. Каждый гость, которого она приводила в эти апартаменты, обязательно издавал этот раздражающий возглас. Как будто не верил, что она действительно та, за кого себя выдает.

Какие бы обещания с упоминанием взбитых сливок на обнаженном теле ни звучали в баре, все они мгновенно улетучивались, когда гость видел длинный, вытянувшийся во всю стену стеклянный шкаф с коллекцией знаменитого вина «Барбарани», который стоял там, где нормальный человек поместил бы обычную перегородку.

Возможно, оно и к лучшему – взбитые сливки все равно были просрочены.

– Поверить не могу, что я здесь, – пробормотал гость, поворачиваясь на месте, словно Алиса, только что вывалившаяся из кроличьей норы.

Она прошмыгнула мимо него, швырнула джинсовку на янтарного оттенка диван (цвет выбрали без нее) и, как случалось из раза в раз, отправилась на кухню, где взяла с полки два бокала и поставила их на мраморную столешницу.

Пока приглашенный незнакомец осматривался в новой для него обстановке, она с излишней резкостью сунула его бокал под диспенсер льдогенератора, и вылетевшие острые льдинки царапнули ее руку.

А он, словно завороженный, смотрел на представленную в рамочке под стеклом копию рецепта вина ее деда (с замазанными, разумеется, секретными ингредиентами), как будто перед ним был бюстгальтер от La Perla. Она фыркнула – в ресторане он не уделил ей и десятой доли такого внимания.

Он хорошо работал пальцами (по крайней мере, когда дело касалось ощупывания статуй, которые ее брат Томазо счел достаточно художественными и дорогими, чтобы выставить на всеобщее обозрение). Том приходил сюда редко, но Нелле здесь нравилось – все на виду. Никаких потайных спален, секретных переходов. Никакого обмана, лжи. Никакого предательства, таящегося в тени и ждущего удобного момента, чтобы задушить ее.

Никаких заговоров.

И последние полгода апартаменты полностью выполняли свое назначение. Сколько бы пуль и снарядов ни летело в сторону фамильного поместья в бухте Бинди-Бинди, здесь, в ее военном бункере, она была в безопасности.

Свидетельства ее самого долгого за последние полгода пребывания здесь были разбросаны по