Младший секретарь при княжеской приемной - Анна Граб

— Я бы тоже хотел ознакомится, с данным проектом. Если архитектор и в самом деле талантлив…

— Я одобряю выбор архитектора, — перебил Лебедева князь. Видимо ему очень надоело слушать эти словесные кружева. — Честно говоря, не знай я, что юноша столь молод… не поверил бы. — В целом мне все ясно. Если вопросов по данному проекту нет, перейдем к следующему.

— Князь, простите… но у меня еще остались вопросы. Да и мне кажется, что у Георгия Святославовича могут быть вопросы, по его части.

— Простите, Алексей Константинович, но у меня вопросов нет. Мне знакомы люди, в списке преподавательского состава, собранного княжной. Это прекрасные специалисты. Князь, видя этот список, я верю в проект княжны. И хочу его поддержать.

Лебедев глянул на Тихомирова… и вид имел весьма недовольный. Я смотрю кто-то рассчитывал на поддержку и не получил. Не зря я так настаивала на полном списке преподавателей. Оно того стоило.

— Что ж, но у меня остались вопросы. К бригаде, которую выбрала княжна.

Я глянула на княжну, но на ее лице ни дрогнул ни один мускул. Ох, подозревала я что могут быть проблемы. Но княжна уперлась. Я понимала почему, но ради того чтобы пережить бурю пыталась уговорить ее найти другой способ.

— Князь, я обязан сообщить, что бригада, нанятая княжной, некомпетентна. Прошу, — мужчина извлек из кармана пиджака сложенный лист.

Совет тут же зашептался. Даже Ширяев «проснулся», и покосился на говорившего.

— Мне известно, что у вас не сложились отношения с этой бригадой, — холодно ответила княжна. — Однако мне так же известно, что вины бригады, в той истории нет.

— Вы поверили им на слово? — хмыкнул Лебедев.

— Княжна, я понимаю что вы хотите поскорее построить колледж, но таком деле спешка недопустима, — влез казначей.

Княжна тут же метнула в него взгляд. Мужчина глаза опустил, но на большее совести не хватило. Вообще интересно было наблюдать за лицами Совета. Сразу видно, кто на стороне княжны, а кто — нет.

— Я не настолько наивна, чтобы верить на слово, кому бы то ни было, Алексей Константинович, — ослепительно улыбнулась девушка.

— В таком случае чья же вина тогда была? Моя?

— Думаю для начала стоит всех посвятит в подробности инцидента. Я пока не понимаю суть вашей претензии, — хмуро сообщил князь.

— Суть очень проста. Данная бригада не только не успела в установленный срок, завершить строительство. Они еще и не соблюли план, и использовали некачественные материалы, из-за чего, мне пришлось понести убытки.

— Это правда? — обратился князь к дочери.

— Подобные обвинения действительно существуют, однако… я провела небольшое расследование, и узнала что они бездоказательны. Не говоря уже о том, что за годы работы, это единственное обвинение в их адрес. Все предыдущие наниматели были довольны.

— Хотите сказать что я вру? Или может это моя вина?

Даже мне захотелось высказаться. Княжне я думаю тоже. Но для подобных обвинений… у нас не было доказательств, чтобы ими разбрасываться. Княжна не успела много раскопать из-за отсутствия времени. Подозреваю что именно поэтому бригаду не подкупили раньше, как и архитектора. Единственное, мы нашли доказательства, что вины рабочих тут не было. Хватит этого только на то, чтобы «отмахаться» на Совете, не больше.

— Что вы. Просто вы, как и эта бригада, стали жертвой чьих-то интриг. Не волнуйтесь, мы обязательно узнаем чьих именно, — вежливо улыбнулась княжна.

— Хм, — неожиданно подал голос начальник тайной полиции. Все сидящие за столом аж вздрогнули и тут же повернулись к нему. Видимо Дмитрий Евгеньевич в самом деле обычно молчит и «спит» на заседаниях. А о том, как его все бояться я и так прекрасно знала.

— Вас что-то заинтересовало?

— Видите ли князь, — Ширяев по правилам, встал. Так должны были делать все говорившие. — Я, как ни странно, знаком с этой бригадой. Лет… десять назад, они строили для меня загородный дом. И уверяю, у меня не было никаких нареканий. Более того, работа была закончена точно в срок и все до сих пор стоит. Даже краска не облупилась.

— За десять лет, они вполне могли изменится. Все-таки это было достаточно давно.

— Возможно. Однако… незадолго до вашего проекта, они так же работали с одним моим знакомым. Я посоветовал. И, опять таки, никаких нареканий. Думаю княжна права и вмешались… какие-то третьи силы, в тот инцидент, о котором вы говорите, Алексей Константинович.

Строитель только улыбнулся на это. Надо признать, я всегда восхищалась теми, кто умеет держать лицо в подобных ситуациях. Хотя… думаю к подобному он был готов. А вот к тому что Тихомиров его не поддержит — нет. Интересно, откуда была уверенность, что он завернет проект или начнет его критиковать?

— Что ж, возможно. В таком случае мне будет жаль, если выяснится что я случайно опорочил их репутацию.

Ширяев кивнул и снова сел, прикрыв глаза. Надо же, не думала что он вступится за княжну. Но приятно. Не зря я с большим уважением отношусь к Дмитрию Евгеньевичу.

— На этом все или по проекту есть еще вопросы? — голос князя звучал спокойно, но я-то знала, что он хочет поскорее закончить с этим и перейти к другому вопросу.

— У меня есть, — неожиданно встал представитель министерства путей сообщений. — Насколько проект колледжа действительно важен сейчас княжеству? И насколько он действительно принадлежит княжне, а не политической организации под названием «Лига Жэ»?

Ой как не хорошо… в целом не сказать, что Лига была именно политической организацией. Но притянуть за уши можно что угодно. Плохо что эту тему подняли. Очень плохо!

— Лига Жэ не является политической организацией, — сухо сообщила княжна. — Она лишь занимается помощью женщинам. В получении образования и иных сферах. Например тем, кого дорогие мужья бросают на улице без возможности заработать.

Это было жестоко. Скандал с Давыдовым, о том, как он бросил супругу несколько лет назад, был весьма громким. Владислав Валерьевич не иначе как чудом на своем месте остался. А все равно в бутылку лезет. Но я знаю почему. Этот конкретный мужчина был жутким шовинистом. До такой степени, что он даже со мной дел не имел, проходя мимо и обращаясь только к Светику или Мишке. Впрочем я не слишком от этого страдала. Терпеть княжну, занимающуюся различными серьезными вопросами ему было вообще тяжело. Насколько я знала, он ни раз и ни два, пытался добиться ее отстранения под различными предлогами. Светик как-то упоминал, что идея