Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

было тесным, это была одна из комнат, в которых заключенные встречались со своими адвокатами. А потому Лори ограничила численность своей команды — здесь присутствовали только она сама, Райан и ее главный оператор с внестудийной видеокамерой.

Адвокат Гантера, Трэйси Махоуни, уже представилась им и сказала, что ей подойдет любая рассадка при условии, что в кадре не появится она сама.

— Смотри сама, — ответил Ник, отойдя назад, чтобы Лори смогла взглянуть на монитор. — Это самое лучшее, чего здесь можно добиться.

Из мебели в объектив попали только круглый стол и два стула, которые они поставили вокруг него. Райан сидел ближе ко входу, спиной к двери, просматривая записи в своем большом блокноте.

Трудность заключалась в том, чтобы на таком близком расстоянии суметь поместить в кадр одновременно и Райана, и Гантера. Ник ухитрился сделать это, расположив камеру в самом дальнем углу от стола.

— Как видишь, — объяснил Ник, — Райана видно немного лучше, чем второй стул.

Райан улыбнулся и махнул рукой в сторону камеры. Результат вышел менее качественным, чем те кадры, которые получались у команды их шоу обычно, но и он был неплох.

— Значит, Гантера мы посадим туда, а тебя, Райан, будем в основном снимать в профиль. А тот стул в углу, на котором будет сидеть адвокат, не должен попасть в кадр.

— Идет, — сказал Райан. — Но меня всегда напрягает, когда мне приходится находиться спиной к двери.

Лори показала Нику большой палец.

— Ты творишь чудеса и, как всегда, работаешь профессионально.

— Ты это говоришь только потому, что я встал на рассвете, чтобы добраться сюда.

— Что ж, хорошо еще, что в дороге мы смогли подкрепиться пончиками из «Донат проджект».

Лори было известно, что Ник обожает пончики с беконом и кленовым сиропом, которые они и купили.

Ник похлопал себя по животу.

— Мои артерии говорят «нет», а желудок, напротив, просит и говорит «спасибо». Кстати, — добавил он, понизив голос, — мы с женой молимся за Джонни. Мы готовы помочь вам всем, чем только сможем.

Предполагаемое похищение Джонни фигурировало в топе новостей, как и его родство с федеральным судьей Алексом Бакли.

— Я благодарна вам обоим, — сказала Лори. — А помощь от тебя сейчас требуется одна — находиться здесь и делать свою работу.

Ник кивнул.

— Понял.

Лори казалось, что Ник подозревал наличие связи между исчезновением Джонни и той спешкой, с которой она начала работу над новым расследованием своего шоу, но он был не из тех, кто задает вопросы, не касающиеся ракурсов съемки и выбора освещения.

Она посмотрела на Райана, который пересел на противоположную сторону стола.

— Ну, поехали, — сказал он.

Она постучала по узкой стеклянной филенке двери, и надзиратель открыл ее.

— Мы готовы. Заводите заключенного. Его адвокат тоже здесь.

Когда дверь закрылась, Лори захлестнула волна паники. Возможно, это их единственный шанс спасти Джонни. Им нельзя оплошать.

* * *

Если бы не темно-зеленая тюремная роба, Дэррена Гантера можно было бы принять за голливудского актера, явившегося на кинопробы, сосредоточенного, спокойного и уверенного в себе.

— Тут, в этом роскошном люксе для юристов куда более комильфотная обстановка, чем в местах общего пользования, предназначенных для черни.

Гантер вежливо поблагодарил надзирателя, который снял с него кандалы и пристегнул его наручниками к скобе, вделанной в край стола.

Адвокат Гантера, Трэйси Махоуни, была высока, у нее были широкие плечи и копна кудрявых непокорных светлых с проседью волос. Говорила она с выраженным бруклинским акцентом.

— Неужели это необходимо? Нас же будут снимать. Да и замки на этой двери достойны Форт-Нокса.

Надзиратель покачал головой.

— Вы же знаете правила.

Когда надзиратель ушел, Гантер уверенно протянул Райану свободную руку.

— Видимо, вы Райан Николс, — сказал он. — Я вас узнал по вашему шоу. Я смотрел ваш послужной список, и мне не терпится рассказать вам правду о моем деле.

— Уверен, что у нас с вами получится содержательный разговор, — ответил Райан.

— А вы, должно быть, миз Моран. — Гантер кивнул Лори.

— Да. — При обычных обстоятельствах на этом этапе она бы уже провела подготовительную беседу с любым героем своего шоу, но нынешние обстоятельства нельзя было назвать обычными. — Я с интересом выслушаю вашу версию событий.

Гантер поднял указательный палец свободной руки.

— Будьте осторожны в своих желаниях, миз Моран. Вам знакомо известное изречение о том, что никогда не следует знакомиться со своими героями? Вашего отца считают настоящим героем, но вам может не понравиться то, что я могу о нем рассказать. У него есть такая сторона, которую он вряд ли показывает своей восхищающейся им дочери или своему прелестному маленькому внуку. Его, кажется, зовут Тимми, да?

Его фальшивая улыбка казалась доброй, но у Лори резко заболело горло, когда он назвал имя ее сына. И она опять подумала о том, какую трудную задачу им надо будет решить. Если Гантер инспирировал похищение мальчика, которого он принимал за внука Лео, чтобы получить рычаг давления на Лео, он, разумеется, не может прямо признаться им в этом на камеру. Вместо этого ему придется делать завуалированные намеки, подтверждая тем самым, что он хочет совершить обмен: его свобода за освобождение похищенного ребенка. Гантер сразу же заговорил о сыне Лори. Есть ли это тот самый намек, которого они ждали, или же так он просто пытается подействовать на телевизионного продюсера, чье шоу хочет использовать в своих собственных целях?

— Давайте начнем, — сказала она.

Глава 35

Пока Райан расспрашивал Гантера о его версии событий, приведших к гибели Лео Финни, Лори еще лучше поняла, как сильно ей хочется снять обвинения с отца, даже если окажется, что Гантер непричастен к похищению Джонни.

В своем интервью Гантер коснулся всех событий того вечера, когда произошло убийство, а также упомянул результаты экспертизы ДНК, которые вроде бы реабилитировали его, притом адвокат Гантера не вмешалась ни разу. Пока что Гантер ни на йоту не отошел ни от своих показаний в суде, ни от тех ходатайств, которые он подавал, пытаясь добиться признания своего осуждения неправомерным. Кроме того, он был красив, красноречив и временами даже очарователен. Средний телезритель посмотрит на него и решит, что он просто не может быть убийцей. Однако Лори знала по опыту, что убийца может таиться под самой благообразной личиной. Наверняка есть какое-то другое объяснение наличия на орудии убийства ДНК Мейсона Роллинза. Лори знала, что она никогда не поверит, что ее отец сфабриковал признание вины, чтобы упечь за решетку невиновного.

Словно прочитав ее мысли, Гантер вдруг посмотрел прямо в камеру и сказал:

— Я знаю,