Семь воронов - Маттео Струкул

Села за руль, вставила ключ в замок зажигания «Ланчи Дельты Эйч-Эф Интеграле Мартини 5».

Мотор зарычал.

Зои накинула ярко-красный ремень безопасности. И в следующую секунду из автомагнитолы вырвалось «Пахнет подростковым духом» яростным и хриплым голосом Курта Кобейна, солиста «Нирваны». У Зои выдался очень тяжелый день, и под конец вдобавок на нее повесили дело, от которого она предпочла бы отказаться. Но, будучи молодым инспектором полиции, не могла себе такого позволить. На этот счет комиссар Казагранде был предельно строг.

Так что именно эта песня необходима, чтобы выплеснуть негатив.

И вот пожалуйста, Зои уже во всеоружии: готова отправиться в Раук – самое глухое селение Ледяной долины, расположенной в узком коридоре меж отвесных скал на границе Венето и Фриули, где жутко холодно – что и следует из названия.

Там найдена мертвая женщина. Тело в жутком состоянии, и совершенно обоснованно появилась версия, что это дело рук какого-то киллера-садиста, вволю поиздевавшегося над жертвой.

Ей предписано провести расследование и пролить свет на эту историю. По дороге она заедет забрать доктора Альвизе Стеллу. Ему, признанному эксперту-криминалисту, в прошлом приходилось сталкиваться с подобными случаями. Как раз такими, какой сейчас вырисовывался у них на горизонте.

Из колонок автомагнитолы рвались предсмертные хрипы Кобейна. Всего несколько месяцев назад он выстрелил себе в рот из винтовки «Ремингтон» двадцатого калибра. В его крови обнаружили тройную дозу героина. Эта смерть смела целое поколение. Казалось, предсказуемое самоубийство похоронило бунтарские настроения таких, как он. В общем, зачем был нужен гранж? Чтобы ввести моду на клетчатые рубашки, похожие на те, что носила Зои? А может, чтобы ясно дать понять двадцатилетним и тридцатилетним простую истину: будущего у них нет.

Вот почему эта музыка не более чем кровоточащий электрический поток. Тексты песен – элементарные, похабные, дерзкие; гитарные мелодии – такие примитивные и напряженные, что похожи на звук мотопилы. Чистый нигилизм. Только неотесанное звучание гитар и осталось по возвращении в безысходность, на которую предыдущие поколения обрекли планету.

Зои покачала головой. Выезжая с парковки, развернулась и, оставив позади полицейское управление, прямиком рванула к улице Волонтеров Свободы. Движение было еще не слишком интенсивное, – если повезет, доедет до дома доктора минут через пятнадцать. И возможно, через час пятнадцать доберется до места назначения, скорее всего, еще до наступления темноты.

Прогноз погоды сообщал о приближающемся снегопаде.

Вскорости Беллуно остался позади. К счастью, доктор жил как раз по дороге на Раук. Въехав в поселок Балденик, Зои остановилась у дома под номером три на Виа Фьоренцо Томеа и стала ждать.

Приехала раньше на пять минут. Как раз успела послушать «В крови» и «Как ты». И вот в пиджаке в клетку «принц Уэльский» и элегантном наброшенном сверху пальто появился доктор Альвизе Стелла. Явно не сразу узнал Зои, потому что, спустившись по лестнице своего аристократического дома, замер в ожидании.

Вероятно, просто не подозревал, что «ланча дельта» – это ее машина. Точно такая, как у Мики Биазьона – великого пилота родом из Бассано-дель-Граппа. Он два чемпионата мира по ралли подряд выигрывал на такой.

Зои завела мотор и, подъехав навстречу, окликнула:

– Доктор Стелла!

Криминалисту не удалось скрыть удивления.

– Инспектор Тормен, – представилась она, словно желая удостоверить его в очевидном.

5. Альвизе

Эта женщина – инспектор полиции?

Не верь глазам своим, подумал искренне изумленный доктор Стелла. Инспектору Тормен от силы тридцать. Длинные каштановые волосы до бедер и солнцезащитные очки-авиаторы «Рей-Бен» вместе с джинсами и фланелевой рубашкой в клетку делали ее похожей на женскую версию тех певцов, которые особенно нравятся молодежи. Как, черт возьми, они называются?

– Инспектор Тормен, – произнес доктор Стелла лаконично, пытаясь собраться с мыслями.

Она быстро его оглядела.

– Ваш багаж? – спросила, намекая на элегантную дорожную сумку, висевшую у него на плече.

– Совершенно верно.

– А это? – добавила она, кивнув на кожаный саквояж, который он сжимал в правой руке.

– Мои инструменты.

За отражающими линзами очков инспектора, должно быть, светилась улыбка. Чуть скривив губы, она предложила:

– Положим все это назад.

Миг спустя сумка и саквояж оказались в узком багажнике «ланчи дельты» рядом с рюкзачком марки «Миллет».

Доктор Стелла открыл дверцу и удобно, насколько было возможно, устроился на замшевом черном сиденье «Рикаро» с красными окантовками.

– Пристегнитесь, доктор, – посоветовала инспектор Тормен. Вытащила кассету, бросила на заднее сиденье, вставила в магнитолу другую. Заиграла какая-то невероятная в музыкальном отношении композиция. Певец практически залаял: казалось, хотел во чтобы то ни стало сорвать глотку.

– Пожалуйста, инспектор, – сказал доктор Стелла, – не могли бы вы сделать потише?

– Только потому, что вы меня об этом просите.

– Благодарю вас.

Уменьшила звук так, что разница и не почувствовалась.

– Можно еще немного? – настаивал доктор.

– Пожалуйста.

Ну наконец-то его слух хоть ненадолго обрел покой.

– Красивая машина, – произнес он, – и с каких это пор инспекторы полиции ездят на таких?

В то время как доктор задавался вопросом, мотор взревел. В следующее мгновенье Альвизе Стелла впечатался в спинку сиденья, но спустя несколько секунд после того, как машина остервенело рванула, инспектор Тормен повела ее на почти что нормальной скорости.

– У меня есть специальное разрешение. Как-никак это ведь «Ланча Дельта Эйч-Эф Интеграле Мартини пять». Их в мире всего четыреста экземпляров. Лимитированная серия была выпущена по случаю победы в чемпионате мира по ралли. Поэтому на бортах логотип «Мартини», – сухо ответила она.

– Понимаю.

– Колеса «Мишлен» эм-икс-икс двести пять на пятьдесят зет-эр пятнадцать.

– Офигеть, – только и смог сказать доктор.

Эта информация была для него чистой воды абракадаброй. Он при всем своем желании с трудом представлял, чем отличается спортивный автомобиль, и очень приблизительно знал, как им управлять.

– Четыре ведущих колеса будут нам в помощь, если пойдет снег, – продолжала инспектор Тормен.

– Очень хорошо.

– Зовите меня Зои, и, если не против, можем перейти на ты.

– Согласен, – обронил он, слегка раздосадованный тем, что не удалось хотя бы еще немного, как ему хотелось, выдержать дистанцию. Но не желал он и раньше времени походить на обидчивого старика. В конце концов, ему нет и пятидесяти. И потом, каким-то образом рано или поздно с этой дикаркой придется считаться. Тем более он намеревался изначально не ошибиться. Как знать, может, это просто игра.

– Если повезет, через час с небольшим будем на месте.

– Меня устраивает.

– Комиссар Казагранде мне много рассказывал о тебе.

– Надеюсь, только хорошее.

– Не то слово.

– Приятно слышать, – признался доктор Стелла. – Однако ж что мы имеем? – сразу перешел он к сути дела.

– Убитую женщину.

– Еще