Скелет в наследство - Николай Иванович Леонов

Гуров попытался разыскать Валентина и выяснил, что певец сейчас находится в доме своего менеджера — Дмитрия Кирсанова. Туда-то полковник и направился, поскольку визит сулил близкое знакомство с «экосистемой» Максимовых, о которой вчера вечером говорила Маша.

Удачная поездка! Удачная в том плане, что погружение в «экосистему» началось сразу у калитки в садик, окружавший скромный особняк Кирсановых, поскольку открыл калитку не Максимов и не его менеджер, а какой-то совершенно непонятный блондин лет за тридцать, худощавый, одетый в униформу садовника. Наверное, прислуга.

— Ах, вы насчет гаража! — понимающе закивал незнакомец и жестом пригласил Гурова заходить. — Я Сергей, друг семьи…

«Ага, не прислуга, стало быть. Тоже неплохо», — пронеслось в голове у Льва Ивановича.

— Подумать только, какой сыр-бор разгорелся из-за ржавой развалюхи, — продолжал разглагольствовать друг семьи. — А теперь еще это неприятное происшествие. Отвратительно… Не понимаю, как вообще такое произошло. Надеюсь, вы разберетесь.

Полковник внимательно слушал словоохотливого Сергея, который вел гостя по мощеной садовой дорожке к окруженной аккуратными кустами беседке. Рядом с беседкой, перед клумбой, стояла на коленях женщина, тоже лет тридцати с хвостиком и тоже одетая в костюм садовника. На руках перчатки, лихо орудует лопаткой. Насколько мог понять Гуров, женщина украшала клумбу декоративными черепками от разбитого кувшина.

— Знакомьтесь, хозяйка этого чудесного дома — Галина Юрьевна Кирсанова, — с полушутливой торжественностью представил Сергей. — Галочка, это полковник полиции Гуров. Он ищет нашего Валентина.

— Добрый день, товарищ Гуров! — раздалось кокетливое приветствие.

Залитый солнцем садик озарился еще ярче, когда Галина Кирсанова подняла на полковника лицо и просияла приветливой улыбкой. Удивительно светлые и добрые глаза, а в позе и движениях столько мягкости. Обаятельная шатенка, стройная и очень женственная. Менеджеру певца крупно повезло с женой.

— Гуров Лев Иванович, старший оперуполномоченный по особо важным делам Главного управления уголовного розыска, — зачем-то по полной форме представился слегка растерявшийся полковник. — Я так понимаю, ваш супруг работает менеджером у Максимова Валентина Витальевича?

Официальный тон неизменно выручает полицейского в минуты смущения и замешательства.

— Да-да, — подтвердила Галина. — Валентин сейчас здесь, они с мужем в студии. Сереженька, будь зайкой, позови Максимова! И распорядись, чтобы старшему оперуполномоченному принесли чай… — Она с лукавой, но необидной усмешкой посмотрела на Гурова из-под пышных ресниц.

— Садовод-любитель? — полюбопытствовал Гуров, чтобы перехватить инициативу в разговоре и приступить к расспросам.

— Не любитель. Профессионал, — уточнила Кирсанова. — Да вы проходите в беседку, присаживайтесь, сейчас они подойдут. — Под «они» подразумевались муж с певцом. — Я специалист по ландшафтному дизайну. У меня своя фирма, оказываю услуги по озеленению, уходу за садами и газонами. Разумеется, руки не доходят навести порядок на собственных клумбах. Сапожник без сапог!

Посмеиваясь над собой, женщина ловко закопала лишние осколки в землю, а затем столь же проворно почистила садовые инструменты и сложила их в корзинку.

— Сережа вызвался помочь. Он мой сотрудник и отличный помощник вот уже много лет, — пояснила Галина. — Он ботаник по образованию, точнее дендролог, это его специализация. Дендролог — это…

— Знаток деревьев, — продемонстрировал эрудицию Лев Иванович.

— Верно. — Солнечная улыбка вновь озарила беседку.

— Вы хорошо знаете семью Максимовых?

— Неплохо. Валерию Павловну знала лично. Случалось приносить ей продукты и лекарства. — Личико Гали на миг омрачилось. — Одинокая, всеми забытая женщина. Валентин редко ее навещал, а племянница так и вовсе о ней не вспоминала. Вспомнила только тогда, когда пришло время наследство делить… Гараж, гараж! — с раздражением проговорила Кирсанова. — Да что там за гараж такой? У тети Леры ни гроша за душой не водилось, вряд ли у нее была крутая недвижимость. Скажите, гараж и впрямь такой ценный?

— Сомневаюсь, — ответил Гуров, хотя справедливости ради надо признать, что видел он железное яблоко раздора только на фотографиях с места преступления. Визит в ржавую «ракушку» состоится позже, возможно, сегодня днем, после разговора с Максимовым.

На дорожке показались трое мужчин. Сим с годами изменился на лицо несильно, хотя фигура поменялась: он не то чтобы раздобрел, а скорее оброс мясцом. Методом исключения Гуров догадался, что третий в компании — Дмитрий Геннадьевич Кирсанов, муж очаровательной Галины. Максимов с Кирсановым шли первыми, дендролог Сережа маячил за их спинами с подносом, на котором, как нетрудно было разглядеть, стояли чашки и чайничек.

Галина, извинившись, ретировалась вымыть руки.

После краткого приветствия певец, менеджер и опер сели за стол, заботливо сервированный Сережей, который немедленно исчез.

— Валентин Витальевич, на ваш взгляд, кем мог оказаться тот мужчина, чьи останки вы вчера обнаружили?

Выпучив глаза, Сим взорвался:

— Мне-то откуда знать! Вы полиция, это ваша работа выяснять такие вещи! Разберитесь! Скелет в гараже! Моем, моем, моем гараже! Понимаете? Представляете реакцию журналюг? Они же мне и так проходу не дают, следят за каждым чихом и каждым пуком! Теперь гарантированно поползут слухи, что среди моей родни есть убийца… Так и скажут, стервятники, что тетка кого-то завалила…

— Нет, мы не представляем, кто бы это мог быть, — задумчиво покачал головой Дмитрий Кирсанов. — Старушка жила уединенно последние лет десять. После выхода на пенсию так и вовсе оборвала связи с внешним миром, заперлась в своей квартирке и ни с кем не общалась.

Похоже, Кирсановы принесут наибольшую пользу следствию. Люди рассудительные, уравновешенные и внимательные к окружающим, в отличие от Сима Петровича, который, подобно многим суперзвездам, показал себя натурой вспыльчивой, взбалмошной и эгоцентричной. Увы, клише на проверку обернулось полным соответствием реальности.

— Она тоже работала в мире искусства? — Этот вопрос почему-то волновал Гурова не меньше остальных. Просто все члены «римской курии» сделали музыкальную карьеру, поэтому было удивительно, что о Валерии Павловне ничего подобного неизвестно.

— Ха! — громко гаркнул Максимов, продемонстрировав абсурдность такого предположения.

— Ну, можно и так сказать, если вспомнить, что театр начинается с вешалки, — неопределенно проговорил Кирсанов, медленно почесывая подбородок. — Тетя Лера работала гардеробщицей в театре. Хоть убейте, не могу вспомнить, в каком конкретно.

Появилась Галина, без униформы, в легком летнем платьице, однотонном, лилово-бежевом под цвет помады, чуть приоткрывающем коленки.

— Не откажитесь продегустировать, Лев Иванович! — попросила она, поставив на стол перед полковником вазочку с конфетами. — Я мечтаю стать шоколатье и экспериментирую с новыми вкусами. Это мое самое удачное изобретение на сегодня.

— Поразительно! Я чуть язык не проглотил!

Гуров восхищался искренне. Давно позади блаженные мальчишеские годы, когда шоколад дарил не просто наслаждение, а прямо-таки восторг. И вот по-детски яркие впечатления вернулись с этим тающим во рту маленьким кусочком, который Лев Иванович, солидный и серьезный, откусил из вежливости, дабы расположить к себе «экосистему» Максимовых. Утратив степенность, Гуров запихал остальную конфетку в рот и невольно потянулся за следующей, но покраснел и отдернул руку.

— Ах, угощайтесь! Не надо стесняться! — ласково рассмеялась