Там, где тишина - Эллиот Харпер

– У меня отгул, – ответил Адам.

Подробности Билли лучше было не знать, ведь этим утром Адам сначала едва не потерял сознание, а затем чуть не сломал руку Лео, когда принял его за… совершенно другого человека.

– Хорошо, что ты здесь, – призналась Билли и тут же отругала себя: «Хорошо, что он здесь? Серьезно? Может, сразу на шею ему кинешься?»

– Ты в порядке? – спросил Адам непривычно взволнованным голосом. – Лео пытался дозвониться до тебя, но… – Его взгляд опустился на телефон в ее руке. А еще Холден долго возмущался, что полицейские сразу оттянули его к месту преступления и он не успел найти Билли. Повезло, что Адам приехал в парк почти одновременно с Лео.

Билли нахмурилась:

– Да, он звонил, но я… Я в порядке. А вот зрелище было… В общем, я это не скоро забуду. Не знаю, как он это сделал, но… Адам, – она посмотрела на него с грустью, заранее зная ответ, – он ведь опять убил?

Миддлтон нехотя кивнул:

– Очевидно.

– Сволочь, – прошептала Билли и, поморщившись, отвернулась к фонтанам.

– Идем. – Адам огляделся. – Я должен быть там, а тебе нельзя оставаться одной.

– Но как ты…

– Все вопросы потом.

Еще больше нахмурившись, Билли все же направилась за Адамом обратно к фонтанам, с каждым шагом покрываясь новой волной мурашек. Поразительно, как быстро испарилась вся ее былая решимость.

К этому моменту рядом с экранами собралась неизменная компания: полиция, ФБР и зеваки, окружившие плотным кольцом оградительную ленту. Не хватало только прессы. Но Адам не сомневался, что эти любители кровавого перформанса уже на пути в парк и скоро заявятся сюда во всей красе.

– Держись рядом, – добавил Миддлтон и, как только они начали протискиваться через толпу, взял Билли за руку. Впрочем, сопротивляться и спорить она не стала.

Продвигаясь вперед, Адам скользил изучающим взглядом по незнакомым лицам, среди которых мог быть и замаскированный Андерсон.

Когда Миддлтон сбавил темп, спускаясь по лестнице, чтобы не споткнуться и не упасть в толпу, в его руке завибрировал телефон. Увернувшись от случайного взмаха локтя одного из зевак и прикрыв от него Билли, Адам не глядя ответил на вызов.

– Я вырвался, – сообщил Лео одновременно с гулким скрипом двери. – Где ты?

– Захожу со стороны лестницы, – ответил Адам, настойчиво раздвигая людей под их возмущенные возгласы, которые прекращались сразу после волшебной фразы: «ФБР, разойдитесь!»

– Лео уже там? – Билли мельком посмотрела на фонтаны, стараясь не разглядывать алые разводы на воде между двумя выключенными экранами.

– Да, и вряд ли он будет рад меня видеть. – Проигнорировав ее непонимающий взгляд, Адам посмотрел на своих коллег у экранов. – Я проведу тебя на территорию. Раз ты все равно здесь, лучше, если будешь под присмотром.

– Я не ребенок, – фыркнула Билли.

– Да, ты взрослый человек, которого просили не влипать в неприятности, а ты все равно это сделала.

– По-твоему, я это специально устраиваю? – прищурилась Билли. – А может…

Договорить она не успела. Когда ее взгляд упал за спину Адама, Билли, к своему ужасу, увидела, как в их направлении пробирается кое-кто еще.

– Черт! – Выпалив это, она вцепилась обеими руками в Адама, развернула его на сто восемьдесят градусов и нырнула за его спину. – Спрячь меня!

Адам напрягся и попытался повернуться к Билли, но она крепко держала его за плечи.

– Что происходит?

– Только не шевелись, умоляю! – протараторила она, пригнувшись за широкоплечим Адамом. – Сюда идет парень в светлой рубашке и темных очках – это Дэн Розенберг. И ему лучше меня не видеть.

Глава 3

Адам замер в изумлении и уставился на физиономию репортера, мелькавшую среди потока других лиц.

«Ну конечно. Такая трагедия – и без этого коршуна?»

Но затем до него дошел смысл происходящего: Билли скрылась за его спиной от Дэна. От Дэна Розенберга. Своего жениха. Того, с которым скоро вступит в законный брак.

«Какого черта здесь происходит?» – нахмурился Адам.

Может, Розенберг – любитель закатывать истерики по поводу и без и Билли просто пытается избежать публичного скандала?

– И… почему ты от него прячешься? – на всякий случай спросил Адам.

Либо отношения этих двоих еще более странные, чем он предполагал, либо здесь происходит нечто довольно сомнительное.

– Долго объяснять, – отозвалась Билли. Если бы она могла стать невидимой, как хамелеон, то в ту же секунду растворилась бы на фоне фонтанов и людей. Но и сбежать она тоже не могла: Роберт с большой вероятностью находится где-то рядом, и Адам не отпустит ее от себя дальше пары шагов.

– Он тебя обидел? – спросил Адам и едва не добавил вслух: «Тогда я с удовольствием врежу по его самовлюбленной морде».

Билли мотнула головой, случайно ткнув лбом его спину.

– Хорошо, но все же… он твой жених, – напомнил ей Адам. – Думаю, вам стоит самим решить все вопросы.

– Он мне не жених!

Миддлтон замер: «Что?..»

– В смысле – «не жених»? – окончательно растерялся он.

– В смысле – мы с ним расстались. Поэтому не жених.

Брови Адама сошлись на переносице. А как же недавние статьи про грядущую помолвку? И тот пост на странице Розенберга: его тошнотворно милая домашняя фотография с Билли?

Расстались.

Они расстались – не будет ни свадьбы, ни поздравлений в прессе, ни старого доброго «они жили долго и счастливо». Окружающие звуки стихли на фоне бешеной пульсации в голове Адама, напоминающей большой гудящий колокол.

Он посмотрел на русую макушку Дэна, который приближался к нему с пробивной уверенностью, и вдруг перестал видеть в нем сосредоточение всего раздражающего в этом мире.

«Он мне не жених».

Не без усилий, но у Адама получилось собраться с мыслями, и как раз вовремя: репортер предстал перед ним во всей красе – одетый в одну из своих дорогих темных рубашек, гладко выбритый, с этой его коронной высокомерной ухмылкой, но теперь он не вызывал таких сильных эмоций, как раньше. С этого момента Дэниел Розенберг – не жених Билли Сэлинджер, а всего лишь назойливый журналист. Один из многих.

Дэн снял солнечные очки, убрал их в нагрудный карман рубашки и протянул руку для приветствия.

– Агент Миддлтон! Не узнал вас сразу в этом… виде. – Розенберг окинул его придирчивым взглядом. – Я все гадал, когда вы решите появиться.

– Рад, что вы наконец-то сменили журналистику на предсказания, – не остался в долгу Адам, нехотя отвечая на рукопожатие, в котором было больше вызова, чем сдержанной вежливости.

Дэн собирался выдать колючую реплику, но в следующую секунду его взгляд упал за спину Миддлтона. Нахмурившись, Розенберг шагнул в сторону одновременно с