Одиннадцатый палец - Цинь Мин

ужасающая находка станет источником кричащих заголовков завтрашних газет и вызовет общественный резонанс. Нам просто необходимо раскрыть дело до того, как о нем кто-то прознает.

Через десять минут полиция и ОМОН уже увезли всех фигурантов преступления, но вместо них прибыло еще больше сотрудников криминальной полиции.

На месте происшествия работало много следователей в разноцветных масках – они пытались найти зацепки. Наставник стоял посередине помещения, уперев руки в бока. Осмотревшись, он произнес:

– Раскрыть это дело – наисложнейшая задача.

Его зычный голос эхом отразился от стен; все отвлеклись от своих дел и посмотрели на наставника.

Тот прочистил горло:

– Ребята, нам придется изрядно потрудиться. Мы должны обыскать содержимое нескольких десятков бочек с помоями.

Почти все полицейские скривились от отвращения. Работать в настолько зловонном месте и без того было подобно страшной пытке, а теперь оказалось, что придется залезать в эти отвратительные бочки и процеживать гадкую жижу… Наверное, за всю жизнь следователи не делали ничего более мерзкого.

В этот момент в здание фабрики, превозмогая свистящую отдышку, вбежал Дабао с прижатым к груди крупным пакетом.

– Это… фух… учитель, я принес то, что вы просили, – сказал он. – Я громко стучал в дверь магазинчика медицинских изделий – и все-таки смог разбудить владельца.

Наставник открыл пакет, внутри которого лежало с десяток защитных комбинезонов. Достал один для себя и надел его, после чего с улыбкой сказал:

– Я позаботился о том, чтобы жены не выгнали вас из дома.

2

Под руководством наставника сотрудники криминальной полиции продолжили свою сложную работу. Мы пронумеровали каждую бочку с отходами и распределились в группы по три человека; на каждую группу приходилась одна бочка. Первый член группы должен был вычерпывать содержимое бочки, второй – держать сито, третий – осматривать сито на предмет наличия странных примесей, похожих на человеческие ткани. Наставник же сновал от группы к группе, попутно раздавая указания.

Как только помои начали переливаться, отвратительная вонь усилилась и вскоре заполнила все помещение. Некоторые следователи не выдерживали зловония, и их тошнило в сторонке. Но чем больше их рвало, тем быстрее они избавлялись от отвращения и привыкали.

Так пролетело целых три часа. Из десяти групп только две смогли обнаружить подозрительные останки. Всего был найден двадцать один кусок, размером не больше мобильного телефона. Кости можно было сразу же отнести к человеческим останкам, а вот зажаренные кусочки мышечной и жировой ткани нуждались в анализе ДНК.

Совместными усилиями вся жидкость из более десятка бочек была перелита в новые бочки. Даже через защитный комбинезон в одежду въелся неприятный запах отходов. Я снял спецовку и понюхал кожу, но мое обоняние, казалось, полностью атрофировалось – я не заметил никакого запаха.

Один из следователей предложил:

– Надо бы сдать все это в химчистку, иначе сильно сомневаюсь, что получится уснуть под такое благоухание.

Немного поразмыслив, наставник сказал:

– Все подозрительные образцы были изъяты из первой и тринадцатой бочки. Другими словами, останки сосредоточены всего в двух бочках. Теперь мы за ночь должны провести геномную дактилоскопию выявленных частей человеческого тела, а отделу розыска придется разговорить задержанных и выяснить, откуда они привезли их.

Какой-то следователь промямлил:

– Это будет не так уж просто выяснить…

Наставник со смешком ответил:

– Вот и проверим ваши способности.

Я тоже ничуть не сомневался в способностях следователя:

– Зажарить труп… Убийца явно ненавидел жертву!

После недолгих размышлений наставник ответил:

– Не думаю. Конечно, чаще всего от тел избавляются преступники, с которыми жертва была знакома и находилась во враждебных отношениях с ними. Однако это не аксиома, обстоятельства бывают разными.

– Разными? – удивился я. – Не мог же преступник случайно встретить свою будущую жертву на улице, затащить к себе в дом, убить, а потом потихоньку расчленить тело и спокойненько зажарить его во фритюре? Что у него с головой?

К этому моменту весь преподавательский запал наставника пропал, поэтому он, махнув на меня рукой, просто пояснил:

– Ну, псих он. Что тут говорить? Нечего гадать на кофейной гуще. Нужно проводить исследование – как можно скорее найти какие-нибудь особые приметы, установить личность погибшего человека и только после этого можно будет приступить к раскрытию дела.

Я кивнул, мне больше не хотелось что-либо спрашивать.

Наставник продолжил:

– Парни, предстоит большая работа! Как только газеты узнают об этом деле, неизбежно поднимется шумиха. Давайте сегодня хорошенько потрудимся, чтобы завтра у нас было достаточно информации для сопротивления журналюгам. Приступим.

* * *

Вернувшись в бюро, держа в руках двадцать один пакет с вещественными доказательствами, мы встретились в общем коридоре с сестрицей[3] Чжэн Хунчжэн. Она выглядела уставшей. После «юньтайских убийств»[4] Чжэн Хунчжэн повысили до начальника областной лаборатории ДНК.

– Что случилось? – спросила она у наставника. – Почему так срочно?

– Да, не завидую вам, придется попотеть… – Наставник накинул маску полного спокойствия. – Там все зажарено, справитесь?

– Зажарено? – растерялась сестрица Чжэн.

Наставник лишь кивнул в ответ.

Сестрица Чжэн, услышав о таком необычном случае, сразу же оживилась, сон как рукой сняло.

– Я слышала о похожих преступлениях, – сказала она, – точно видела где-то в документах. Поищу, можете положиться на меня. Результаты сообщу завтра в рабочее время. К слову, – она прижала ладонь к носу, – чем это от вас так воняет?

– Учитель, может, пока мы ждем, сходим домой принять душ и поспать? – Я снова понюхал манжеты рубашки – в нос мне ударила резкая помойная вонь.

– Размечтался! – повысил он голос, после чего обратился к сестрице Чжэн: – Эти сокровища я не могу оставить вам просто так. Даю час на штудирование литературы, определение методов исследования и подготовку. Я занесу все это чуть позже.

– Почему не можете просто оставить? – спросила Чжэн.

У меня был тот же вопрос, и мы вдвоем озадаченно смотрели на него.

– Тебя это волновать не должно, – отрезал учитель. – Делай то, что я тебе говорю.

Он схватил меня за локоть и потащил в лабораторию судебной экспертизы. Там застелил островной стол одноразовой скатертью, после чего начал выкладывать на нее в ряд смрадные обгоревшие кусочки. Закончив, выдал мне поднос с хирургическими инструментами:

– Перед нами сейчас две задачи. Первая – нужно отделить зажарившийся верхний слой эпидермиса от уцелевшей или неповрежденной поверхности. Возможно, нам удастся обнаружить какие-то особые приметы. Второе – как думаешь, что еще можно сделать с нашим кладом?

Я не знал ответа на этот вопрос. Заметив на себе пристальный взгляд наставника, быстро помотал головой. Тот указал на одну из книг на книжной полке позади себя:

– Полистай. Толщина и распределение мышечной ткани в