Искатель, 2010 №11 - Михаил Федоров

Куцов двигал по столу аппарат с огромной набалдашниковой трубкой, которым пользовались в их отделе еще в энкавэдэшные времена.

Абонент не отвечал.

Уже думая, что Пепси-Кола пошутил, собрался нагрянуть к нему и устроить выволочку, но рука машинально докрутила скрипучий диск.

— Мышлова! — ответил мягкий женский голос.

Он резко опустил трубку.

От затылка вниз по голове, шее и позвоночнику заструился холодный ручеек. Заныло в пояснице.

Посидев недвижимо, он решил проведать отдельское начальство.

— Лев Никитич! — обратился он к маленького роста подполковнику Скорлупову, ходившему по кабинету с высоко поднятой головой и через каждые три шага поддергивающему за петельки спадающие брюки.

— Чего нада?

После того как Куцов рассказал Скорлупову о переданном ему номере телефона, тот задергал головой, еще чаще стал хвататься за петельки брюк, а потом прыгнул в кресло.

— Слушай, я вот смотрю на тебя и думаю: ты у меня полный идиот или нет?

— Я — идиот?

— А то кто...

— Товарищ пыдполковник, — лоб Куцова покрылся испариной.

— Зачем-то девок в сад повез... Какие-то проверки показаний устроил...

— Это же было ваше указание, — стал оправдываться Куцов.

— Слушай, у тебя что, шея дубовая и на нее обуха не найдется? — подполковник постучал себе ниже затылка.

Куцов стоял недвижимо.

Глаза Скорлупова искрили.

— Что, сам не можешь позвонить? Хочешь, чтобы за тебя сделал это подполковник?

Вдруг прорвалось с визгом:

— А?!

Голова Куцова ушла в плечи.

— Ты хочешь сказать то, что там, — Скорлупов показал пальцем в потолок, — имеют отношение к твоему поганому убийству?.. Чего в рот воды набрал?..

В голове Шимона пульсировало.

Скорлупов медленно подымался из кресла.

— Я ничего не хочу... — Куцов попятился из кабинета.

Он забился в следовательский кабинет. Его трясло. В глубину сейфа фуганул злополучное уголовное дело и только после этого вытер пот с лица.

— Хватит! С мышловским делом точка!

6

Кто такая Мышлова? Что за особа? Вот бы узнать. А у кого? У Скорлупова? Наузнавался... У коллег? Начальнику настучат, а тот уж непременно сгноит... Ну и ментовка! Хлеще тюрьмы. Там хоть люди знают, за что страдают. А здесь... А что, если самому позвонить в милицейское справочное? А вдруг там спросят: «Кому эти сведения нужны?»

Нет, на кой эта Мышлова...

Время монотонно текло. Минуты прибавлялись к минутам, часы к часам, дни к дням. Куцов как огня боялся сделать хоть шажок в расследовании. Дело валялось в сейфе, ожидая момента, с наступлением которого он бы либо его приостановил, либо по чьему-нибудь высочайшему указу, когда уже бояться будет нечего, направил в суд.

Дело так бы и пылилось в металлическом ящике, если бы Шуру-пову один из его школьных осведомителей не шепнул, что по школе пошел слушок о какой-то драке в саду, которую видела десятиклассница Клава Чепракова.

Шурупов потянул школьницу в угол раздевалки.

— Ютавуша! У меня к тебе одно дельце...

— А кто вы?

— Виноват, не представился — сыщик Шарапов! Помнишь такого, который в кино бандитов пиф-паф?!

— Помню-помню...

— Пытать не буду, но ты мне скажи, что за драку ты видела?

— Ничего не видела! — вдруг отрезала та, а потом в сердцах выдала: — Ну и трепло!

Сказала и поняла: проболталась.

— Слушаю очень внимательно, — навис над девчонкой своим телом Шурупов.

— Драка как драка... Мало ли их бывает...

— Продолжай!

— А чего продолжать... Я с Тимкой гуляла...

— Тимка — это твой сын?

— Сын... — рассмеялась Клава. — Пес, эрдельтерьер...

— Ты, выходит, собачница... И что же?

— Увидела разборку...

— Подробнее можно?

— Да все далеко происходило... И не из любопытных я...

— А когда же это было?

— Недели две назад...

— Место драки?

— Как в сад войдете...

«Место, где нашли труп подростка, было в трехстах метрах от начала сада», — прикинул Пепси-Кола и спросил:

— А не врешь?

— Не-а...

— Брешешь!

— Да с моим Тимкой будь что неладное, если я обманула...

Про разговор с Клавдией сыщик вспомнил, когда встретил участкового Крыжова. Майор проявил к информации повышенный интерес.

7

На следующий день Крыжов заглянул к одному своему подопечному, на пьянки которого жаловалась жена.

— Чепраков, ты, как всегда, пьян? — засмеялся он с порога.

— Валерий Виктрыч... — В ярком свете к распахнувшейся двери потянулся небритый мужчина в залатанных штанах. — А вы, как всегда, вовремя.

Участковый прошел за Чепраковым на кухню, где на столике призывно блестела початая водочная бутылка, а рядом лоснились куски мелко порезанного сала.

— Шикуешь? — спросил майор.

— Присаживайтесь! — Хозяин потянулся рукой к стеклянной дверке шкафчика. — Меня скука заела...

— Я на службе, — майор показно отмахнулся.

— Изменяете привычке... А я вот отмечаю улов — утром столько бутылок насобирал, что даже на нашу горькую хватило... Ну да как хотите, а я...

Чепраков осушил стаканчик.

— Хорошо? — майор икнул.

— Еще как! Нашему брату тепереча только одно остается... Заводская труба перестала дымить...

— У нас в ментовке тоже: того и гляди заглохнет... Сам скоро бутылки буду собирать...

— Валерий Виктрыч! Черт с ними с делами-то... Ну, по гра-мульке...

Выпив, Крыжов что-то вспомнил.

— Петрович, а где у тебя связь с внешним миром?

— В коридоре.

Майор, нажимая квадратные кнопочки с цифрами, обратил внимание на выглядывающий из-под аппарата тетрадный листок в клеточку, на котором было написано: «Сергей! Обязательно сходи в милицию, иначе тебя все равно найдут... Мама».

Он повертел листок, еще раз прочитал и сунул в карман.

Не дозвонившись, спросил хозяина:

— Петрович! А кто такой Сергей?

— Чего это ты моего сынулю помянул... Он еще не бухает и свою жинку не трогает... У него ее пока нема...

— Я его в милицию за наперстки доставлял.

На лестничной площадке загавкало. На пороге появились вислоухий пес и русая девчонка. Собака подбежала к участковому, понюхала штанину, зарычала.

— Фу, Тимка! Фу! — крикнула девчонка.

— А это моя дочь Клава, — вышел из кухни Чепраков.

— Здрасьте, Клава, и до свидания, Клава, — проговорил Крыжов, уже и забыв, что пришел к Чепраковым именно за Клавой.

Прочитав принесенный Крыжовым листок, Шурупов повеселел:

— А что вы думаете по этому поводу, господин майор?

Через час напротив сыщика сутулился Сергей Чепраков.

— Да никого я не трогал... Я ни с кем не дрался... Это маманя с дура ума накатала... — косился он на лист.

— Кривляйся... Кривляйся... Я тебе еще наперстки припомню...

Чепракова повели в конец коридора и утолкли в зарешеченную клеть. Поднявшись на цыпочки, он видел в узкое окошко, как «уазик» привез в отдел его мать и та потом вышла вся в слезах; как привез сестру Клаву, которая, спрыгивая с подножки машины, ударила по рукам схватившего ее за ногу сержанта.

8

— Ну что, Клава, вспомнила, кто