Свидание на краю бесконечности - Ольга Геннадьевна Володарская

Часть четвертая

Глава 1

Он терпеть не мог квартиру, в которой жил. Огромная, с дизайнерским ремонтом и современной техникой, она походила на номер категории «супер» в отеле «пять звезд». Магомед ни разу не был в Дубае, но предполагал, что там туристы с деньгами селятся в подобных апартаментах. Ему же хотелось уюта!

— Мага, хата — отпад! — первое, что он услышал, когда заселился в квартиру. Так высоко ее оценил его лучший друг Кузя, приехавший в Ташкент сразу, как его позвали. — Я раньше такие только по ящику видел!

— Давай покажу твою комнату. — И повел его на верхний этаж. Да, квартира была двухуровневой.

Кузя завис у друга на четыре месяца. Оставался бы еще, но дядя Магомеда настоял на том, чтоб он съехал. Имел право, ведь именно он предоставил парню отпадную хату. Друг тут же вернулся в Россию, а конкретно в Махачкалу, откуда был родом.

С ним Мага познакомился, когда учился в университете. Кузя был диджеем в шашлычке, которую студенты посещали, когда отмечали успешную сдачу сессии. Развеселый белобрысый парень с дредами был со всеми на одной волне. Мгновенно подстраивался под любого, но дружбу с ним нужно было заслужить. Маге удалось, и они стали неразлейвода.

— Ты по национальности узбек? — выяснял Кузя, чтобы лучше узнать товарища. На сближение он пошел, когда имеющий разряд по боксу Мага защитил диджея от наехавших на него пьяных бугаев. Видите ли, диджей не захотел ставить композицию их любимого рэпера.

— Да. Но отчим у меня — дагестанец, а Махачкала мой город, я в нем живу с трех лет.

— А где жил до этого?

— В Сырдарье.

— А? — Кузя, когда чего-то не понимал, становился похожим на умственно отсталого. У него и внешность была соответствующей: глаза навыкате, короткий нос, крупные зубы, которые как будто не помещались во рту. Но при всем этом он считался красавчиком, и девочки приходили в восторг от его нетипичной внешности и золотых волос до лопаток.

— Город так называется — Сырдарья. А еще река, на берегу которой он стоит. Отец мой утонул в ней, а мама вскоре с Алибеком, отчимом моим нынешним, познакомилась и уехала в Махачкалу.

Он легко это рассказывал, без драматизма, но мамин отъезд был сопряжен с трудностями. Семья ее мужа была старой закалки, и по традициям, когда жена сына становится вдовой, заботу о ней должен взять на себя старший брат покойного. Или другой родственник мужского пола. У папы Магомеда старший брат имелся. И он жаждал взять на себя ответственность за них, но вдова категорически не желала об этом слышать.

— Хотите помогать — помогайте! Но в мою личную жизнь я вам лезть не позволю! — кричала она на свекровь и свекра, предложивших ей идеальный вариант. А именно: стать женой их старшего сына. Он уже имел супругу, но вторую брать можно, если средства позволяют.

Разругавшись и с ними, и с братом покойного мужа, она уехала в Россию. Туда же вскоре и ее родители переехали. Окавказились все. Это слово придумал Кузя. И применял его ко всем переселенцам, включая собственную мать. Она, сибирячка с русой косой и голубыми глазами, на рынке так торговалась, что все принимали ее за аварку-альбиноса.

Маге двадцать три исполнилось, когда с ним на связь вышел дядя. Нашел его в соцсетях, пригласил на встречу.

— Вы в Дагестане сейчас? — удивился Мага.

— Нет, но прилечу хоть завтра.

— Я не против, но…

— От мамы можно не скрывать. Если хочешь, приходи с ней. Но лучше нам тет-а-тет встретиться, чтобы поговорить по-мужски.

Магомед тогда жил отдельно. Снимал квартиру вместе с Кузей. Друг продолжал развлекать людей, но теперь он не просто включал музыку в шашлычке, но устраивал вечеринки, а Мага работал в юридической конторе. Оба получали копейки, но друг хотя бы кайфовал от того, чем занимается. И он всегда мог познакомиться с девочками, которые не требовали ухаживаний, а поддавались порыву. Мага же на работе контактировал обычно со старушками, беспокоившимися о своем имуществе, или женщинами, выбивающими алименты. Он выматывался за день, а вечера проводил в одиночестве, потому что куда-то идти не было сил, а зацепить кого-то днем — не вариант. Но бабули его обожали! Благодаря им у него было много клиентов, хотя рейтинг Маги, как юриста, оставался крайне невысоким. Что поделать — старушки не умели пользоваться интернетом!

— Меня зовут Тош, — представился дядя, когда они встретились в ресторане европейской кухни. Из всех заведений города дядя выбрал «Флоренцию», славящуюся стейками с кровью, а не шашлыком. — И я старший брат твоего отца.

— Мага, — представился парень в ответ, но тут же поправил самого себя: — Магомед. И я про вас ничего не знаю.

— Так давай знакомиться. Какое вино любишь? Под «Фиорентино» предлагаю красное полусухое.

— Пойдет.

Разбирался бы еще Мага в вине! Если он пил, то пиво, самое обычное, по акции продаваемое. Или то, что притаскивал Кузя с вечеринок. Но вообще Мага не часто на грудь принимал. Придерживался спортивного режима.

— Ты владеешь родным языком? — спросил дядя. Разговор велся на русском.

— Нет.

— Надо выучить.

— Зачем?

— Если хочешь чего-то добиться на своей родине, освой узбекский.

Мага пожал плечами. Зачем спорить? Дядя оплачивает богатый ужин, так пусть, как говорил Кузя, заказывает музыку.

— Мне не нравится то, что ты несерьезно настроен, — заметил дядя, когда они выпили по бокалу и попробовали стейки. — Ты как будто не понимаешь, чего от тебя хотят.

— Я на самом деле не понимаю. — Мага отправил в рот очередной кусок говядины и вновь поймал себя на мысли о том, что шашлык из простой забегаловки был бы не хуже. — Ты встретился со мной, желая наладить родственную связь, так? Или есть другая причина?

— Думал, ты хотя бы загуглил, кто я. Тош Рахимов, глава одноименного концерна в горнодобывающей отрасли. Тош — в переводе «скала», и ты знал бы об этом, если бы выучил родной язык.

— Что ты богатый, я понял сразу. У тебя костюм стоит дороже, чем моя машина.

— Да, я не могу пожаловаться на безденежье. Двадцать лет назад, когда умер твой отец, я тоже был обеспеченным. Поэтому предлагал твоей матери брак.

— Она никогда бы не согласилась стать второй женой!

— Я это понял и принял. Поэтому взял себе