Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

Харди молчал.

Ничего другого она от него и не ожидала.

– Из сейфа в доме Дитриха Хесса? – спросила она.

– Я не был у Дитриха Хесса, – ответил он уверенным голосом.

– Вы стащили их из сейфа в подвале Франка Айзнера! – догадалась Сабина. – Поэтому с такой жестокостью набросились на меня. Вы запаниковали, когда я там появилась… – Сабина замолчала. В боковом кармане она нащупала складной нож и кастет с острым краем. За одно лишь владение этим оружием Харди, как ранее судимый, отправится за решетку минимум на год. Сабина обнаружила также множество кабельных стяжек из жесткого пластика. Она вытащила одну и бросила Харди под ноги. – Свяжите себе этим руки.

Харди не шелохнулся.

– Быстро! – приказала она.

Харди поднял кабельную стяжку, сделал петлю, продел в нее обе руки и затянул конец зубами.

– Крепче!

Харди затянул еще туже.

– А сейчас расскажите мне, откуда у вас деньги и… – потребовала Сабина, но замолчала, услышав хруст, который практически заглушался барабанящим по крыше дождем.

Харди тоже услышал, потому что повернул голову в направлении звука и прислушался.

Это не могла быть Нора, потому что она наверняка сидела где-то связанная, а для оперативной группы было еще слишком рано. Сабина достала из кармана телефон Снейдера и посветила в зал, но помещение бассейна было слишком большим, и луч света потерялся в темноте. Однако Сабина разглядела силуэт мужчины, который стоял у подножия лестницы, ведущей в холл с кассой.

Худой и высокий. Гладкая лысая голова.

Снейдер!

В следующий момент очередная молния осветила бассейн, и Сабина увидела, что в другом конце зала действительно стоит Снейдер. В вытянутой руке он держал пистолет и целился в нее.

– Белочка? – позвал он.

– Снейдер, – коротко ответила она. И одновременно почувствовала облегчение. Она знала, что Снейдер на ее стороне, а вдвоем им будет проще удерживать Харди до прибытия МЕК.

– Я арестовала Харди, – сказала она.

– Вижу. – Быстрыми шагами Снейдер направился к ним. – Нам нужно как можно скорее исчезнуть отсюда.

– И я того же мнения, – вставил Харди, словно они со Снейдером сговорились.

– Мы никуда не пойдем! – заявила Сабина. – А будем ждать здесь МЕК. И опустите наконец пистолет! Откуда он вообще у вас?

– От Кржистофа, – лаконично ответил Снейдер, дойдя до них. Он опустил пистолет, но не убрал его.

Оба мужчины обменялись короткими, но многозначительными взглядами, и Снейдер кивнул:

– Привет, Харди, давно не виделись.

– Привет, Мартен. – Харди скривился. – Ты работаешь вместе с Кржистофом?

– Он был единственным, кому я мог доверять.

– Чтобы сделать что?

– Ты задаешь глупые вопросы. Чтобы выяснить то же самое, что хочешь узнать ты. Только с той разницей, что я не оставляю за собой кровавого следа. Я все-таки думал, у тебя больше чуткости.

– Твои советы несколько запоздали, – холодно ответил Харди. – У тебя было столько времени, чтобы сдать своих коллег, но ты предпочел помалкивать.

– Поверь, я с огромным удовольствием увидел бы провал Хесса, – проворчал Снейдер, – но я не из тех, кто стучит на коллег. К тому же я слишком мало знал о том, что произошло той ночью.

– Для такого гения, как ты, не представляло сложности это выяснить!

– Это было не так просто, как ты думаешь. Коллеги, в свою очередь, прикрывали меня, иначе смог бы я безнаказанно курить травку и столько лет проработать профайлером?

– Своя рубашка всегда была тебе ближе к телу, – упрекнул его Харди.

Снейдер кивнул.

– И не только это. В тот момент Диана была уже с Хессом, и я не мог снова все разрушить, отдав Хесса под суд.

– И поэтому ты наблюдал, как невиновный отправился в тюрьму за убийство, – заключил Харди.

– Ты не был таким уж невинным!

– По крайней мере, в смерти моей семьи.

– Для меня это была сделка с совестью – и она далась мне нелегко.

Сабина внимательно слушала взаимные упреки мужчин, которые ее, казалось, даже не замечали.

– И почему же ты решил именно сейчас отмыть свою совесть? – Харди поднял связанные руки и вызывающе оттопырил три пальца. – В трех коротких предложениях, козел!

Снейдер проигнорировал намек.

– Причин, действительно, три. Рорбек, Хагена и Диана мертвы – а сейчас уже и Хесс, – и больше ничто не вынуждает меня молчать. Во-вторых, моя коллега исчезла. – Он быстро взглянул на Сабину.

– А третья причина? – спросил Харди.

– Я знал, что Дирк ван Нистельрой, как новый президент, не захочет возглавлять БКА, в котором коррупция и ложь, как гнойная язва, поразили высшее руководство, поэтому я предложил ему разобраться со старыми историями.

Сабина удивленно посмотрела на Снейдера.

– Вы обратились к ван Нистельрою – не наоборот?

– Это был мой шанс вернуться на службу в БКА, – холодно ответил он.

– Вот в чем дело, – вырвалось у нее. – Вы планировали это с самого начала, верно?

– Не с самого начала, – поправил он ее. – Вы переоцениваете меня. Идея пришла мне в голову через несколько дней после освобождения Харди.

– Ну, тогда мы все обсудили, – заявила она. – Харди отправится под арест, а Франк Айзнер уже объявлен в розыск. Все закончилось.

Харди бросил на нее презрительный взгляд.

– Ничего не закончилось.

Бледное лицо Снейдера словно застыло, словно превратилось в гранит. Он кивнул.

– Харди прав – все лишь начинается. Мы только что выманили нашего противника из его укрытия.

– Нашего противника?

– Айзнера.

– Вы ведете себя так, словно он сверхчеловек.

– Почти, – вмешался в разговор Харди. – Вы когда-нибудь видели его вблизи? Заметили шрам на горле? – Харди провел пальцем от подбородка вниз.

Сабина кивнула.

– Шрам от трахеотомии. И что?

– Знаете, кто ему это сделал?

– Вы?

– Нет, он сам.

– Глупости.

– После рождественской вечеринки БКА мы пошли в бар. Рорбек, Тимбольдт, Ломан, Айзнер и я. Хесс тоже был с нами, Снейдер и еще несколько коллег.

Сабина взглянула на Снейдера, и тот подтвердил это кивком.

– Айзнер стоял у барной стойки, поглощая арахис, и вдруг захрипел. Начал задыхаться и посинел. Из-за шума и дыма в баре мы сначала ничего не заметили, лишь когда он схватил меня за руку. Я тут же применил метод поддиафрагмального толчка, схватил его сзади и нажал на живот, но проклятый орех застрял глубоко в горле. Затем попробовал Рорбек, но тоже безуспешно. В конце концов стало ясно, что поможет только трахеотомия, но никто не решался. Слишком высок был риск убить его. Вместе с тем, он и так умрет, и вот Айзнер, уже с абсолютно синим лицом, берет со стойки нож, которым бармен нарезал лимоны для напитков, нащупывает трахею и сам разрезает себе горло. Еще пытается вытащить из