Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 - Сергей Павлович Бакшеев

— В нашем деле бесполезной работы больше, чем полезной, — успокоила Елена.

— Но магазинами я не ограничился, придумал кое-что еще, — похвастался Марат.

Мужчину вновь распирала гордость, но Елена не хотела ему подыгрывать. Она хмыкнула и предположила:

— Занялся рутиной — опросом соседей.

Марат покачал головой и победно улыбнулся.

— Сейчас у многих продвинутые домофоны. В них видеокамера, которая срабатывает при движении и включает запись. Приходишь домой и смотришь, кто к тебе приходил, пока тебя не было, или проходил мимо.

— У Волкова был такой домофон? — заинтересовался следователь.

— Если бы был, Алиса его отключила бы. Я нашел такой домофон у его соседа по лестничной клетке. Дверь напротив, оттуда все видно. Скопировал запись, и вот.

Марат выложил на стол флешку, Елена подключила ее к ноутбуку. Марат встал за ее спиной и комментировал запись:

— Это врачи уносят Волкова в двадцать три сорок. Далее в течение часа ничего не происходит. Затем открывается дверь, Алиса спешит в больницу. Время вызова совпадает, я проверил. Обрати внимание, в ее руках только женская сумочка. Бутылка коньяка в подарочной упаковке туда не поместится.

— Утром из больницы вы с ней вернулись вместе, — припомнила Елена.

— Да, это тоже будет на записи. Но до этого момента в квартиру Волкова наведывается гость.

— Кто? — насторожилась следователь.

— Сейчас увидишь, я ничего не стирал. Это жильцы идут на работу, камера срабатывает при любом движении, и вот…

Елена внимательно смотрела на монитор. На лестничной площадке появился мужчина с сумкой через плечо в темной куртке и вязаной шапочке, надвинутой на брови. Он надавил на звонок квартиры Волкова, с минуту постоял, прислушиваясь и оглядываясь. Затем стал отпирать замки.

— Вор-домушник, использует отмычки, действует профессионально, — комментировал Марат. — Смотри на время, всего минута — и дверь открыта.

— Да уж, мастер.

— В квартире Волкова он пробыл меньше трех минут. И самое интересное, запер за собой дверь, когда уходил, представляешь?

— После ограбления сразу уходят, не парясь с замками, да при вскрытии чаще всего замки просто ломают, — согласилась Елена.

— Конечно! — Марат остановил запись. — Обрати внимание, его сумка при выходе выглядит больше. Впихнул туда бутылку коньяка в подарочной упаковке, а взамен принес простую. И вымыл бокал. Поэтому ничего токсичного наш Головастик не нашел.

— Вот и ответ на один из вопросов. Ты молодец. — Елена одобрительно стрельнула глазками в Марата.

— Повезло, — расплылся в ответной улыбке оперативник.

Но следователь уже сосредоточенно смотрела на монитор:

— Кто он? В начале, кажется, мелькнуло лицо. Верни запись назад, посмотрим.

Марат нашел момент, в котором физиономия вора целиком попала в кадр, пожал плечами:

— Немолодой, возможно, мотал срок. Надо распечатать его рожу и проверить по нашим базам.

— Сейчас это делается автоматически. Я перешлю запись Устинову.

Петелина отправила файл, позвонила эксперту в лабораторию и объяснила, что от него требуется.

Головастик выслушал и заверил:

— Нет проблем. Запущу программу распознавания лиц и посмотрю результат.

— Это быстро?

— Если качество картинки хорошее и этот тип уже засветился…

— Думаю, он профессионал.

— Проверим. Как только, так сразу.

Уже через полчаса Устинов докладывал по телефону следователю:

— Приятно иметь дело с рецидивистами.

— Ты о чем, Миша?

— Объясняю. В квартиру Волкова проник Юрий Синицын по кличке Синий. Трижды судимый вор-домушник. Я подтянул досье на него из нашей базы, высылаю вам.

Петелина вошла в почту, отправила полученный файл на печать. Валеев выдернул листы из принтера, просмотрел их, комментируя:

— Юрий Синицын. Где пойман, за что, когда и с кем. Отлично, теперь моя работа, — оживился оперативник, доставая телефон, и объяснил: — Синий уже полгода как на свободе, такие люди на покой не уходят, попробую узнать, где он и как.

Марат уселся на диван рядом с чайным столиком и стал названивать знакомым оперативникам. В душе Елены снова воспалилась заноза ревности, которую она пыталась спрятать под груз служебных забот. Раньше Марат не преминул бы согреть кофе и съесть все, что у нее накопилось. Сейчас сытый мужчина был равнодушен к свежим пряникам и сушкам.

Елена крутанула карандаш на столе и неожиданно озвучила вслух свои мысли:

— Вижу, хорошо тебя Рената кормит.

Марат взглянул на нее и промолчал. Мужское молчание задело женщину еще сильнее, подобно ожогу, и она не смогла сдержаться.

— Все остальное Рената тоже делает хорошо? — язвительно спросила она.

Марат ответил в трубку, что перезвонит, и продолжил молча смотреть на Елену. А ее понесло:

— Алсу рассказала, что спит на раскладушке на кухне, а папа с мамой вместе, как раньше.

Марат стиснул зубы и отвернулся.

— Я просто радуюсь за девочку. Папа, мама, семья — это же прекрасно, — истерично улыбнулась Елена. Карандаш после очередного закручивания упал со стола.

— Хватит! — Марат встал. — В чем ты меня обвиняешь? В том, что я переспал со своей бывшей. А ты? Что ты наделала? И продолжаешь испытывать мое терпение. Я не железный, Лена.

— А я? Кто я для тебя теперь? Злая начальница? Да пожалуйста! Только ты можешь со мной не работать, я не держу.

— Слушаюсь! — рявкнул Валеев и вышел, хлопнув дверью.

Елена подхватила с пола карандаш и швырнула его в закрывшуюся дверь. Пальцы одну за другой выдергивали салфетки, но слез было уже не остановить.

Она развернулась в кресле к окну, чтобы никто не увидел ее такой беспомощной. Что она наделала? Зачем так поступила? Она сама оттолкнула его. А ведь он прав, они оба виноваты. Когда же, наконец, она в себе разберется: чего именно хочет? Как же больно.

32

В конце рабочего дня Валеев вместе с Майоровым вернулись в Следственный комитет. Перед этим они полдня общались с коллегами, оперативниками из других районов, встретились с личными осведомителями из уголовного мира и по крохам собрали информацию о том, чем сейчас промышляет вор-домушник Юрий Синицын.

Ступив на широкую лестницу в холле, чтобы привычной дорожкой направиться на третий этаж в кабинет Петелиной, Марат неожиданно остановился.

— Нет, к ней не пойдем, — решил он, развернулся и направился по коридору первого этажа в криминалистическую лабораторию.

— Почему? — удивился Майоров.

— По кочану! Ты позвонишь Петелиной и расскажешь, что мы нарыли.

— Я? — еще больше запутался Ваня. Еще утром Марат стремился показаться на глаза Елене Павловне по любому поводу.

Оперативники вошли в лабораторию. Светлана Маслова уже собиралась домой, надевая куртку перед зеркалом. Она встретила уставших оперативников ехидной улыбкой:

— О, утилизаторы явились.

— Чего? — Ваня непонимающе похлопал ресницами.

— Петелина акт об утилизации подписала, — откликнулся Устинов из-за стола. Он подшил документ в папку, прихлопнул ее ладонью и неожиданно