Мертвая вода. Смерть в театре «Дельфин» - Найо Марш

– Вы чертовски правы, – изрек он наконец. – Однако я и сам не владею, так сказать, твердыми фактами и не хотел бы навести вас на ложный след. О нет, сэр, этого я желал бы меньше всего.

Кажется, его сомнения и впрямь были искренними.

– Могу вам обещать, что не стану спешить с выводами, – заверил Аллейн.

Мэр оценивающе посмотрел на него.

– Что ж, очень хорошо. – Ему в голову как будто пришла какая-то внезапная мысль, и он продолжил, коротко усмехнувшись: – Полагаю, я могу вам рассказать следующее. Преподобный справился с ней без труда, будучи искушен в общении со старыми девами ее возраста. То же было и со мной, и с доктором. За ним она буквально бегала, что всем было видно, и над ней, бедняжкой, уже просто насмехались со всех сторон. Но нам удавалось держать ее на расстоянии, и в конце концов ее страсть обратилась в злобу и обернулась против нас. И с майором повторилась та же история.

– Как? – удивленно воскликнул Аллейн. – И майор Бэрримор?

Мистер Нанкивелл смешался.

– Прошу прощения, случайно выскользнуло. Лучше забудьте мои слова, это все только слухи. Так говорили в дамском клубе, членом коего является миссис Нанкивелл, и, как она сама отмечала, доверять им не стоит.

– Однако что же там все-таки утверждали? Что мисс Кост расставляла сети для майора, а тот отверг ее притязания?

– Не совсем так… – протянул мистер Нанкивелл. Казалось, он изо всех сил старался сдерживаться, но в то же время желание поразить собеседника брало верх.

– Ну же, господин мэр. Лучше меня просветить, иначе я буду делать самые фантастические выводы.

– Что ж, делайте, – с отчаянной решимостью бросил тот.

– Не хотите ли вы сказать, что у мисс Кост якобы в самом деле был роман с майором Бэрримором?

– Отчего же? Именно это я и хочу сказать. И притом сопровождавшийся нешуточными ссорами и сценами. Страсти между ними кипели еще те!

III

Преодолев последний барьер, дальше мистер Нанкивелл понесся по прямой. Источником информации служила мисс Сисси Поллок, вчерашняя «Зеленая Дама», помощница и наперсница мисс Кост. Якобы та открылась ей, а она, в свою очередь, под строжайшим секретом поделилась с закадычной подругой, чья мать являлась близкой приятельницей миссис Нанкивелл и неудержимой сплетницей. По словам мэра, с тем же успехом можно было вручить эту информацию городскому глашатаю. По-видимому, связь длилась недолго и произошла во время первого визита мисс Кост на остров. Ходили также смутные и сомнительные слухи, что, кроме того, майор Бэрримор (человек весьма полнокровный, как отметил мистер Нанкивелл) посещал некую ее соперницу в Данлоумэне.

Аллейну вспомнилось обезображенное смертью лицо мисс Кост, виденное им сегодня утром, и вся эта непривлекательная история приобрела еще более гротескный и отталкивающий характер. Мистер Нанкивелл и сам, похоже, почувствовал что-то не то. Он смутился и встревожился, и Аллейну пришлось снова заверять его, что вряд ли это вообще имеет отношение к делу. В любом случае, мистер Нанкивелл лишь пересказывал услышанное с чужих слов, поэтому никто не будет вызывать его для дачи показаний, и его имя нигде не всплывет. Наконец, господин мэр успокоился и покинул номер с видом человека, выполнившего свой долг, каким бы неприятным тот ни был. А Аллейн достал свои записи и добавил к ним еще один довольно длинный абзац, затем раскурил трубку и подошел к окну.

Оно выходило на дамбу, пристань и крышу магазина мисс Кост. На другом берегу пролива, в деревне, еще прогуливались туристы. На гладкой поверхности воды виднелось несколько лодок, среди которых Аллейн заметил шлюпку Патрика с Дженни на корме. Девушка сидела очень прямо и, казалось, избегала смотреть на своего спутника, который греб с преувеличенной энергией, согнувшись и не поднимая головы. Даже с такого расстояния было заметно, что он не в настроении. Когда они приблизились к пристани, Дженни повернулась к нему и, по-видимому, что-то сказала. Молодой человек распрямился, уставился на нее, затем выгреб обратно на открытую воду и поднял весла над водой. Пока отлив медленно сносил их к мысу Рыбачьей бухты, они о чем-то говорили, потом Дженни сделала быстрый жест, оборвав его на половине, и покачала головой.

«Милые бранятся, – подумал Аллейн. – В лодке это чертовски неудобно. Безвыходное положение, я бы сказал».

– Это не выход, – произнесла тем временем Дженни, повысив голос, – все время дуться.

– Я не дуюсь.

– Значит, отлично делаешь вид. Может, мы наконец причалим? Весь день прошел хуже некуда, не пора ли поставить точку?

– Хорошо, – проговорил тот, однако не шевельнул даже пальцем.

– Патрик…

– Что?

– Все-таки объясни, что так испортило тебе настроение! Это будет лучше, чем сопеть и пыхтеть с недовольным видом.

– Ты и сама сегодня не очень-то любезна.

– Что я, по-твоему, должна сделать? Упасть на колени на дне лодки и молить о прощении сама не знаю за что?

– Ты знаешь за что.

– О Господи! – Дженни запустила руки в свои ослепительные волосы, потом посмотрела на него и рассмеялась. – Ну подумай сам, разве это не глупо?

По губам Патрика скользнула тень улыбки, но он тут же ее согнал.

– Конечно, ужасно глупо. Ну извини, что я так смешон.

– Послушай, – в отчаянии вздохнула Дженни. – В чем дело? В том, что я пошла с мистером Аллейном к Уолли? Что я опоздала на нашу встречу? Или то, что завтра я еду с мисс Эмили в Данлоумэн? Или все вместе? Ну же!

– Ты можешь сколько угодно принимать приглашения на противный чай и мерзкие булки от кого захочешь. Кто он такой… в смысле, кто я такой, чтобы вторгаться в столь личное и конфиденциальное дело?

– Я же все тебе рассказала! Хотя он просил меня молчать.

– Ну, в общем, да, – ворчливо согласился молодой человек.

– Извини меня, Патрик, но мистер Аллейн в самом деле вызывает у меня уважение. Ты можешь говорить о нем что угодно – что он якобы осколок прошлого и все прочее, – я с этим не согласна. Напротив, я уверена, что он… ну, в общем, не такой.

– Конечно, на самом деле он человек самых передовых взглядов.

Дженни подумала, что будет, если сказать ему: «Признайся честно – ты просто ревнуешь», и мудро отказалась от такого шага. Вместо этого она оглядела своего спутника – грива черных волос, сильные руки, раскрытый ворот рубашки, где белела незагоревшая кожа, и умное, но такое упрямое лицо. Они не так уж хорошо знают друг друга – почему же он кажется ей близким и родным? Девушка подалась вперед и положила руку на его твердое колено.

– Ну улыбнись! Что с тобой?

– Боже правый! Как ты можешь так легко выкинуть все из головы? Что со мной? Мисс Кост, с раскроенным черепом, плавает лицом вниз в нашем расчудесном источнике. Вот что! А твой замечательный детектив в это время подбирается к нам все ближе. Думаешь, я в восторге от перспективы… – Он осекся. – Видишь ли, я очень привязан к своей матери.