Элитный утопленник - Николай Иванович Леонов

и раньше-то не отличалась особой чувствительностью, а за время учебы в меде стала и вовсе кремень. Анатомичку на втором курсе девушка прошла абсолютно бесстрастно, пока другие падали в обморок от посещения морга и зарекались входить туда повторно.

Мама часто ловила себя на том, что порой не понимает дочери, что она для нее как с человек с другой планеты. Со временем Ира вовсе перестала делиться с ней своими мыслями. Она свела их совместную жизнь к ведению общего быта, в котором мама выполняла абсолютно всю работу, а дочь благосклонно этим пользовалась.

Жили они к тому времени уже в Москве, переехали туда еще при жизни отца, продали свое жилье, прибавили к нему все накопления и смогли купить небольшую «двушку» на окраине, в доме барачного типа. Настояла на этом, естественно, Ира, умевшая хорошо смотреть вперед. Интуиция ее не обманула. Спустя несколько лет после их переезда власти снесли барак, переселили жителей, включая и мать с дочерью, в благоустроенную двухкомнатную хрущевку, расположенную неподалеку от метро «Маяковская». Так провинциалы из шахтерского поселка избавились от статуса лимиты и стали полноправными москвичами.

Ирина медицинская карьера оказалась не такой стремительной, как когда-то мечтала девочка. Чтобы стать светилом рентгенологии, нужно было время и упорная работа. Если со вторым проблем не было — Ира с годами стала просто отчаянным трудоголиком, то необходимость первого фактора ее заметно удручала. Она готова была писать диссертации, бесконечно повышать квалификацию, блистать на конференциях и съездах, с искренним восхищением принимать поклоны и отмечать завистливые взгляды, но только если это не растянется на всю длинную жизнь. Ведь помимо славы у Иры, к тому времени уже Ирины Валерьевны, существовало желание быть очень обеспеченной. Иными словами, богатой.

Поэтому из медицины она со временем ушла в управленческую работу. Не сразу, сначала перебралась во врачебно-трудовую экспертную комиссию — ВТЭК, потом стала начальником отдела в администрации муниципального района, заместителем главы и наконец-то заняла там первое место.

Принципы работы оставались неизменными, но менялись подходы. При безусловном профессионализме главным для нее теперь было получение некой личной выгоды. Она делала это крайне осторожно, не готова была рисковать своим положением. Ведь ни верных друзей, ни влиятельных родственников, способных помочь, вытащить из передряги, у нее никогда не было.

Понятие дружбы она из своей жизни исключила. Еще в детстве ей, выросшей в абсолютной любви родителей, было трудно чем-то поступаться в моральном плане, а тем более делиться в материальном. Она никогда не уступала своей точки зрения, могла без зазрения совести съесть на перемене всю шоколадку, будто не замечая просительных выражений на лицах одноклассников. Со временем вокруг нее сформировалась слава выскочки и жадюги, которая ее, в общем-то, вполне устраивала.

С родственниками близких отношений она тоже не поддерживала. Никто из них не представлял для нее интереса, так как были они людьми простыми и незатейливыми.

В гору пошел только двоюродный брат. Он был младше ее более чем на десять лет и никогда не воспринимался ею всерьез. В девяностые годы, когда она уверенно поднималась по винтовой лестнице управленческой карьеры, брат пытался обращаться к ней по каким-то там делам, но Ирина, конечно, не стала ему помогать. Потом она не раз удивлялась, как резко он пошел в гору, будто подпрыгнул на каком-то волшебном трамплине. Теперь уже кузина не была ему нужна. Вокруг него собралась верная свита. Перед ним послушно склоняли головы и люди куда более высокого полета.

Сделка у них случилась только однажды. Тогда уже ей пришлось к нему обратиться. Времена были нервные. Она понимала, что явно уперлась в потолок по службе, и хотела иметь некий задел на будущее. Наверное, кто-то из недоброжелателей сказал бы, что эта дама стремилась нахапать как можно больше. В принципе, можно было так и сформулировать. Ей никогда не было дела до пафосных, ничего не значащих обвинений.

Тот участок был лакомым: удобный подъезд, близость к реке, экологическая привлекательность. Хочешь, строй здесь дом, живи и наслаждайся. Но она тогда о таком спокойном времяпровождении задумывалась только гипотетически. Замуж Ирина Валерьевна так и не вышла, детей не завела. Перспектива одной куковать в поселке на старости лет ее не смущала. Она всегда любила возиться в земле и огородничать, но умом понимала, что в доме непременно нужен хозяин.

Кстати, к своим почти пятидесяти годам она отнюдь не поставила на себе крест в плане женского счастья и вполне допускала возможность замужества. Детей ей никогда особенно не хотелось. Что же касается мужчин, то Ирине никак не удавалось найти достойного и не самого противного, да чтобы еще эти две характеристики сошлись в одном человеке.

Но все матримониальные дела были впереди, а пока она трудилась на административной должности и проводила некую многоэтапную операцию с присвоением лакомого куска земли. Угрызений совести Ирина не испытывала абсолютно, сказывался характер, да и кто на ее месте и при наличии возможностей не поступил бы точно так же? Люди всегда захватывали земли и воевали за деньги. Так было, есть и будет. Она в этом отношении не хуже и не лучше других. В бога эта женщина не верила, так что никакие кары небесные ее испугать не могли.

В общем, поначалу она приобрела участок и начала строить там дом. Почему он оказался таким, что местные жители в испуге даже назвали его домом Синей Бороды, объяснить Ирина не могла. Ей самой дизайн виделся стильным. Профессионал, создававший его, угодил заказчице на все сто.

Впрочем, у нее всегда была склонность к чему-то старинному. Это отчетливо проступало даже в ее собственном образе. Она любила многослойные черные платья с асимметрией, пышные юбки с буфами и воланами, серебряные украшения и другие атрибуты винтажного стиля.

Изначально женщина планировала просто выстроить дом, в котором собиралась сделать некое подобие загородной резиденции. Работа отнимала у нее много времени, иногда ей было остро необходимо сменить обстановку.

Аппетит пришел во время еды. Однажды Ирина попробовала мысленно растянуть свой участок на несколько гектаров вдоль реки, представила, как домики в неоготическом стиле аккуратно располагаются на выстриженных янтарно-зеленых лужайках. Она поняла, что на этой земле можно создать отличный бизнес, который будет приносить ей хороший доход на старости лет.

Задумка ее состояла в том, чтобы построить туристический комплекс с помощью государства. Для