За витриной самозванцев - Евгения Михайлова

— Слушай, Серега, о чем я подумал. Помнишь, в телефоне Гусевой было несколько звонков от Инны Николаевой, один буквально за пару дней до исчезновения Светланы. А не связаны ли они с теми видосами? Или с какой-то информацией, которую Инна хотела купить у лучшей подруги Николаевой. Речь, к примеру, могла идти о деталях отношений Светланы с тренером, с которым у Инны есть связь. Дело ведь в том, что Гусева всегда сильно нуждается в деньгах, завидовала Светлане, и, главное, в ее продажной сути. Она не то что подругу, она маму родную продаст по дешевке.

— Отличная мысль, — оценил Кольцов. — Тем более что Гусеву можно сейчас прижимать по целому ряду обстоятельств, в частности, из-за похищения ребенка Алисы. А Инна — предприимчивая и богатая покупательница секретов и планов.

Поздним вечером Кольцов приехал в отделение Ильина прослушать запись допроса Веры Гусевой. Следователь сразу показался ему сильно озадаченным. Перед тем, как включить запись, Федор произнес:

— Даже не стану намекать. Не смажу, так сказать, момент обалдения. Для меня полная неожиданность. Но ты вообще где-то близко крутился в догадках. Включаю.

Голос Ильина:

— Вера, думаю, ты заметила, как изменилось отношение следствия к тебе после возобновления поисков Светланы Николаевой. Скажу о себе. С самого первого знакомства я воспринимал тебя как скромную девочку из простой работящей семьи. Родители твои сильно постарались, чтобы ты могла учиться в такой известной дорогой школе. И ты в моих глазах сильно выигрывала на фоне избалованных детей богачей, которым с рождения кажется, что весь мир у них в кармане. И, похоже, Светлана Николаева тоже так считала. Она именно тебя выбрала в единственные подруги. Николаева никогда не знала нужды в деньгах, но она не так безмятежна и высокомерна, как другие дети из подобных семей. Светлана — сложный, страдающий и не самый доверчивый человек. Но, сдается мне, и она, возможно, в силу возраста и отсутствия опыта не сумела отличить добро от зла.

Гусева:

— Вы это к чему? Какое еще добро и зло?

Ильин:

— Отвечу прямо, на реверансы у нас больше времени нет. Ты с самого начала подавала себя как лучший друг Николаевой. Но, как стало понятно при более внимательном рассмотрении, ты, Гусева, способна на предательство и даже на продуманное причинение вреда той, которая тебя считала единственной подругой. Причем и до исчезновения Светы, и после.

Гусева:

— Что за фигня! Какой еще вред и о каком предательстве вы мне толкуете?

Ильин:

— Понимаешь, Вера, ты не очень умный человек. Недостаток умственного развития привычно компенсируешь наглостью и напором. Не скрою: я сначала воспринимал твои особенности как признаки бесхитростной прямолинейности. Но стало очевидным такое обстоятельство: легенды, которые ты придумываешь для того, чтобы скрыть или оправдать свои мотивы и поступки, слишком примитивны и алогичны, чтобы быть правдой.

Гусева:

— Что за легенды? Вообще не понимаю про что вы.

Ильин:

— Ну, самый простой пример с телефоном Николаевой. Не стану перечислять тебе все аргументы следствия, сообщу лишь наш вывод. Николаева не забывала у тебя свой телефон. И, конечно, не на столе. В таком случае она бы вернулась за ним в течение минуты. Она положила его в карман куртки, которая висела в прихожей, а ты его оттуда украла.

Гусева:

— Да вы что! Совсем спятили? С какой стати я стану воровать телефон подруги?

Ильин:

— С простой стати. Этот телефон у тебя кто-то захотел купить. С любой целью. И сразу уточню, кто это мог быть. Инна Николаева звонила тебе несколько раз, последний — за два дня до исчезновения Светланы. И после ее исчезновения данная дама звонила тебе не один раз. Ты ей иногда перезванивала.

Вера Гусева, что вас связывает с Инной Николаевой? Сразу предупреждаю: вранье больше не пройдет. Мы имеем на вас уже достаточно криминальное досье. Похищение ребенка учительницы — эпизод, который просто так не исчезнет из твоей биографии. Мы проверим все, не сомневайся. Задам еще один наводящий вопрос, не ответишь сразу и прямо — открываю дело по подозрению в соучастии в преступлениях против жизни и свободы Светланы Николаевой.

…Дальше — пауза в десять минут, заполненная всхлипами и нечленораздельными возгласами Гусевой.

Гусева хрипло, с надрывом:

— Конечно, у вас так. Если бедная, то воровка, соучастие и преступления против жизни. А раз купается в бабках — то чистое добро без всякой примеси. А сказать вам, что делала Светка, как она мучила эту несчастную Инну и какие преступления придумала она?

Ильин:

— Жду с нетерпением перечисления фактов преступлений Светланы Николаевой.

Гусева:

— И потом вы отстанете от меня?

Ильин:

— Это так не работает, Гусева. Говори.

Гусева:

— Хорошо. Светка сразу сильно возненавидела новую жену своего отца. Нарыла на нее компромат: как Инна заманила Екатерину, мать Светы, в офис мужа, а того вынудила заниматься с нею сексом при открытой двери. Так было или нет, но компромат собрал Свете айтишник за приличные деньги. И потом она никак не могла успокоиться, все придумывла новые проверки, слежки и все такое. Но Инна ничего этого не знала и общалась с ней нормально. Светка для виду отвечала ей тем же. Но старалась бывать там, куда ходит Инна. Например, на показах мод Никиты Семенова. А потом она записалась в фитнес-центр, где тренировалась Инна. А в том центре есть тренер-красавец, с которым Инна давно встречается. Они любовники. Света сказала мне никому об этом не рассказывать и стала думать, что с этим можно сделать. И придумала. Тот же айтишник по ее заказу установил в спальне Инны в их квартире и в кабинете тренера в фитнес-центре такие игрушки, в которых прячется камера. Их люди ставят, чтобы застукать домработниц за воровством или нянь, которые бьют детей. Света купила мишку и белочку. Подождала какое-то время, не заметят ли Инна и ее любовник эти игрушки среди прочего хлама, и только потом, когда они к игрушкам привыкли, сунула туда камеры. В общем, Инна и Стас спали и там, и тут, а видео летели Светке на телефон.

Ильин:

— Где Света приобрела эти камеры?

— Да на всех маркетплейсах горы «видеонянь». Она купила две — для спальни Инны и кабинета Стаса. Они маленькие, никто и не заметил.

Ильин:

— И как Светлана распорядилась этим компроматом?

Гусева:

— Прямо. Она стала посылать маленькие фрагменты Инне на телефон. И однажды заявила ей, что всю коллекцию измен покажет отцу. Выход у Инны один: срочно бросить его первой и уехать как можно дальше. Ну как на такое женщина согласится? Она до