Красота ее сгубила - Марина Серова

Я обрадовалась:

– Отлично, спасибо вам за поддержку. Тогда я все приготовлю и вам позвоню, набросаем, так сказать, сценарий!

Когда есть цель и понятен путь, действовать намного легче! Вот только как же мне преобразиться так, чтобы он увидел перед собой Юлию? Придется, вне всякого сомнения, ехать к ее отцу, подобрать какую-то одежду подходящую.

Созвонившись с Юрием Александровичем, договорилась встретиться у него дома после работы. Причины намеренно не объяснила, при встрече это сделаю, да и то весь замысел ему открывать не стану: незачем вселять надежду в человека, и так угнетенного до предела случившейся трагедией. Потерять дочь, а вслед за ней жену – жуткое испытание, не каждому по силам такое пережить и не сломаться. Тем более что результат мною задуманного весьма неопределенный: я-то надеюсь, что, взяв Вадима на испуг, раскручу его на признание. А как оно на деле получится, узнать же заранее невозможно…

Юрий Александрович выглядел, честно говоря, неважно: взгляд тусклый, он заметно постарел и осунулся, как после тяжелой болезни.

– Слушаю вас, Таня. Может, чаю или кофе? – предложил он.

– От кофе не откажусь, – ответила. И, подождав, когда он принесет две чашки кофе, а также тарелку с печеньем и конфетами, перешла к сути дела.

– Юрий Александрович, мне бы посмотреть фотографии вашей дочери, особенно последние снимки.

Не спрашивая, зачем мне все это надобно, он молча принес из комнаты большой альбом, а к нему еще и конверт с фотографиями.

Я с интересом рассматривала снимки. Очень красивая была у папы дочка! И почему судьба к ней оказалась столь немилосердна? Разглядывая многочисленные фото, где Юля была и одна, и с подругами, и даже с Артемом, я мысленно прикидывала, удастся ли мне так перевоплотиться, чтобы Вадим, увидев перед собой девушку, и минуты не сомневался – это Юля!

Юрий Александрович ни о чем меня не спрашивал, мелкими глотками пил кофе, думая о чем-то своем. Он даже вздрогнул, когда я обратилась с просьбой:

– Вы не помните, случайно, в каком платье была ваша дочь в тот роковой вечер?

– Что? – не сразу сообразил он. – А, платье… Мне его, кстати, возвратили, найдя на пляже. Могу показать.

И тяжело, словно старик, встав со стула, вынес пакет с платьем.

Я достала, прикинула: похоже на мой размер! Это существенно упрощало дело, ничего не надо было подбирать в бутике!

– Вы не будете возражать, если я на время возьму его с собой? – спросила я отца.

– Возьмите, если надо, – меланхолично ответил он. Но потом, словно спохватившись, переспросил: – А для чего оно вам, если не секрет?

– Да есть одна идея, такая зыбкая пока, – уклончиво ответила я. – Надеюсь, что с ее помощью смогу собрать больше сведений об обстоятельствах гибели вашей дочери. И еще я бы хотела взять с собой вот эти три фотографии. Можно?

Махнув рукой, Юрий Александрович ответил:

– Берите, конечно. У меня есть еще такие, они не в одном экземпляре. Дай бог, чтобы вам сопутствовал успех.

На том мы распрощались.

Уже в гостинице я примерила платье. Оказалось, что оно почти моего размера, чуть-чуть только тесновато. Ну это не помеха, спектакль, который я хочу устроить в психушке для Вадима, такое допускает, ему там, надеюсь, будет не до деталей!

Разложив перед собой на столике фото Юли, я начала колдовать над тем, как получше загримироваться, чтобы по максимуму походить на дочь Юрия Александровича. Вот где пригодились мне уроки подруги Светы, мастерицы в этом деле! Конечно, в искусстве макияжа и причесок мне было далеко до нее, но кое-что и я смогла. Критически оглядев себя со всех сторон, я увидела в зеркале… подобие утонувшей Юли! Даже мороз по коже прошел, стало не по себе!

Однако проведенная подготовка еще не гарантировала успех мероприятия. Последний раз меня из этой больницы считай что чуть ли не под белы рученьки вывели! Теперь легально туда проникнуть едва ли удастся, тем более что сам спектакль я предполагала начать не раньше полуночи. И кто же проведывать больных в такую пору приходит?

Поэтому, быстренько приведя себя в состояние Тани, а не Юли, купив по дороге бутылку водки и немного закуски к ней, я, теперь уже на автобусе, поехала в это богом забытое заведение. Попала как раз на послеобеденный отдых пациентов, во дворе никого не наблюдалось из персонала за исключением дворника, меланхолично шаркающего метлой по асфальту дорожки. Правда, это была не столько метла, сколько жалкое ее подобие, истертое почти до ручки.

– Извините, – намеренно заискивающим тоном спросила я мужчину, – вы здесь работаете?

– Ну ты и спросила! – усмехнулся щербатым ртом тот. – А где же, если здесь подметаю? А ты, собственно, что хочешь-то?

– Давайте на скамеечку присядем, я вам все и объясню, – предложила я.

– Ну давай, передохнуть мне не помешает, – сразу согласился мужчина. – И глянув на меня, спросил: – А закурить у тебя не найдется, часом? А то мои закончились…

– Да, да, конечно, – я суетливо достала из сумки пачку «Парламента», намеренно сделав так, чтобы дворник увидел бутылку водки. – Угощайтесь!

Чуть не облизнувшись от увиденной бутылки, дворник грязными, заскорузлыми пальцами взял из пачки одну сигарету, прикурил ее, а вторую положил за ухо. Про запас!

– Понимаете, здесь мой родственник, Вадим, на излечении находится, – начала я вдохновенно врать, – а я его проведать хочу. Только вот днем стесняюсь сюда идти, чтобы потом слухи не пошли, что это мой родственник. Знаете, не очень это мне нужно. Вот. Мне бы как-то после отбоя к нему попасть, можно это устроить? – и заискивающе посмотрела на дымящего дорогой сигаретой дворника.

– Ага, – глубокомысленно произнес тот, – понятно! За репутацию свою, стало быть, переживаешь, так? Меня, кстати, Константином зовут, если что.

– Ну, – сделав вид, что сильно смутилась, ответила я, – в некотором роде так…

– Устроить-то это можно, конечно, я, между прочим, здесь же и живу, при котельной… А что только я с этого буду иметь, интересно? Вообще-то это дело стремное, можно и места лишиться, если застукают… – добавил Костя, глядя на меня в упор.

– Ну, – якобы нерешительно протянула я, – я вам заплачу за услугу…

– Так-так, это уже теплее. А вот зачем у тебя в сумке водка-то, интересно? – насмешливо спросил Костя.

– Вас хотела отблагодарить. Ко мне вот недавно сантехник приходил, так не отказался…

– И я не откажусь! – усмехнулся дворник. – Давай сюда бутылку, а вечером еще тысячу прихвати. Приходи ровно в одиннадцать вечера, поняла? Потом я закрою калитку, и все, если опоздаешь, стучать тоже не надо, только шуму