Грани безумия - Мария Александровна Скрипова

все это подстроил? Если она будет числиться без вести пропавшей, он может сделать с ней все что угодно, не подкопаешься. А начнутся вопросы, у него есть козлы отпущения. Мы с Васей, под вашим руководством, похитили недееспособную пациентку психиатрического учреждения из дома, напичканного камерами, влезли в базу безопасности, без разрешения опекуна вывезли из города, подвергли опасности, вследствие чего Новикова пропала. Самый лайтовый вариант, статья 126 УК РФ, часть 2: похищение человека группой лиц по предварительному сговору, до двенадцати лет лишения свободы, и это только в том случае, что через неделю-другую ее раздувшийся труп не всплывет в одном из озер Ростова! Плевать на Соню, замечательно, можете подумать о себе! Поверьте моему опыту, то, что вы понятия не имели, что я и Вася вломились в дом Новикова, волновать никого не будет.

– Умеешь убеждать, – сдерживаю улыбку, парнишка только что озвучил мои мысли, приводя весомые аргументированные доводы. Повзрослел Шурик, возмужал, в скором времени Афанасьев без зазрения совести может выпускать юнца в открытое плаванье. – Новиков действительно может быть причастен, сам об этом думал. Как там говорят: «виноват всегда муж»? Но если ты прав, копнуть глубже он нам не позволит, к тому же у него везде глаза и уши… Есть план?

– Нужно убедить его, что мы сдались, – уже не так уверенно пожимает плечами.

– Новиков хочет, чтобы я улетел в Москву, даже купил билет на утренний рейс. Что ж, не будем его разочаровывать… – задумчиво произношу, пытаясь просчитать варианты развития. – Ты у нас пострадавший и, по логике, должен пару дней валяться в больнице, у него не должно возникнуть вопросов, почему ты не вернулся домой вместе со мной. Плюс, без обид, но не думаю, что он видит в тебе опасного противника.

– Так даже лучше. Пусть считает, что я прохожу лечение, а я тем временем проверю кое-что. Осталась у меня зацепка. Постараюсь не отсвечивать.

– Справишься один?

– При всем уважении, Григорий Константинович, я не запуганная зелень, а старший лейтенант, и, в отличие от вас, это моя работа, – сводит густые брови Шурик, нелепо надевая солнцезащитные очки в двенадцатом часу ночи. – Пожалуй, вернусь в больницу, пока меня не потеряли, а вы не опаздывайте на самолет, не будем волновать господина олигарха. И еще, вам придется продлить аренду машины за свой счет, у меня денег нет.

– Иди уже отсюда, не запуганная зелень, – усмехаюсь, устало заваливаясь на кровать. – Деньги на карманные расходы кину на карту, только не покупай слишком много конфет, зубы испортишь, а то мне твой папаша, по фамилии Афанасьев, уши надерет.

– Зря вы так, Григорий Константинович, из этой логики, моей мамашей получаетесь вы! – по-ребячески морщит нос старший лейтенант, вышмыгивая за двери.

Поспешил я с выводом – до свободного плавания нашему двадцатитрехлетнему малышу еще расти и расти, все еще на карманные расходы деньги клянчит.

Глава 25

Маникюр

Яна попыталась пошевелиться. Руки затекли, голова гудела, как после удачного застолья, мысли путались, не позволяя собрать последние события воедино.

Что произошло?

Она помнила черный дым, застилающий глаза до слез, огонь, старшего лейтенанта, побежавшего спасать директрису, приближающийся свет фар… Пожарные! Да, это точно были пожарные, сирены, мигалки… А потом? Что произошло потом? Картинка расплывалась…

Шурика не было слишком долго, Яна была готова сама бежать в полыхающее здание, но мужчины в форме отогнали всех от забора. Она отходить не хотела, но один из пожарных насильно потащил ее в сторону, а дальше все растворилось… Пустота, и только знакомый остро-сладковатый вкус, въедающийся в губы. Откуда она могла знать этот вкус? Сердце забилось быстрее, в горле образовался ком, а грудь сжали невидимые тиски, не позволяя сделать вдох – паническая атака. Очнувшись в больнице после аварии, она ощутила то же самое, но тогда она была в безопасности, а сейчас… Осознание реальности накрыло холодным душем, время замерло – ее похитили.

Пролежав несколько минут без движений, Яна заставила себя собраться с мыслями, немного привыкая к темноте. Руки и ноги связаны. Пространство замкнутое, обитое жестким черным ворсом. Она прислушалась, в непонятном гуле можно было различить звук двигателя и шум колес, шуршащих по гравию. Значит, она в багажнике автомобиля. Легкая ухмылка пробежала по губам, Яна понимала, что должна быть в ужасе, дрожать всем телом и бояться неизбежных последствий, но ей стало до банального смешно от типичности происходящего. Закралось парадоксально нелогичное чувство: словно она уже не раз была в подобной ситуации, знала, что делать, могла вспомнить когда-то отложившийся на подкорке алгоритм действий. Зря мама в детстве запрещала смотреть фильмы про маньяков – выходит целая энциклопедия знаний, как вести себя в экстремальной ситуации.

Яна перекатилась на живот, чтобы дать заведенным за спину рукам больше простора, попыталась нащупать узлы. Онемевшие пальцы не слушались, сцарапывая туго затянутой веревкой свежий маникюр, который она едва успела сделать в ночь перед поездкой. Наконец, удалось подцепить конец веревки, немного ослабляя узел.

– Еще немного, – пробубнила себе под нос, пытаясь выдернуть кисть. Главное – освободиться от веревки, а в машине должна быть ручка аварийного открытия багажника – сможет выбраться, позвать на помощь или хотя бы привлечь внимание проезжающих автомобилистов. – Еще чуть-чуть…

Яна едва успела вытащить руки, как машина затормозила, тело импульсом отбросило вперед. Резкий удар. Девушка не сразу поняла, что происходит, теряя ориентацию в пространстве на несколько секунд. Она почувствовала на губах что-то теплое, липкое, с металлическим привкусом. Кровь. Тонкие пальцы истерично заелозили по лицу и волосам, нащупали глубокое рассечение над правой бровью. Голова кружилась, затекшее тело не слушалось, но она должна была держаться, дать отпор. Машина остановилась, значит, это ее единственный шанс на побег. Яна торопливо развязала веревку, сковывающую лодыжки, прислушиваясь к звукам снаружи. Шаги приближались к багажнику, рухнула последняя надежда, что остановка не была связана с ней, отсекая вариант с незаметным побегом.

Багажник открылся, Яна приготовилась напасть, но не успела среагировать, лишь чувствуя, как в шею входит игла, обмякла в крепких мужских руках.

– Богдан? – жалобно пискнула она, пытаясь разглядеть в ярком свете фонаря силуэт человека. Тот аккуратно, с неким подобием заботы, уложил ее в багажнике и закрыл крышку. В глазах потемнело, Яна неосознанно закрыла веки, проваливаясь в пустоту.

* * *

Шурик незаметно проскользнул мимо дремлющего на посту охранника, поднимаясь на третий этаж.

– Александр, где вы ходите? Отбой два часа назад был! – поднялась из-за стола молоденькая медсестра с длинными русыми волосами, заплетенными в тугую косу. – Вам доктор назначил уколы, процедурный