Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс

на трупе не было ниток, или что там было в прошлый раз. Будем расследовать их вместе, а потом окажется, что убийцы разные, и что тогда делать? Ты понесешь ответственность, если мы упустим второго?

Начальник ударил его по плечу, будто ставя знак вопроса.

– Значит, вы не собираетесь расследовать их вместе, я правильно понимаю? – спокойно спросил Чжонхён, пытаясь уклониться от руки мужчины.

За первым ударом последовал еще один – по левому уху. Придя в себя, юноша увидел, как Чанчжин опускает правую руку начальника. Офицер попытался принять произошедшее и продолжить брифинг.

– Ах ты гаденыш! Ты что делаешь?

Шея начальника, проглядывающая между расстегнутыми пуговицами рубашки, покраснела. Поднеся руку к онемевшему подбородку, Чжонхён почувствовал жар.

– Хённим, успокойтесь! [154]

Хёккын подбежал к нему, заметив, что Чанчжину не удалось утихомирить мужчину. Начальника вывели из кабинета. Согу, прочувствовав ситуацию, похлопал Чжонхёна по плечу и вышел следом за всеми.

Юноша остался наедине с тишиной. На глазах навернулись слезы, и он, сам того не ожидая, коротко рассмеялся. Он был в полной растерянности, так что боль отошла на второй план. Его друг как-то пошутил, что взрослый человек, к тому же работающий, может заплакать на людях разве что в стоматологии во время тяжелого лечения. Ему хотелось думать, что удар в челюсть можно приравнять к этому случаю.

Чжонхён еще несколько раз потрогал подбородок и начал собирать разбросанные по столу распечатки. Все так резко вышли, оставив стулья в беспорядке, что ему пришлось и их расставить по местам. Он подумывал дождаться, когда начальник придет, чтобы извиниться, но подавленно понял, что это не имело смысла. Тогда юноша сосредоточился на чтении документов.

Он был уверен, что тридцатиоднолетняя жертва не могла предположить, что будет убита, тем более так чудовищно. Она временно работала учителем математики в Женской средней школе Ёнчхона. У нее в сумке они нашли экзаменационные бланки, которые она забрала домой для проверки. На каждом женщина писала слова поддержки для учеников, после прочтения которых Чжонхён расстроился еще больше.

Это было самое сложное в работе полицейского. Как бы он ни пытался абстрагироваться от истории жертв, ему это не удавалось. И все же молодой человек понимал, что нельзя из раза в раз повторять одну и ту же ошибку.

Чжонхён решил уйти из участка и не возвращаться, пока не появятся хоть какие-то улики. Он не мог противостоять начальству. Офицер поднялся со стула, подошел к стеклянной двери и дернул ручку. Проход ему тут же загородил вернувшийся начальник.

– Куда-то собрался? Мы еще не закончили, поэтому возвращайся на место, – уже более спокойно произнес он.

Мужчина выглядел смущенным – возможно, уже жалел о рукоприкладстве.

– Давайте продолжим, – раздался приятный голос Чанчжина.

Следователь подошел и похлопал Чжонхёна по плечу.

– Ты же сам знаешь, какой у него характер. Но он все делает для нашего отдела, поэтому не упрямься, – прошептал юноша, подвинувшись ближе к начальнику и будто бы ожидая ответа.

Чжонхёну стало интересно, что тот понимал под «нашим отделом», о котором так часто говорил.

– Поскольку нам не хватает рук, мы объединимся со следственной группой и продолжим расследование вместе с ними.

– Объединимся? Как вы себе это представляете?

– Я должен все тебе объяснять? Опергруппа сосредоточится на первом убийстве, а следственная возьмет на себе второе.

Это заявление шокировало Чжонхёна даже сильнее, чем удар в челюсть. Отдел уголовного розыска полиции Ёнчхона делился две части: оперативную группу и следственную. Они вели совершенно разную работу: следственная занималась обычными преступлениями – насилием, воровством и тому подобным. Если в расследовании, которое они вели, появлялся труп, оно сразу передавалось опергруппе, занимавшейся раскрытием особо тяжких преступлений.

Как можно было поручить им расследование убийства, если они занимаются делами другого характера? Тем более при наличии подозрения серии. Как можно разделить это дело на две команды? Скорее всего, руководство хотело пустить пыль в глаза СМИ и общественности – показать, что убийства не связаны, и продемонстрировать занятость опергруппы.

– Если окажется, что ты прав и это действительно дело рук одного и того же человека, то тогда мы запросим подкрепление, которое поможет в расследовании. Не хотелось бы, чтобы нас раскритиковали за отсутствие улик и безделье. Так что объединим силы, – повысил голос начальник. Он всегда так делал, отдавая приказы.

Чжонхён лишь кивнул в ответ, слушая, как тот едва не срывается на крик. Дело, которое не отпускало его все эти дни, теперь показалось более понятным. Он собрал со стола документы.

– Командир!

Чжонхён обошел замерших мужчин и вышел из кабинета. Он спустился по лестнице бегом, сжимая документы, чтобы их не уронить.

– Эй, Чон Чжонхён! Ты куда? Эй!

В коридоре послышался громогласный крик начальника, но Чжонхён, не оборачиваясь, спустился на подземный этаж и забежал в столовую. Там он заметил собравшуюся вместе следственную группу, которая устроила себе перекур. Он лишь кивнул их командиру и выбежал на улицу через черный ход.

Одним движением он открыл дверь полицейской машины, забросил документы на заднее сиденье и быстро сел за руль.

Протиравшая очки Чжунгён вздрогнула, когда дверь широко распахнулась. Вошедший даже не постучал.

– Ты быстро. Не стой, заходи уже, – позвала она Сэхён, собирая документы со стола.

Та сделала шаг в кабинет.

– Если так подумать, ты просто невероятна. Как ты додумалась поехать в Ёнчхон?

– Меня попросил директор, что я могла сделать?

– И вот так он использует наших гениев?

Сэхён лишь усмехнулась на этот неприкрытый комплимент. Чжунгён была старше, но намного опытнее – она всегда старалась быть не хуже, не проиграть ей.

Однако положение девушки начало меняться после того, как директор узнал, насколько глава Национальной судмедэкспертной службы ее ценит. Она с такой сложностью получила осенью перевод, что не могла позволить Чжунгён все отобрать. Она оглядела коллегу, которая была выше на целых десять сантиметров, и представила, что ей придется упасть так низко, как Чжунгён даже не могла себе вообразить. Совсем скоро могла всплыть правда, поэтому нужно было действовать обдуманно и спокойно.

– Ты изучила то, что я просила?

– Ту плесень с трупа?

Сэхён взяла отчет и прочитала его на одном дыхании. Явно должно было быть что-то еще, раз плесень и антисептический запах появились после смерти.

– А фрагменты губки?

– Сэхён, ты уже что-то поняла, да?

Чжунгён забрала у девушки документ и положила на стол, перевернув оборотной стороной. Хотя в Службе легко предоставляли запрашиваемую информацию, были и те, кто не хотел ею делиться.

– Нет, но есть некоторые подозрения.

– Тогда тебе стоит поделиться