Призраки поместья Сент-Мор - Дмитрий Владимирович Ковальски

Но его слова пролетели мимо. Все внимание только на писателе.

– Убийца не Фредерик! А Жак всего лишь пешка! Настоящий преступник прямо перед вами!

Мари перевела взгляд с писателя на Франсуа и Антуана, которые сидели перед ней. От заявления Франсуа побелел, а на шее Антуана вздулась вена.

– Я прошу простить меня, но, когда вы обратились ко мне, я оказался настоящим глупцом. – Николас держал дистанцию. – Я спутал мотивы. Я искал призрака алчного, желающего получить особняк и все его богатства. Но призрак оказался куда страшнее. Тот, что жаждет жизнь человека. Подобно упырю он выбирает цель, душит внимание и выпивает всю ее кровь.

Девушка не понимала его слов.

– Вы, верно, бредите?! – вмешался Матис. – У нас был чудесный вечер, а вы вновь за старое. О каком призраке вы говорите?

– О том самом, что являлся вам в образе отца и хотел вас отравить.

– И кто же этот призрак? – спросил Антуан.

– Вы!

– Что за вздор! – ответил Антуан.

– Вы с самого начала вели эту игру, но я решил, что наша с вами партия куда проще. – Николас начал касаться поочередно большим пальцем всех остальных. – С самого начала вы желали лишь одного – Мари Сент-Мор, до ее богатства вам не было дела. Вы просили ее руки у отца, но когда тот отказал, то отравили его и обманули Матиса, сказав, что последним его словом было согласие. Вы решили запугать бедную Мари, чтобы она покинула свой дом. Вы помешали мне ночью поймать ребенка, что заводил шкатулку и прятал в стене. Вы избавились от Анны-Николь и хотели, чтобы ее нашли. Так вы ловко навели подозрения на Луи Фере, с которым напали на меня ночью на виноградниках. – Мари с ужасом посмотрела на Антуана.

Тот не сводил глаз с писателя. Дышал он ровно и внешне казался спокойным. Вот только шея покраснела и вена пульсировала.

– Между прочим, только вы и Мари знали принцип работы моего устройства. И именно вы оставили мне послание на ленте, после того как разбили это устройство!

Антуан наморщил лоб, словно подобного бреда никогда не слышал.

– Луи, кстати, тоже вы убили.

– Чтобы спасти вашу жизнь, если вы помните! – дерзко ответил Антуан.

– Нет, в меня стреляли вы, а еще стреляли в мертвого Луи, который, я уверен, погиб гораздо раньше. Вся ваша история про нож и вмешательство просто фарс, чтобы поверила Мари. Но именно нож вас и подвел. Лезвие должно было быть в крови, когда я его вытащил. Мне его даже не пришлось протирать, чтобы вскрыть замок. Я не знаток, но из только что убитого обычно вытекает кровь. Жаль, доктор отказался осмотреть труп. Может, вы его подкупили? Ведь он мне ввел такую дозу морфия, что я проспал без малого сутки.

Николас сделал шаг к столу.

– Полицейским тоже заплатили? Ведь обычно они не верят на слово. – Николас дотронулся до раненого плеча. – Сейчас вы сожалеете, что промахнулись. А как было бы здорово избавиться от меня и спасти Мари.

– Вы, вероятно, пьяны! – возмутился Антуан. – Иначе непонятно, откуда в вашей голове такой бред.

– Я еще не закончил. – Николас сделал еще шаг. – Вы ухватились за мою версию о том, что кто-то жаждет заполучить поместье. А значит, нужен злодей. Тот, кто хочет заполучить имение себе. Вы пьете вино, которое Фредерик должен доставить, и травите себя. Одним выстрелом – две цели. Мсье Обрио теперь подозреваемый, а вы вне подозрений.

– Бред, мы нашли запонку с его инициалами!

– Вы нашли! Полагаю, вы ее сняли, когда корчились в приступе боли на полу кареты, и мсье Обрио старался оказать вам помощь.

– Вы отличный сказочник, мсье Райт. Не зря же вы писатель! – Антуан встал.

– А вы отличный шахматист, мсье Барье. И столько раз меня выиграли, но не забывайте – единожды вы проиграли.

– Одна ошибка ничего не значит.

Николас поднял одну руку и показал три пальца.

– Нет, три ошибки. Во-первых, откуда вам знать, что у дома, где прятали Мари с обратной стороны, было окно?

– Просто предположение. У домов так бывает, знаете ли.

– Вторая ошибка – Жак, который не уничтожил записку. Когда я вам про нее рассказал, вы занервничали, но я тогда подумал, что вы переживаете о нашем общем деле. Но на ней ваш почерк, который можно сравнить с почерком в подаренной мне книге. – Николас для наглядности продемонстрировал книгу. – Либо вы слишком самоуверенны и дарите мне книгу, чтобы пощекотать нервы, либо вы украли у меня блокнот со всеми моими записями и той самой запиской.

– Теперь вы меня еще и в воровстве обвиняете? Я взял ваш блокнот, признаю, но передал его полиции, ведь им предстоит вести дело и искать преступников.

– Возможно… Но я уверен, что записки в нем не было. И третья ошибка. Вы убеждали нас в том, что на бутылке, которую вы пили, не было сургуча, хотя госпожа Торндайк хорошо помнит, что бутылка была запечатана. Значит, Фредерик никак не мог отравить вино.

Лицо Антуана дрогнуло в тот момент, когда он услышал фамилию женщины. Для Николаса этого оказалось достаточно.

– Но я не детектив и не претендую на эти лавры. В скором времени госпожа Торндайк прибудет вместе с полицейскими, и тогда мы обсудим всю ситуацию еще раз. А пока продолжим ужин.

Писатель сделал еще шаг. Антуан схватил нож со стола и бросился на него. Тот был готов и легко увернулся от выпада. У нападавшего на то и был расчет. Николас препятствовал выходу, но теперь он увернулся, и путь свободен. Антуан подбежал к двери. Но дверь распахнулась раньше. На пороге стояла пышная дама, за спиной которой – два полицейских.

– Я вам соврал, – сказал Николас, тревога наконец отступила. – Мы выехали немного раньше, чтобы успеть обратиться за помощью к полицейским.

Антуан попятился. Мари соскочила с места и подбежала к нему. Со всей силы она ударила его по лицу.

– Как вы смели! Вы клялись мне в любви, но разрушили мою жизнь!

– Все потому, что вы не замечали меня! Слишком много людей вокруг вас, и все дороже, чем я! – Полицейские подошли со спины и связали Антуану руки. – Даже невзрачный и бесталанный писатель вас заинтересовал куда больше, чем я!

Полицейские вывели парня из комнаты. Он покорно сдался.

– Главное, я успел вовремя, – выдохнул Николас и подошел к Мари. – Простите меня. Ловля призраков затянулась.

– Ничего. – Ее трясло от случившегося. – Ведь вы справились.

– И больше никто не пострадал, – добавил Матис. Он держал в руках бокалы