Игра - Ян Бэк

– Что ж. Да, мы ищем кукловода. Создателя, если точнее.

– Человека в вашем телефоне. Доктора Ферста.

Она молчала.

– Кто он?

– Надеюсь, скоро увидим. Никогда мы не подбирались к нему столь близко. Возможно, прямо сейчас предстоит… – она подыскивала подходящее слово.

– Грязная работенка? – предложил он.

– Займитесь своими делами и дайте мне распутывать мое, договорились? – включила она привычную интонацию.

Навигатор указал им на выезд, который уходил слегка в гору и заканчивался разворотной петлей аккурат перед входом в частную клинику.

– Подождите, – сказал Бранд, поставив машину таким образом, чтобы в случае чего было удобно быстро уехать.

– Не перегибайте палку.

– Распутывайте дело, – сухо отрезал он.

И они вошли в роскошный холл клиники. Здесь было тихо. Кроме дамы на ресепшене, Бранд не увидел никого, зато заметил камеры видеонаблюдения в разных углах, одну из них – непосредственно за стойкой регистрации. В обстановке преобладало непривычное для больницы светлое дерево и мрамор. Где-то журчал ручеек, из динамиков лилась мягкая музыка. Стандартная лаунж-атмосфера сочеталась с южно-тирольским уютом. Желающий лечиться в такой больнице должен иметь хорошую дополнительную страховку или соответствующую сумму на счету.

– Добрый день, – поздоровалась с ними дама за стойкой.

– Добрый день, – ответила Бьорк. Затем вытащила удостоверение и потребовала встречи с заведующим клиникой.

Сотрудница кивнула и сняла телефонную трубку. По ее лицу Бранд понял, что заведующий, видимо, на месте, отчего почувствовал напряжение.

– Доктор Рени сейчас придет. Прошу, садитесь, – сказала она и пригласила занять места на светлых кожаных диванах, таких же роскошных, как и все здесь.

Они остались стоять. Бранд пристально изучал обстановку. Конечно, нельзя было привлекать больше внимания, чем это необходимо, но в этом заключалась его повседневная работа.

Через минуту или две зазвонил телефон Инги. Она взглянула на экран и ответила:

– Да?

Она слегка отошла, напряженно слушая собеседника.

– Хорошо, – наконец произнесла она, нажала на «Отбой» и, вернувшись к Бранду, мимоходом заметила: – Сразу после мы возвращаемся в Штутгарт.

Было видно, что она не ждет никакой реакции, поскольку уже снова переключилась на что-то другое.

Бранд принял информацию к сведению. Больцано, Штутгарт… а дальше? Он и впрямь попал в совершенно другой мир. Кристиан спрашивал себя, нравится ли ему в нем. Если без лукавства, его привлекало все новое. Что их ждет в Штутгарте? Новая жертва? Новый след к этому «создателю»?

Личная охрана, – напомнил он себе. Нельзя отвлекаться.

Может быть кто угодно. Или никто.

Бранд вспомнил о глоке в пиджаке. По инструкции, что в «Кобре», что в австрийской полиции первый патрон должен находиться в боевом положении. Вынуть оружие и выстрелить – вот, о чем нужно думать в экстренной ситуации.

В углу отодвинулась дверь. Человек направился к ним столь динамично, словно находился на беговой дорожке, и выглядел он так же – молодо, спортивно, успешно. Волосы зачесаны назад и уложены гелем, аккуратная трехдневная щетина, белый халат сидел как влитой. Ни дать ни взять актер на съемках американского сериала про больницу.

– Доктор Рени, – представился он, раскатисто произнося «р», и пожал руку Бьорк, дольше, чем нужно, задержав ее в своей. Похоже, женщина ему понравилась, а вот Бранд не удостоился и половины его внимания.

Доктор пригласил их к себе в кабинет. Из окна был виден аэропорт, он был расположен чуть ниже, буквально в нескольких сотнях метров.

– Пожалуйста, садитесь!

Никаких камер. Да и в остальном все выглядело безопасно, насколько Бранду удалось понять. Под узким халатом этого доктора было не спрятать оружия, а стеклянный письменный стол легко просматривался. Путь отхода Бранд держал в голове, как и все необходимые приемы, чтобы прикрыть и вытолкнуть отсюда Бьорк, а также в случае необходимости отстреляться. Перегибал ли он палку со своей бдительностью? Конечно. Но что он, собственно, знал?

– Чем могу быть вам полезен? – спросил доктор Рени по-немецки. В его голосе слышался итальянский акцент, хоть и не такой выраженный, как у врача Бертаньоли в государственной клинике.

– Мы только что опросили человека, который лечился здесь два года назад. У доктора Ферста.

Рени наморщил лоб. Казалось, он напряженно вспоминает, но затем покачал головой.

– Доктор Ферст? Нет, должно быть, это ошибка.

– Секунду, – спокойно сказала Бьорк и вытащила телефон, чтобы показать ему фото. – Быть может, вы узнаете его с лысиной.

– Нет, я… не знаю, кто это. Сожалею. – Доктор Рени пожал плечами.

– Как долго вы уже руководите клиникой?

– Она принадлежит мне. Точнее, моему отцу.

– То есть вы в любом случае знали бы, что этот врач два года назад здесь работал, не так ли?

– Само собой.

Бьорк дала ему время подумать, потом добавила:

– Тогда я хотела бы услышать сейчас правду. Или вызвать вас официально в качестве свидетеля? Вам решать.

Рени сидел барабаня пальцами по столу, затем взглянул на экран своего компьютера, как будто правда была написана там и ему оставалось ее считать.

– Так что с доктором Ферстом? – не отступалась Инга.

– Да, он… как вам сказать… некоторое время нам помогал.

– Помогал? То есть, он не был вашим сотрудником?

Доктор Рени сжал губы.

– Слушайте, – продолжала Бьорк, – меня не интересуют ни ваши налоги, ни итальянские законы. Я хочу знать, был ли он здесь и как долго. Итак?

Директор сдался и кивнул.

– Да, так и есть. Маркус Ферст объявился здесь около трех лет назад и попросился на работу. Блестящие дипломы нескольких европейских стран, специалист в разных областях. Общая практика, дерматология…

– Пластическая хирургия, – добавила Бьорк.

– Это тоже, да. Но все фальшивое.

– Он представил вам фальшивые дипломы.

Рени кивнул.

– И вы ничего не проверили, прежде чем допустить его к медицинской практике?

Доктор помедлил, будто желая как следует взвесить свой ответ, и затем сказал:

– Разумеется, я наблюдал за его работой, и мне было очевидно, что он разбирается.

– И вы, недолго думая, взяли его.

– Да. Я должен в каждом медицинском работнике видеть жулика?

– Если бы вы взяли его официально, возможно, обратили бы больше внимания на его уголовное досье.

Рени ничего не ответил. Он медленно покраснел. От самоуверенности, с которой он их принял, не осталось и следа.

– У доктора Ферста были специфические задачи? Каких пациентов направляли к нему? – копала Бьорк дальше.

– Этого я точно сказать не могу. У него часто бывали ночные дежурства.

– И операции?

– При необходимости.

– Когда вы обнаружили, что его документы поддельные?

– Думаю, незадолго до несчастного случая, примерно год назад.

Бьорк помолчала. Видимо, ожидала, что доктор Рени продолжит.

– Я получил информацию о том, что он работал в Люксембурге в косметологической клинике под другим именем, а потом потерял врачебную лицензию.

– Какой была ваша реакция?

– Я хотел