Гадание на свинцовой гуще - Николай Иванович Леонов

— Лев Иванович, я тебя понял, — сказал Орлов. — Немедленно свяжусь с министром. Думаю, уже через час приказ об отстранении Полякова от должности будет послан в управление. Его копии лягут на стол губернатора и областного прокурора.

— А кто будет возглавлять управление на время расследование дела Полякова? — спросил Гуров.

— Обычно в таких случаях эти обязанности возлагаются на кого-то из заместителей начальника, — ответил Орлов. — Этот вопрос решает министр. Конечно, у Полякова и заместители могут оказаться ему под стать. Но, как ты понимаешь, в этих условиях даже самый замаранный руководитель остережется нарушать закон. Наоборот, он будет вести себя как самый законопослушный человек, станет оказывать вам с Крячко всю возможную помощь.

— Я вас понял, товарищ генерал, — проговорил Гуров. — Спасибо за поддержку. Ну а мы со Стасом постараемся извлечь из этой помощи все, что только можно.

Глава 24

После разговора с Орловым Гуров задумался.

«Теперь мы можем действовать. Прежде всего необходимо задержать Колесова, Семенова и Стрелкова, а также их сообщника, имя которого мы пока не знаем. Чтобы это дело было обоснованным, нужно заручиться результатами экспертизы, обратиться к криминалистам, выяснить, действительно ли эти оборотни причастны к убийствам охранников Викторова и Субботина. Наверное, у Аркадия Степанцева уже готовы результаты экспертизы. Надо бы ему позвонить».

Едва он успел подумать о криминалистах, как ожил его телефон. Это был как раз Аркадий Степанцев.

— Лев Иванович, спешу вам сообщить результаты нашей проверки, — сказал начальник криминалистического центра. — Они таковы. Охранник Субботин убит тремя выстрелами, сделанными с небольшого расстояния, не более двух метров. Он в это время стоял неподвижно.

— С двух метров? Человек стоял неподвижно? — с удивлением проговорил Гуров. — Но это же фактически расстрел!

— Так и есть, — заявил криминалист. — Этот человек был расстрелян, причем совершенно хладнокровно. Две пули из трех попали в печень и в сердце. Такие ранения являются смертельными. Все три выстрела сделаны из пистолета Макарова. Если мы будем иметь на руках оружие тех людей, которых вы подозреваете в убийстве охранников, то сможем установить, были ли выстрелы по Субботину сделаны именно из него.

— Думаю, что скоро смогу предоставить вам это оружие, — заявил Гуров. — А что насчет второго охранника, Викторова?

— У Викторова картина еще более напоминает убийство, — ответил Степанцев. — В него стреляли практически в упор, с расстояния меньше метра. Он в это время даже не стоял, а сидел. Да, и вот еще что. Мы располагаем отпечатками всех сотрудников управления внутренних дел. На трупах охранников мы обнаружили пальчики капитана Семенова, сержантов Стрелкова и Приходько и рядового Лазарева.

— Ага, это и есть четвертый человек, замешанный в этих делах. Его фамилии мы не знали, — сказал Гуров. — Теперь благодаря вам нам стали известны все. Значит, мы можем доказать, что эти самые люди сначала доставили тела в морг, потом вынесли их оттуда и сбросили в яму, находящуюся в заброшенном цехе.

— Да, такое доказательство мы можем представить, — подтвердил правоту сыщика криминалист.

— Очень хорошо! — сказал Лев Иванович. — У вас это заключение полностью готово, оно есть в письменном виде? В таком случае срочно направьте его капитану Круглову. Да-да, вы не ослышались. Именно этому человеку. Сейчас он по моему поручению возглавляет расследование. Ему этот документ очень пригодится. Действуйте!

После этого Гуров позвонил Круглову и сообщил, что скоро ему будет доставлено заключение экспертов о причастности четверых сотрудников управления внутренних дел к убийству двух охранников.

— Тебе этот документ очень пригодится, когда встанет вопрос о помещении бандитов в СИЗО, — сказал Гуров и осведомился: — Кстати, как обстоят дела с задержанием наших героев?

— Никак не обстоят, — сердито ответил капитан. — Все как сквозь землю провалились. В управлении нет ни Колесова, ни Семенова, ни Стрелкова. Имя четвертого члена этой организованной преступной группировки мы вообще не знаем.

— Зато я знаю, — заявил Лев Иванович. — Это рядовой Лазарев. Мне его имя только что криминалисты сообщили. Может, ты хотя бы этого типа сможешь задержать?

— Я попробую, — ответил Круглов.

— Давай, действуй. А я к тебе скоро присоединюсь, — сказал Гуров. — Сейчас возьму такси и поеду к вам, в управление.

Он набрал номер, вызвал такси к гостинице, вышел из нее и стал ждать. Но не успела машина подъехать, как дверь заведения открылась.

Стас Крячко шагнул к старинному другу и заявил:

— Ты еще не уехал. Это здорово! А я уже думал, что надо будет тебя разыскивать. А где искать, неизвестно.

— Нет, я тут на телефоне сидел, — сказал Гуров. — А ты что вскочил? Как себя чувствуешь? Может, тебе еще отлежаться надо?

— Чувствую себя прекрасно, — ответил Крячко. — Насколько это вообще возможно для человека, который целые сутки куска хлеба во рту не держал. Но все равно мне стыдно за мой обморок. Изобразил из себя нервную барышню, с ног свалился. Прошу тебя, вернемся в Москву, не говори никому про эту мою слабость. Если уж кому и на самом деле надо отлежаться, так это тебе. Ты же в руку ранен. Как с этим?

— Ерунда, до свадьбы заживет, — ответил Гуров. — Ладно, если ты в порядке, то едем. Вот, кстати, и машина.

Друзья сели в такси и поехали в управление.

Когда они вошли в здание, Гуров обратил внимание на то, с каким особенным выражением смотрели на них все сотрудники, попавшиеся им на пути. У иных в глазах он читал восхищение и надежду, а у других, наоборот, страх.

Сыщики поднялись на третий этаж, где в дальнем конце коридора находился кабинет капитана Круглова, представлявший собой крохотную комнату, где с трудом умещались два стола и три стула. Эта каморка показалась старинным друзьям еще меньше, нежели была на самом деле, потому как была заполнена людьми. Здесь столпились человек шесть или семь. Из знакомых сыщикам лиц тут находился лишь лейтенант Марат Кляйнер.

Сам Круглов стоял у стола и общался с кем-то по служебному телефону.

— Где, ты говоришь? На стройке? — спросил он собеседника. — Отстреливается и никого к себе не подпускает? Хорошо, мы сейчас едем. — Он положил трубку на рычаг, взглянул на людей, собравшихся в кабинете, и пояснил им суть этого разговора: — Стрелков сейчас находится на стройплощадке возле химкомбината. Мой сержант, которому я поручил искать его, говорит, что тот засел на площадке верхнего, шестого этажа. Отстреливается, никого близко не подпускает. Но Яковлев уверяет, что Стрелкова хорошо видно с крыши соседнего здания. Если прислать туда снайпера, то можно будет его свалить. — Тут капитан заметил полковников, вошедших в крохотное