Эдди Флинн - Стив Кавана

«Отлично», – подумал Пастор.

Глава 46

Эдди

Сидя на кровати в «Лисичке», я слушал Блок. Она нам кое-что вкратце рассказала, пока возилась с полицейским сканером, который извлекла из своей дорожной сумки. Кейт тоже слушала и рассматривала фотографии, которые я получил от Фарнсворта. Гарри лежал на кровати, закрыв глаза.

– А это не может быть та дама, с которой ты тогда встречалась, – в смысле, которая организовала всю эту кампанию за невиновность Дариуса Робинсона? – спросил я.

– Джейн? Нет. Она никому не рассказывала о разговоре в кондитерской. Я уже позвонила ей и справилась на этот счет, – сказала Блок.

– Значит, это была та продавщица, Дороти Мейджорс, – подал голос Гарри с кровати.

– Нет, с ней я тоже созванивалась, – возразила Блок.

– Короче говоря, кто-то предупредил Корна, что у нас есть компромат на Ломакса, чтобы развернуть его в свою сторону. Больше в магазине никого не было, так что это могут быть только Дороти или Джейн, – сказал я.

– Я думаю, все-таки дело в письме, – сказала Кейт.

Блок кивнула.

Кейт успела купить в магазине электротоваров на Мейн-стрит принтер, который подключила к своему лэптопу, что позволило Блок распечатать фотографии письма Ломаксу от его покойной жены.

– Я думаю, что такого рода письмо способно всерьез поменять человека, – сказала Кейт. – Только подумайте: Ломакс любит свою жену, она заболевает раком, он долгие годы ухаживает за ней, а потом она кидает в него такую бомбу из могилы… Все сходится.

– Возможно, – отозвался я, быстро проглядывая письмо еще раз. Я знал, что с этим письмом связано что-то важное, хотя пока не понимал, что именно.

– Ладно, допустим, он вдруг резко поменял свои взгляды на жизнь. И объявил окружному прокурору, что собирается его сдать? Признаться во всем и утянуть Корна на дно за собой? Зачем ему было предупреждать об этом?

– Я думаю, Ломакс просто недооценил, насколько далеко тот способен зайти, – сказала Кейт.

Мы еще немного поговорили, а затем примолкли, поскольку Блок наконец отыскала радиочастоту шерифского управления округа Санвилл. Она не стала сообщать о смерти Ломакса, поскольку незаконно вторглась на его территорию и шарилась на месте преступления. Ей не хотелось насторожить своих бывших коллег, но она все равно чувствовала себя виноватой из-за того, что не поставила их в известность. Блок была уверена, что кто-нибудь из управления обязательно заглянет туда, хотя бы даже просто для того, чтобы выразить свои соболезнования, и хотела знать об этом ровно в тот момент, когда это произойдет.

Я сидел на кровати рядом с Гарри, подперев подбородок кулаком и внимательно рассматривая фотографию перстня Райана Хогга, сделанную Кейт. Гарри храпел рядом со мной, а Кейт мерила шагами комнату.

Помимо прослушивания радиоканалов, Блок пыталась прислушиваться к тому, как мы с Кейт вполголоса обсуждаем это фото кольца на руке у Хогга.

– На этой звезде могут быть еще и буквы… В смысле, там явно что-то есть, только я никак не могу это разобрать, – сказал я.

Кейт забрала у меня телефон, повертела его перед глазами и сказала:

– Нам нужен снимок получше. Дай-ка мне глянуть те фото, что ты получил от Фарнсворта.

– Я тоже их еще не видела, – сказала Блок.

Кейт кивнула ей и сказала, что сейчас покажет, а пока что держала фотографии, сделанные на вскрытии Фарнсвортом, и свой телефон перед собой в разных руках, попеременно в них заглядывая.

– Не могу ничего сказать, – наконец произнесла она.

– Дай-ка я гляну, – попросила Блок.

Сначала она внимательно изучила фото кольца Хогга на телефоне, а затем снимки медэксперта. И как только переключила внимание на них, я заметил, как натянулась кожа у нее на лбу.

– Что такое? – встрепенулся я.

– Ты все неправильно понял, Эдди, – сказала Блок. – Углубления в виде букв на лбу у Скайлар Эдвардс – это не «FС». «C» – это только часть символа. На звезду нанесены буквы «F, «O» и «P».

У Кейт отвисла челюсть.

– Откуда ты это знаешь? – спросил я.

– Потому что теперь я точно знаю, какое кольцо было на пальце у убийцы. Мы все ошибались. Пятиконечная звезда в данном случае не имеет никакого отношения к оккультизму. Она символизирует правоохранительные органы. Звезда – это щит. В БОП нет членских билетов. Вместо этого ее члены носят кольца.

– Что такое БОП? – спросила Кейт.

– Братский орден полиции [159], – объяснил я. – Лоббистская группа и общественная организация, представляющая сотрудников полиции по всей стране. Человек, убивший Скайлар Эдвардс, – полицейский.

– Или раньше был полицейским, – добавила Блок. – И это ставит нас перед другой проблемой. Такое кольцо далеко не уникально. В обращении могут быть тысячи экземпляров.

Никто из нас ничего не сказал. Мы надеялись, что кольцо приведет нас к убийце. Но теперь у нас имелись только подозреваемые. Великое множество подозреваемых. Пока мы обдумывали услышанное, никто по-прежнему не проронил ни слова. Однако вскоре тишину нарушил торопливый, встревоженный голос диспетчера, прозвучавший из динамика полицейского сканера Блок:

«Всем свободным экипажам: требуется помощь в связи с вероятным самоубийством…»

Блок кивнула, слушая сообщение. Это был явно вызов по поводу Ломакса. Она хотела знать, как случившееся будет квалифицировано и не возникнут ли какие-либо подозрения в связи со смертью шерифа.

«…по адресу: Пичтри-авеню, четыреста девяносто один…»

Блок нахмурила брови.

– Это не адрес Ломакса. Это…

– Адрес Скайлар Эдвардс, – сказала Кейт.

Блок была уже на полпути к двери, когда я крикнул:

– Подожди! Я тоже с тобой.

* * *

В течение сорока пяти минут мы с Блок наблюдали, как Фрэнсис Эдвардс рыдает на заднем сиденье патрульной машины шерифского управления округа Санвилл. Диспетчер упомянул, что вызов связан с вероятным самоубийством, и не требовалось особых умственных усилий, чтобы предположить, что покончила с собой жена Фрэнсиса. Рядом с ее супругом сидел какой-то полный мужчина в твидовом пиджаке, который обнимал Фрэнсиса за плечи и что-то шептал ему, пытаясь успокоить. Фрэнсис был крупным детиной, и машина так и сотрясалась от его рыданий.

Судебно-медицинский эксперт как раз собирался уходить, когда к дому подъехал «Ягуар», из которого вылез Корн. Он подошел к судмедэксперту, и они о чем-то поговорили на лужайке перед домом.

– Наш выход, – объявил я.

Мы выбрались из своего вместительного «Шевроле» и подошли к Корну, стоявшему рядом с судмедэкспертом, мисс Прайс.

– Не возражаете, если мы заглянем в дом? – спросил я.

Корн повернул ко мне свое длинное тело. В уголках его глаз собрались морщинки от недосыпа.

– Чего вам тут надо, Флинн? – недовольно буркнул он. –