Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

– Надеюсь на это! – Ли Чжэн улыбнулась. – Просто это все равно что искать иголку в стоге сена…

Я похлопал ее по плечу:

– Не бойся, у нас есть еще одна зацепка. Судя по степени износа зубов, рацион питания покойного был очень хорошим, а социальный класс не должен быть низким. Кроме того, на этом зубном протезе есть надпись, так что мы можем уже сейчас обсудить, кто пойдет в стоматологическую клинику.

Ли Чжэн ударила себя в грудь:

– Одобряю! Зубной протез, на котором выгравированы буквы, напомнил мне о золотом зубе в головоломке из человеческих костей в бомбоубежище… Это было мое первое дело!

Я изо всех сил старался ободрить всех, но на самом деле понимал, что все наши идеи базируются на предпосылке, что погибший был местным жителем и трепанация черепа была проведена в местной больнице.

Ван Мэн посмотрел на ночь за окном:

– Уже поздно, всем пора домой. Наберемся сил – и завтра в бой!

Рано утром следующего дня мы с Ли Чжэн отнесли череп в муниципальное управление, чтобы провести исследование на наличие микроэлементов и признаков отравления. Кроме того, я проверил муниципальную систему розыска пропавших без вести в информационном центре и сформировал список имен. Всего в нем оказалось восемь человек. По сравнению с женщинами и пожилыми людьми доля молодых и взрослых мужчин среди пропавших без вести лиц была совсем невелика.

Ли Чжэн вздохнула:

– Я действительно надеюсь, что погибший есть в этом списке.

– Не волнуйся, мы приближаемся к истине!

Чтобы повысить эффективность, мы трое разделились на две группы. Ли Чжэн и Ван Мэн отправились по больницам, чтобы проверить медицинские записи, а я отправился в «Стоматологическую клинику Сяоинь» моего одноклассника и закадычного друга Инь Цзэтяня: он хорошо знал все местные стоматологические клиники.

– Как ни придешь на работу, а ты опять здесь… – Инь Цзэтянь с отвращением посмотрел на меня: – Лю Сяохуэй, я занимаюсь зубами, но все равно понимаю, что болезни головы не лечатся!

Я хмыкнул и с улыбкой протянул ему зуб с буквой «С». Он огляделся по сторонам и вернул мне его.

– Зачем ты занимаешься этим делом?

Я развел руками. Прежде чем успел задать вопрос, Инь Цзэтянь сказал:

– Это довольно дорогой зубной протез из золотого сплава от братьев Цуй.

– Ты уверен?

– Не уверен! Убирайся вон!

Я улыбнулся и обнял Инь Цзэтяня за плечи:

– Когда дело будет раскрыто, я приглашу тебя выпить.

– Хм, говори что хочешь, а я возьму клещи и уж тогда найду тебя… Убирайся, я занят. – И Инь Цзэтянь дал мне адрес клиники братьев Цуй.

У Ван Мэна поначалу тоже возникли сложности: сотрудники больницы не хотели идти на контакт, а Ли Чжэн не знала, кому позвонить. Но потом заведующий больницей лично пошел нам навстречу, и расследование началось. Однако пациентов с черепно-мозговыми травмами было слишком много, и двое моих коллег попросту не справлялись с таким объемом работы.

Я отправился в стоматологическую клинику братьев Цуй, объяснил свои цели доктору Цую, и тот с готовностью достал книгу записей. Просматривая ее, я как бы невзначай спросил:

– Я вот слышал, что вы переняли у Лао Го обычай вырезать букву на своих зубных протезах…

Доктор Цуй был ошеломлен:

– Да, раньше мы работали вместе, но не виделись уже много лет… Я слышал, что клинику унаследовал его брат.

Я кивнул. Раньше я ходил в стоматологическую клинику брата Лао Го.

Просмотрев более десяти страниц записей, я внезапно ощутил прилив счастья. Вот оно! Как говорится, я «стер железные туфли в поисках того, что впоследствии нашлось само». Я нашел знакомое имя в книге записей доктора Цуя – Цай Чжиюань. Этот же человек числился и в списке пропавших без вести.

Не успел я порадоваться, как испытал очередное потрясение, потому что обнаружил еще одного человека, фигурировавшего и здесь, и там: Гао Шэна.

Мне показалось, что эта история приобретает слишком драматичный характер. Но в конце концов это тоже была путеводная нить, и лучше следовать карте, чем не иметь никаких подсказок. Я записал соответствующую информацию о Цай Чжиюане и Гао Шэне, покинул стоматологическую клинику и помчался в отделение нейрохирургии.

Когда я ввел имена этих двух человек в систему медицинских записей больницы, мы все трое были ошеломлены. И Цай Чжиюань, и Гао Шэн перенесли трепанацию черепа в нейрохирургическом отделении больницы; более того, пять лет назад им обоим сделали операцию в один и тот же день.

Мы посмотрели друг на друга, и Ван Мэн безучастно произнес:

– Это типа братья по несчастью?

Вскоре мы обнаружили, что они в полном смысле этих слов достойны называться именно так.

Прежде всего, положение в обществе этих двоих несколько различалось. Цай Чжиюань оказался врачом, работавшим в больнице для пациентов с ментальными расстройствами, в то время как Гао Шэн был водителем в той же больнице. Но что еще более странно, так это то, что члены их семей сообщили об их исчезновении в один и тот же день.

Мы установили местожительство двух «братьев по несчастью» и узнали, что они все еще числятся пропавшими без вести. Я дотронулся до своего затылка и подумал про себя: «Неужели они оба убиты?»

В любом случае дело наконец-то худо-бедно сдвинулось с мертвой точки – личности погибших были предварительно установлены. Мы нашли фотографии Цай Чжиюаня и Гао Шэна. Оба выглядели очень приличными, умными людьми.

Мы постучали в дом Цай Чжиюаня. Дверь открыла женщина средних лет с мягкими чертами лица – жена Цай Чжиюаня. Когда мы спросили, как исчез ее муж, из спальни выбежал мальчик с криком:

– Это папа вернулся? Его миссия завершена?

– Иди быстро делать уроки, твой папа еще не вернулся… – Мальчик снова ушел к себе, и госпожа Цай вздохнула: – Я сказала ребенку, что больница отправила его отца участвовать в замечательной миссии по оказанию помощи, и он отправится домой, когда миссия будет завершена. Прошло четыре года… Вы нашли что-нибудь? – Она подняла голову и посмотрела на меня.

– Мы не уверены, связано ли это с доктором Цаем… – Ли Чжэн прибавила теплоты своему голосу. – Мы хотим знать подробности травм доктора Цая и его исчезновения в том году.

Госпожа Цай стала вспоминать, что с тех пор, как Цай Чжиюань стал заведующим отделением, его работа становилась все более напряженной и он часто работал сверхурочно. Однажды вечером, пять лет