Бабушка - Джейн Э. Джеймс

– Так расскажи о своем детстве, –  возвращаюсь я к начатому.

Она отвечает довольно монотонным голосом:

– Особо не о чем рассказывать. Скучное детство единственного ребенка в обычном доме на обычной улице с двумя очень нормальными родителями, которые оба живы и все еще женаты. Хочешь унылых историй –  это ко мне.

– И правда, не особо захватывающе, –  посмеиваюсь я, глядя на нее с искоркой в глазах. –  Хотя, знаешь авантюры и эмоциональные качели сильно переоценены. Уж я-то знаю.

– Ну-ка, поподробнее. –  Она придвигается ближе, сцепив руки в предвкушении сплетен.

– В другой раз, может быть.

– Ну, так не честно, –  разочарованно протягивает она.

Говоря о сумасшедшей жизни, я имел в виду Лию и Скарлет. Я не хочу портить свидание разговорами о бывших и просто говорю:

– Скажем так, я сыт по горло драмами, так что немного стабильности в жизни мне бы не помешало.

– Стабильность –  мое второе имя, –  вновь смеется Холли, демонстрируя более-менее ровные зубы. Как и все в ней, они вполне обычные. И снова у меня возникает то странное чувство… безопасности. Что довольно нелепо, учитывая, что я мужчина, а она женщина. Я, конечно, не сексист, тем не менее защитником должен быть мужчина!

– Обожаю твой смех, –  вырывается у меня, и я тут же краснею. Ну и кретин!

– Спасибо, Винс. Мне тоже нравится твоя улыбка.

Это нехитрый ответ, которого можно было ожидать. Я начинаю думать, что именно ее предсказуемость меня так привлекает. Она совсем не похожа на Лию или Скарлет, и в моих глазах это делает ее идеальной.

Глава 53

Бабушка

– Идеально, –  говорю я и причмокиваю губами, разглядывая свое отражение в зеркале прихожей. Немного щиплю впалые щеки, чтобы придать им легкий румянец, и наношу еще один слой розовой помады. Сегодня на мне летнее платье в цветочек, что для меня редкость, но я хочу выглядеть соответствующе, ведь вечером мы впервые идем на собрание книжного клуба. Мне сказали, после обсуждения будут закуски и вино. Отличная возможность реабилитироваться перед местными женщинами, на глазах у которых со мной произошел досадный «казус» после воскресной проповеди. Кроме того, я планирую воспользоваться случаем и показать Дейзи и Элис, насколько я хрупка и зависима от них. По-моему, не такая уж сложная задача.

В воздухе витает соблазнительный аромат ванили и малины, напоминая, что пора доставать мини-павловы, которые я недавно поставила в духовку, и снимать с плиты растопленные фрукты. Поворачиваюсь, чтобы пойти проверить их, и замечаю Дейзи, спускающуюся по лестнице с хмурым видом.

– Солнышко, все хорошо? –  спрашиваю я, изо всех сил стараясь улыбаться как можно шире и во всем быть похожей на проклятую Ивонн Касл, которой очень трудно подражать.

– Похоже, Элис опять заходила ко мне в комнату и рылась в моих вещах, –  жалуется Дейзи, скрещивая руки и тяжело вздыхая.

– Ох, дорогая, что-то пропало? –  интересуюсь я с самым невинным видом. Мы обе знаем, что исчез мобильный телефон, который ей вообще-то нельзя иметь, так что обвинить меня она не может. Ребенок в затруднительном положении, самодовольно думаю я, зная, что телефон надежно заперт в моем кабинете. Пусть теперь попробует тайком поболтать с отцом. Возможно, еще больше ее расстраивает пропажа кошмарной куклы. Я поклялась, что однажды доберусь до нее, и наконец этот день настал. Ее стеклянные глаза, будто смотрящие сквозь тебя, всегда вызывали у меня дрожь.

– Не знаю… Может быть, –  пожимает плечами Дейзи.

– А почему бы тебе не спросить ее? –  предлагаю я.

– Я уже спрашивала, она не признается.

– Что поделать, младшие сестры такие. Скажи, если я могу чем-то помочь или если нужно поговорить с Элис. Я знаю, как трудно быть старшей сестрой.

– Разве? –  спрашивает Дейзи, кажется, искренне заинтересовавшись.

– Что «разве»?

– Откуда ты знаешь, каково быть старшей? Ты говорила, что была единственным ребенком, как мама.

– Верно, в полной мере не знаю, –  вздыхаю я, вдруг ощутив себя старой. Трудно уследить за молодежью… И за лапшой, которую им вешаешь. Дейзи куда сообразительнее, чем была я в ее годы. Впрочем, я росла с семью братьями и сестрами, и мы больше ссорились из-за еды, нам некогда было книжки читать. Бедность, как тяжелая травма, оставляет глубокие шрамы.

– Почему ты больше о ней не вспоминаешь?

Я резко вскидываю голову, уловив нотки осуждения в голосе, и спрашиваю, охваченная тревогой:

– О ком, милая?

– О маме, –  бормочет Дейзи с раздраженным вздохом. –  Когда мы переехали жить к тебе, ты только о ней и говорила.

Ложь легко слетает с языка:

– Наверное, я просто забываю говорить о ней вслух, потому что все время думаю о ней.

– У меня тоже так, –  восклицает Дейзи, широко раскрыв глаза от удивления.

– Ну, мы с тобой похожи гораздо больше, чем тебе кажется, –  говорю я, подавляя усмешку.

Она кивает, но на лице сразу же появляется тревога, как только я прикладываю ладонь к своему холодному старческому сердцу.

– Что с тобой, бабушка?

– Покалывает… –  Я морщусь, словно мне очень больно, потом добавляю утешительно: – Не волнуйся обо мне, милая, все в порядке.

– Уверена? –  спрашивает Дейзи испуганно.

Отмахиваясь от нее, я стоически бормочу:

– Конечно, дорогая…

– Может, посидишь? Принести воды?

Телефонный звонок заставляет нас обеих обернуться. Скорее всего, это Винс Спенсер, не сумевший дозвониться дочери на пропавший мобильник.

– Наверное, твой папа… Возьмешь трубку?

Дейзи растеряна, ее глаза мечутся от меня к двери гостиной, где настойчиво звонит телефон.

– Нет, потом.

Я не могу сдержать улыбку: девочка не хочет оставлять меня одну –  вдруг случится сердечный приступ или инсульт. Эти слова в последнее время я как бы невзначай вставляю в повседневные разговоры.

– Не забыла про книжный клуб в семь? –  напоминаю я, меняя тему.

– Очень жду! –  взволнованно восклицает Дейзи. –  Уже прочитала семьдесят страниц, хотя книга взрослая, не для девятилеток.

– Ух ты, какая молодец! –  восторгаюсь я. –  Твоя бабушка едва на третьей странице. Кто бы сомневался, ты читаешь гораздо быстрее меня.

– Просто книга классная, –  радостно тараторит девочка.

– Почему бы тебе не почитать еще? Попробуешь добраться до сотой страницы?

Видно, что ей хочется, потому что она грызет щеку, мучительно раздумывая.

– Ты точно справишься одна?

Я отворачиваюсь, притворяясь опечаленной, и храбро говорю:

– Раньше жила одна, думаю, справлюсь и теперь, если придется… А теперь беги, не трать время попусту! –  Я подталкиваю ее дрожащей рукой, и она торопливо убегает наверх, напоследок еще раз бросив на меня встревоженный взгляд через плечо.

Направляясь на кухню, я ворчу себе под нос:

– Автор этой книги,