Предначертанная. Часть 2 - Шахназ Сайн

Но ответа не последовало. Это было странно, София, мать Майи, должна была быть дома.

– Мам! – повторила Майя, и, быстро переобувшись, на ходу сняла кожаную куртку.

Девушке стало неспокойно. На кухне и в гостиной матери также не оказалось.

– Мам! – громко позвала Майя, подходя к спальне. Она толкнула рукой дверь, та распахнулась настежь. – Мама! – Майя бросилась к кровати, увидев на ней лежащую на спине мать, которая держалась рукой за сердце. – Что случилось?! Тебе плохо?

София, полноватая женщина лет пятидесяти пяти, с кучерявыми, рассеянными по подушке волосами, лежала на краю кровати и смотрела на вошедшую дочь полузакрытыми глазами. Она выглядела слабой, потерянной. Её бледность была сравнима с бледностью дочери.

– Мне стало немного не по себе, – послышался ответ женщины.

– Я вызову врача!

Майя хотела сбегать в прихожую за телефоном, который остался в сумке, но София остановила её:

– Не уходи, пожалуйста… Я уже говорила с Валентиной, она сказала, что выпить. Не беспокойся.

– Ты плохо выглядишь, мам… Я лучше сама ей позвоню. – Майя только отвернулась, как голос матери заставил замереть её на месте.

– Не оставляй меня, прошу.

Майя встревоженно обернулась к ней. Затем включила светильник на одну треть, чтобы хоть немного развеять ненавистную темноту, и подошла к кровати.

– Садись рядышком. Не уходи.

– Не уйду, – тихо отозвалась Майя, сев на краю кровати и взяв обеими руками холодную ладонь матери. – Почему ты одна? – прозвучал встревоженный голос Майи. Её брови сдвинулись к переносице. – Мы ведь договорились, что дома всегда кто-то должен оставаться с тобой. Почему ты не позвонила и не сказала мне, что одна? Я бы сразу приехала, мам! – Её голос из тихого переходил в раздражённо-обеспокоенный. – Эмин ведь сказал, что до вечера будет дома.

– Ну что ты, дорогая, я не хочу делать из вас сиделок. И не буду. Так что успокойся и выдохни. Мне не нравится твоё состояние. У тебя что-то случилось? – София не могла не заметить, как мягкие и чаще всего улыбающиеся черты дочери исказились и стали невыразительными. Она была совершенно уверена, что причиной тому было не только её состояние. Нет. Что-то случилось, материнское сердце никогда не ошибалось.

– А мне не нравится твоё состояние, – буркнула Майя и, невольно склонившись, поцеловала руку матери. – Уверена, тебе не сиделось на месте, и ты что-то пыталась делать по дому! Если узнаю, клянусь, я… – Майя выдохнула, её плечи поникли. – Не заставляй меня переживать, умоляю, мам. Я не вынесу, если с тобой что-то случится, – взмолилась девушка. – Меня пугает, когда я вхожу в квартиру, зову тебя и в ответ слышу тишину. Будто весь мир замолкает, и всё теряет смысл.

– Дочь, однажды ты не услышишь мой голос, но вместо него ты услышишь голос мужа и своих детей.

– Ну ма-а-ам! – снова взмолилась Майя, яростно блеснув глазами. – Умоляю, убереги меня уже от этого, пожалуйста! Только не начинай! Не хочу слышать эту вечную тему о семье и об узах брака. Не надо, не сейчас! И так тошно!

– А я начну, – хмуро пробубнила София, переведя дыхание. – Мне звонила Лана и вновь просила твоей руки. Ты ведь знаешь, какой упрямый по натуре Артур, он не отстанет от матери, пока не добьётся своего. И они терпеливо ждут, когда ты примешь их предложение. Ты ведь знаешь, эта семья готова хоть завтра прийти с кольцом.

– Боже мой! – Майя обречённо выдохнула, злясь всё сильнее. – Такое чувство, что моя мать и вся родня не успокоятся до тех пор, пока не всунут меня кому попало.

– Почему кому попало? – удивилась София. – Это одна из достойнейших и влиятельнейших семей среди наших знакомых. Тем более отец Артура был старым и верным другом твоего отца. Они не кто попало, дочь, они…

– Мам, деньги не всегда всё решают, ты это понимаешь? Прошу, не решай мою судьбу, основываясь только на их положении.

– Конечно, их статус не самое важное. Но я как мать и, тем более, как человек, который может уйти из этого мира в любой момент, хочу знать, что моя дочь будет жить в достатке, под крылом сильной и уважаемой семьи. И эта защита станет не только твоей, но и твоего брата.

– Боже мой! – Майя всплеснула руками. – И Артур типа сильный и уважаемый парень? – Майя закатила глаза. София нахмурилась. – Хватит чуть что говорить о смерти! Я не отдам тебя ей, поняла? Перестань каждый раз давить на меня этим!

София молчала, не отрывая взгляда от дочери. Майя выдохнула и, успокоившись, снова поднесла её руку к своей щеке.

– Мне не нравится Артур, – коротко произнесла она, чтобы ответить на молчаливый взгляд матери. – Я признаю, что сама согласилась с ним сблизиться и даже дала ему шанс. И, может быть, в какой-то момент показалось, что он неплохой человек и у нас может что-то получиться, но… – она перевела дыхание, собираясь с мыслями. – Я ошиблась, мам. Я очень сильно ошиблась. Это не мой человек и никогда им не был. Потому что когда я встречу своего, он не заставит меня чувствовать себя беспомощной и слабой. Он станет моей опорой и той самой силой, на которую я смогу полностью положиться, не боясь, что получу удар в спину.

– Что это значит, дочь? – встревожилась София.

– Ни Артур, ни его семья не должны быть частью моей жизни. Я не приму этих людей.

– Не понимаю, – возбуждённо пробормотала София, – но он же тебе понравился. Что такого могло произойти, что ты изменила своё отношение?

– Как понравился, так и разонравился. Я не хочу родниться с таким мерзким человеком.

София изумлённо ахнула. То, с каким видом говорила об этом Майя, не просто настораживало, но и беспокоило её.

– Позволь мне напомнить, – голос Софии задрожал, – эта семья единственная осталась с нами в тёмные времена. Мы висели на волоске, и не мне тебе напоминать, что пережили.

Пальцами Майя сжала край мятой простыни, её костяшки побелели от напряжения. И хоть окно было открыто и воздух свободно гулял по спальне, она в очередной раз почувствовала, как ей было тяжело дышать. И причина заключалась в обсуждении этой темы, которое выбивало у неё почву из-под ног.

– Если бы не их помощь, – слёзы блеснули в глазах Софии, – мы бы потеряли всё. Оказались бы на улице. Без крыши над головой. Без защиты. Без опоры. И мы бы не справились, дочь. Я уверяю тебя, что без помощи семьи Артура мы бы не справились.

Майя закрыла глаза, стараясь дышать. К горлу подкатил ком. Каждое