Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

* * *

Качаю головой. Месяц назад отношения между нами изменились. Все началось с той встречи в кабинете, когда муж предложил мне выметаться из компании. Когда мы поженились, я представляла себе нашу жизнь совершенно иначе. Думала, что буду для Джона важнее, чем бывшая семья. Но ничего подобного! А Эшлин? Я ведь надеялась, что она займет отведенный ей уголок — будет встречаться с папой раз в неделю за ужином в ресторане… А сколько было обещаний! Ни одного из них Джон так и не выполнил. Боюсь, доверять ему теперь нельзя.

Его семейкой я займусь позже.

Сосредоточься, Тиш.

Беру себя в руки, наблюдая, как Джон завтракает, и перевожу взгляд на отвратительные занавески в гостиной. Вкус у Кейт ужасный, особенно что касается дизайна. Наверное, Джон предпочел меня еще и поэтому. Говорит, хотел сбежать до того, как брак развалится, — набили оскомину постоянные требования бывшей жены. И то ей не так, и это не этак… Я же стала для него отдушиной, и Джон в итоге принял решение. Правда, теперь уже не пойму, что я для него значу. Пора снова завоевывать его внимание.

Джон разбивает яйцо. Зачем же с такой силой? Осколки скорлупы разлетаются по столу.

— Я вся в предвкушении сегодняшнего дня. А ты?

Джон шевелит губами — хочет что-то сказать? — но не произносит ни слова. Перегибаюсь через стол, беру мужа за руку, и он на секунду расслабляется. А потом звонит телефон.

— Джон, это просто очередной звонок. Ну что ты подскакиваешь? Хватит уже. Мы провели первичное размещение акций — великое событие, однако оно уже позади.

Бог мой, надеюсь, телефон у него в кармане, в спальню бежать не придется. Смотрю мужу в глаза: только попробуй пропустить мои слова мимо ушей…

Он не обращает на мой взгляд никакого внимания, вытаскивает из кармана телефон и, посмотрев на экран, быстро убирает обратно.

Я вздыхаю — и тут же натыкаюсь на его взгляд.

— А по-моему, все еще впереди, Тиш. Мне звонят друзья, служащие хотят посоветоваться… Да, на биржу мы вышли, а дел еще — непочатый край. Возникают вопросы. Поэтому никак не могу смириться с мыслью, что мы с тобой сейчас здесь, а не дома, где я так нужен.

— Серьезно? Джон, вспомни, как ты любил оставаться со мной наедине! Я ведь спасла тебе жизнь, вытащила из трясины первого брака. Ты ведь называл его настоящим адом… Неужели ты все забыл? Я была нужна тебе, ты хотел начать все сначала…

Он смотрит в стол, обдумывая ответ.

— Да, ты права. Действительно, первый шаг сделал я. К сожалению, все случилось на работе, и ничего хорошего в этом нет. Я просто потерял голову, — говорит Джон, забрасывая в рот блестящую вишенку.

— Осторожно, там косточка, — предупреждаю я. — Мне было так одиноко последнее время — ведь ты вечно занят… — Закусываю губу: это всегда его заводило. — Нам действительно требовалось провести эти выходные вместе, снова почувствовать друг друга.

Джон похлопывает меня по руке, словно успокаивая ребенка, поднимается из-за стола и несет грязную тарелку в мойку. Кухню будто перебросили сюда из домика в горной деревушке — сплошное дерево, резьба и грубая плитка. Жуткая безвкусица. Невероятная старомодность.

— Мне бы так хотелось, чтобы ты получил удовольствие от нашего маленького побега, хоть немного расслабился! Да и мне последнее время не хватало твоего внимания. Сегодня суббота, а завтра уже вернемся в город — и займешься делами.

Точно знаю, что умиротворение способно вновь пробудить задремавшую любовь.

— А тот, кто строчит тебе сообщения субботним утром, вполне подождет до понедельника. Разве я не права?

Джон бросает на меня короткий взгляд и выходит на улицу. За окном настоящая сказка: освещенные солнцем зеленые склоны гор, радужные переливы распустившихся полевых цветов… Только мелодии из «Звуков музыки»[162] не хватает.

— Права. Это неважно.

Лжет…

Это она ему пишет. Пиши-пиши — последнее слово все равно будет за мной. Ладно, пока забудем. Впереди целый день, успею вывести его на чистую воду. Пусть только расскажет, что у нас не так, а уж я постараюсь все поправить. Я нужна мужу как воздух. Надо бы об этом напомнить, и тут как раз ничего сложного: немного романтики, и все станет по-прежнему. Мужчины — существа простые, на уме по большей части лишь одно.

Итак, мой сценарий: первым делом — поход, потом ланч и откровенный разговор. Все уладим и вернемся в дом за порцией «послеобеденного деликатеса» — выражение Джона, кстати.

Сегодня у нас день перезагрузки: наша компания стала публичной, мы богаты, мы влюблены, и никому не разрушить нашу идиллию! Никому не удастся встать между мной и Джоном. Сегодня я докопаюсь до сути — мне не впервой справляться с проблемами.

— Ты готов?

Мой голос звучит тепло и нежно, словно легкий ветерок. Я — настоящий друг, идеальная жена.

— Готов попытаться, но подвигов не жди. Сделка отняла последние силы, а тут еще это высокогорье…

Джон присаживается на лавочку у двери и шарит по полкам в поисках трекинговых ботинок.

Что за стариковский тон? Меня не смущает четверть века разницы в возрасте, а вот нытье я терпеть не могу. Глажу его по голове как ребенка — возвращаю должок.

— Свежий воздух вернет тебя к жизни. У тебя ведь никогда не было проблем с выносливостью, — во всяком случае, я не замечала.

Я откровенно заигрываю — потакаю его мужскому эго.

Интересно, что она находит в Джоне? Иногда проскакивает мысль: а не отойти ли в сторону? Пусть забирает своего ненаглядного. Правда, тут же одергиваю себя — сдаваться не в моих правилах. А еще я по-прежнему обожаю его морщинки вокруг глаз, взгляд, который он бросает на меня, когда вспоминает, что мы все-таки любим друг друга. Никуда Джон от меня не денется, нравится ему это или нет — иначе просто останется у разбитого корыта. Выбор за ним, и, надеюсь, сегодня он его сделает.

Завтра может быть поздно.

Глава 6

Джон

Тащусь по утоптанной тропе посреди луга, заросшего полевыми цветами, и не перестаю напоминать себе, как раньше любил бывать здесь: чистый воздух, взмывающие вверх пики гор, чувство, что ты вырвался из равнодушного, холодного мира бизнеса… Это Запад, где мечты становятся явью, где открыты любые возможности.

Поэтому я и сделал предложение Тиш на этом лугу. Всего три года прошло, а впечатление