Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 - Дэн Браун

Парень с луком замечает оленя и, разволновавшись, выпускает стрелу. Оп! Его приятель падает. Парень с луком пугается и спасается бегством. Он никому не рассказывает, потому что ребята охотились незаконно. Или он условно освобожденный. А может, ему просто не хотелось неприятностей. – Детектив пожал плечами. – Меня это не удивляет.

– Будем надеяться, что так и произошло, – сказала Маура. – Потому что другая вероятность мне совсем не нравится.

– Что в этих лесах бегает лучник-убийца? – спросила доктор Оуэн. – Мысль тревожная, ведь поблизости школа.

– Но меня тревожит не только она. Если этот мужчина не охотился на оленя, что он тут делал со снайперской винтовкой?

Никто не ответил, однако, когда Маура взглянула вниз, в долину, ответ показался очевидным. «Будь я снайпером, – решила она, – я бы ожидала именно здесь. Тут меня маскировал бы подлесок, отсюда прекрасно видны замок, двор, дорога».

Но кого высматривал стрелок?

Этот вопрос гнал ее вперед, когда часом позже Маура с трудом спускалась по тропе, по голым валунам, – солнце, тень, снова солнце. Она думала о снайпере, расположившемся на холме над ней. Вообразила, что мушка нацелена прямо ей в спину. Винтовка с дальностью восемьсот метров. Полмили. Она ни в коем случае не поняла бы, что кто-то следит за ней, целится в нее. Пока не ощутила бы удар пули.

В конце концов Маура, спотыкаясь, выбралась из зарослей вьюна и оказалась на лужайке у школы. Стряхивая с одежды мелкие веточки и листья, она услышала голоса мужчин, споривших о чем-то на повышенных тонах. Звуки доносились из домика лесничего, что стоял у кромки лужайки. Маура подошла к домику и в раскрытую дверь увидела детективов, которые были вместе с ней на вершине холма. Там же стояли Сансоне и господин Роман. Когда Маура ступила через порог, никто ее не заметил. Внутри она увидела множество принадлежностей для работы на улице. Топоры, веревки, снегоступы. На стенах висело по крайней мере с десяток луков и колчанов со стрелами.

– Ничего особенного в этих стрелах нет, – сказал Роман. – Такие можно купить в любом магазине спорттоваров.

– У кого есть доступ ко всему этому оборудованию, господин Роман?

– У всех студентов. Это ведь школа, разве вы не заметили?

– Он десятки лет был нашим инструктором по стрельбе из лука, – вмешался Сансоне. – Этот предмет дисциплинирует студентов и вырабатывает способность сосредоточиваться. Очень ценный навык, если учесть все изучаемые ими науки.

– И все студенты занимаются стрельбой из лука?

– Все, кто выбрал этот предмет, – ответил Роман.

– Если вы преподаете несколько десятков лет, – заметил детектив, – значит вы наверняка прекрасно стреляете из лука.

Лесник хмыкнул:

– Можно сказать и так.

– И что это означает?

– То, что я охочусь.

– На оленей? На белок?

– Да у белок и есть-то нечего – зачем зазря трудиться?

– Вопрос в том, можете ли вы подстрелить белку.

– Я и ваш глаз прострелю с сотни ярдов. Вы ведь это хотели узнать, да? Не я ли положил того парня, что стоял на холме?

– У вас же была возможность осмотреть тело, верно?

– Собака привела нас прямо к нему. Тело и осматривать не к чему. Ясно как день, что его убило.

– Вряд ли было легко произвести такой выстрел – прямо в глаз. Кто-нибудь еще в школе может так выстрелить?

– Зависит от расстояния, верно?

– Со ста ярдов.

Роман фыркнул:

– Здесь никто, кроме меня.

– Ни один из студентов?

– Никто не уделял этому столько времени, сколько я. И не учился столько.

– А как научились вы?

– Самостоятельно.

– Вы охотитесь только с луком? Винтовку не используете?

– Не люблю винтовки.

– Почему? Ведь с винтовкой, кажется, гораздо проще охотиться на оленей.

– Думаю, господин Роман уже рассказал вам все, что вы хотели узнать, – вмешался Сансоне.

– Это простой вопрос. Почему он не хочет использовать ружье? – Детектив пристально глядел на Романа, ожидая ответа.

– Вы не обязаны отвечать на последующие вопросы, Роман, – сказал Сансоне. – Без адвоката.

Роман вздохнул:

– Нет, я отвечу. Похоже, он и так все знает обо мне. – Лесник в упор посмотрел на детектива. – Двадцать пять лет назад я убил человека.

В установившейся тишине тихий вскрик Мауры привлек-таки к ней внимание полицейского.

– Доктор Айлз, если не возражаете, я попросил бы вас выйти. Мне хотелось бы продолжить этот допрос без посторонних.

– Пусть остается. Мне все равно, – возразил Роман. – Лучше уж выложить все прямо сейчас, чтобы не было никаких тайн. Я так и так никогда не хотел держать это в секрете. – Лесничий взглянул на Сансоне. – Даже несмотря на то, что вы считаете это правильным.

– Вы знали об этом, господин Сансоне? – удивился детектив. – И все равно наняли его?

– Пусть Роман расскажет вам об обстоятельствах, – предложил Сансоне. – Его стоит послушать. Лучше, если он расскажет своими словами.

– Хорошо. Давайте послушаем вас, господин Роман.

Лесничий подошел к окну и указал на холмы.

– Я вырос вон там, в нескольких милях от того хребта. Мой дед был здешним смотрителем, приглядывал за замком задолго до того, как он стал школой. Тогда здесь никого не было – просто пустое здание, ожидающее покупателя. Конечно же, сюда совались нарушители. Некоторые просто охотились и уходили. Забирали своих оленей и уезжали. Но некоторые приходили, чтобы набедокурить. Разбить окна, подпалить веранду. Или того хуже. Натыкаешься на них и не знаешь, с кем встретился – с первыми или со вторыми…

Роман перевел дух.

– Я наткнулся на него вон там, у кромки леса. Ночь была безлунной. Он просто взял и возник из ниоткуда. Здоровый парень с ружьем. Мы увидели друг друга, и он поднял оружие. Не знаю, что пришло ему в голову. И теперь уже не узнаю. Могу только сказать, что я среагировал чисто инстинктивно. Выстрелил ему в грудь.

– Из ружья?

– Да, сэр. Из дробовика. И он тут же упал. Вероятно, умер мгновенно. – Роман вздохнул и сел, положив руки, покрытые шрамами, на колени; казалось, он постарел лет на десять. – Мне тогда только исполнилось восемнадцать. Но думаю, вы знаете это.

– Я поинтересовался вашим прошлым.

Роман кивнул.

– Здесь нет никаких секретов. Дело в том, что он не был святым, хоть и вырос в семье врача. Но я убил его, поэтому меня посадили в тюрьму. Четыре года за непредумышленное убийство. – Роман взглянул на свои руки, которые были покрыты шрамами от долгих лет работы под открытым небом. – Я никогда больше не брал в руки дробовик. Вот так я и стал хорошим лучником.

– Готфрид Баум взял его на работу сразу после освобождения из тюрьмы, – добавил Сансоне. – Лучшей кандидатуры и быть не могло.