Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

стук в дверь, а затем к нам вошел командир следственной группы Ли. Он пришел, чтобы утешить меня, и много говорил со мной о событиях того года. При этом как бы невзначай рассказал о событиях, случившихся после того, как Мэн Фаньхуэй был освобожден. Он быстро женился на содержанке, и она родила сына. Но не это было главным. Командир Ли сказал, что узнал от друга из страховой компании: несколько месяцев назад дочь Мэн Фаньхуэя и его бывшей жены Кун Лин случайно упала с моста и утонула. Мэн Фаньхуэй не стал обращаться в полицию, а напрямую уведомил страховую компанию. Ее сотрудники, отвечающие за выплату страховой премии, отправились на место происшествия, чтобы ознакомиться с обстоятельствами, и пришли к выводу, что факты совершенно очевидны. Мэн Фаньхуэй получил огромную сумму компенсации.

Жарким летом я внезапно почувствовал зимний озноб, и мое сердце заболело так сильно, что я не мог дышать – и из-за невинно погибших, и из-за судебного врача Чжао.

Тут встала Ли Чжэн:

– Я наконец-то выяснила причину, по которой он подал в суд на Управление общественной безопасности и на нас. Он хотел получить компенсацию за смерть своей жены.

Хотя суд не вынес обвинительного приговора Мэн Фаньхуэю, органы общественной безопасности настаивали на том, что речь шла об убийстве и убийцей был Мэн Фаньхуэй. Однако цепочка доказательств была неполной. Так как страховая компания не выплачивала компенсации, Мэн Фаньхуэй обратился к нам. Но мы отказались как отозвать дело, так и выдать справку о причине и характере смерти. Мы не стали помогать убийце получить деньги.

В управлении царила неописуемая атмосфера. В конце концов я, не удержавшись, выругался:

– Хуже зверя!

Если у меня когда-либо будет такая возможность, я обязательно расскажу судмедэксперту Чжао об этой ситуации и скажу ему, что его суждение было правильным.

Несколько дней спустя Мэн Фаньхуэй снова пришел в судебно-медицинскую клинику, чтобы устроить скандал. Я выпроводил остальных, закрыл дверь и предложил ему сесть.

– Говорю тебе, не извиняйся передо мной, это бесполезно! – Мэн Фаньхуэй словно съел бочку с порохом.

– Ты же хорошо знаешь, как погибли твои жена и дочь. – Бросив эти слова, я сел в кресло и уставился на него. Мэн Фаньхуэй открыл рот и встретился со мной взглядом. Я смотрел на него несколько минут; наконец его взгляд стал блуждать, подрастеряв высокомерность.

Затем я описал ему весь процесс совершения первого преступления и заключил:

– Люди делают, Небеса наблюдают. Каким бы хитрым ты ни был, мы всегда будем присматривать за тобой!

Мэн Фаньхуэй просто встал и ушел, не сказав ни слова. С тех пор я его больше никогда не видел. Говорят, что он отозвал иск и семья из трех человек уехала из города.

А мы с Ван Мэном и Ли Чжэн отправились навестить судебного врача Чжао, захватив с собой самую любимую им при жизни крепкую водку.

16. В опоре моста обнаружено тело сельского рабочего-мигранта, пропавшего без вести пять лет назад

Череп и зубы были полностью погружены в обезвоженный этанол. Через полчаса произошла волшебная перемена: корни многих зубов стали оранжево-красными. Это явление называется «розовые зубы» и указывает на то, что покойный перед смертью страдал от удушья.

Жарким летом все предпочитают работать в офисе, включив кондиционер и попивая чай. Но в полиции главное – это приказ. В три часа дня я только прилег вздремнуть, как в наше управление внезапно поступил тревожный звонок.

Место преступления находилось на мосту Сюаньу. Это крупный мост через реку в новом районе, который недавно перестраивался. При разборке промежуточной мостовой опоры строительная бригада обнаружила несколько фрагментов волос и одежды.

Ван Мэн и я, а также Ли Чжэн в полном снаряжении примчались на место происшествия. В служебном автомобиле плохо работал кондиционер, и сидеть в нем – все равно что в душной консервной банке. Даже балабол Ван Мэн притих, крепко сжимая руль; с его лица стекал пот.

Через полчаса мы прибыли. Место происшествия охранялось, но за пределами ленты безопасности было полно зевак и рабочих. С помощью полицейского из участка мы протиснулись сквозь толпу и пошли по прибрежной тропинке к опоре моста.

Настил моста был почти полностью демонтирован, оставшиеся опоры возвышались над поверхностью реки. Все вокруг было усыпано гравием и пылью, что делало ходьбу очень неудобной. Сотрудник полицейского участка указал на опору высотой более двух метров:

– Это та самая мостовая опора, на которой была сделана находка.

Полиция заранее связалась со строительной бригадой и попросила кран опустить железную корзину. Мы втроем забрались внутрь, и нас подняли на опору, чтобы рассмотреть все наверху.

Поперечное сечение мостовой опоры было прямоугольным, демонтаж ее верхней части уже начался, и теперь она выглядела руиной, хаотично разобранной на куски. Мы осторожно стояли на ее вершине; я взглянул на реку, почувствовал легкое головокружение и быстро отвел взгляд.

Сосредоточив внимание на поперечном сечении опоры моста, мы обнаружили торчащую из бетона прядь темно-серых человеческих волос длиной в три-четыре сантиметра, слегка свернутую, раскачивающуюся на ветру, и серо-голубую потрепанную тряпку, покрытую пылью. Надев перчатки, Ван Мэн убрал несколько разбросанных кусков бетона, затем попытался потянуть тряпку – и покачал головой:

– Бетон слишком прочный.

Внезапно кто-то похлопал меня по плечу, и я почувствовал, как у меня от страха защемило сердце. Я обернулся. Ли Чжэн указывала куда-то рядом с моей правой ступней. Я поспешно сделал маленький шажок влево – моя левая нога достигла края, – развернулся и присел на колени. Мое внимание привлек дугообразный предмет.

– Ноготь? – спросила меня Ли Чжэн.

Я кивнул. Этот ноготь был густо покрыт грязью, и, если не приглядываться, ничем не отличался от цемента.

Волосы, тряпки, ногти… похоже, что с этой мостовой опорой действительно были проблемы. Первоочередное дело – открыть верхний слой кладки и исследовать опору. Мы обсудили это и в конце концов пришли к выводу, что своими силами точно не справимся – даже острый скальпель бессилен перед твердым бетоном.

Каждый должен заниматься своим делом, поэтому для решения этого вопроса нам следовало вызвать пожарную команду. Спустившись с мостовой опоры и воспользовавшись перерывом до ее прибытия, мы собрались провести опрос на месте, чтобы разговорить рабочих строительной бригады, обнаружившей труп.

Полицию вызвал бригадир по фамилии Ли. Это был высокий худощавый мужчина с темно-красным лицом. Слегка поклонившись, он с улыбкой протянул нам сигареты и спросил:

– Начальник, когда мы сможем приступить к работе?

Полицейский из участка замахал руками и свирепо посмотрел на него: