Сделка - Стив Кавана

если б защита отметила, что никаких пальцевых отпечатков на пистолете не обнаружено, Зейдер попросту сослался бы на заключение Портера – увяньте, ребята, стрелок предположительно был в перчатках.

Я примолк, изобразил на лице замешательство и посмотрел на судью. Дэвид уже передал мне перчатки Ящера, которые я до поры до времени припрятал под стол. Отложив отчет Портера, я поднял их на всеобщее обозрение.

– Что-то я малость запутался. Эти вот, правда, не нейлоновые, но если б на стрелке были перчатки – такие же, которые полностью закрывают кисть, – то разве вы обнаружили бы так много ПВ в образцах, взятых у него с рук? – вопросил я.

– Понимаю, к чему вы клоните, но материал мог подняться в воздух и опять осесть на руки в момент снятия перчаток.

– Вы вообще правду говорите, доктор Портер?

Судья Нокс быстро вздернул голову от своих записей, дабы нацелиться на меня крайне недобрым взглядом. Взгляд этот сказал мне, что я ступаю по тонкому льду и что лучше бы мне поскорей объясниться.

– Я только что принес присягу, – только и нашелся что ответить Портер.

– Знаю, что принесли, – просто совсем недавно в ходе своих показаний вы специально подчеркнули, что вероятность появления продуктов выстрела на руках и одежде подсудимого в результате вторичного переноса полностью исключается, я правильно понял?

Он кивнул судье, давая ему знать, что все под контролем.

– Ну, строго говоря, попадание материала на руки подсудимого в момент снятия перчаток тоже можно отнести к вторичным, но ряд специалистов все же сочтет его первичным, поскольку материал просто перемещается в пределах изначального источника.

– Старший следователь по данному делу – детектив Морган. Вы считаете его лжецом, доктор Портер?

– Естественно, нет.

– Просто детектив Морган внимательно изучил записи с камер наблюдения – в том числе дорожных – на всем пути Дэвида Чайлда с момента его выхода из квартиры до того, как он попал в ДТП. О том, что Дэвид Чайлд где-то выбросил пару перчаток, в рапорте детектива Моргана ничего не сказано. Никаких перчаток не обнаружено ни у него в машине, ни в квартире, ни при нем самом, и совершенно очевидно, что он их не выбросил, потому что это обязательно попало бы на камеры. Так что, если вы утверждаете, что стрелок был в перчатках, то тогда куда же они девались?

– Я не могу ответить на этот вопрос.

Я высоко поднял отчет Портера.

– Согласно техническим результатам вашего анализа, наряду с барием, сурьмой и нейлоном вы также обнаружили частицы резины, кожи и пластика, верно?

– Да.

– Да и в принципе высокая концентрация нейлона, резины, кожи и пластика имелась во всех образцах с кожных покровов и одежды подсудимого, верно?

– Совершенно справедливо. Да.

– Вы уже когда-нибудь сталкивались с аналогичными результатами?

– Нет, не могу сказать, что сталкивался, но окружающая среда, в которой производится выстрел, каждый раз разная. Никогда нельзя предсказать, какие вещества могут обнаружиться.

– Принимая во внимание, что вы основываете свои заключения на фактах и материальных уликах, и учитывая то обстоятельство, что никаких перчаток полиция не обнаружила, – откуда, по вашему мнению, могли взяться все эти частицы нейлона, резины, кожи и пластика?

– Боюсь, что не возьмусь строить подобные предположения.

– Это потому, что у вас нет материальных свидетельств того, где именно подсудимый мог вступить в контакт с этими материалами?

Он примолк, погрузившись в раздумья. Пробежал тонкими пальцами по подбородку – явно заподозрил что-то неладное.

– Совершенно верно. У меня нет никаких материальных свидетельств, позволяющих определить точное происхождение данных материалов.

У Портера были все основания для подозрений. Поскольку в этот момент все его показания повисли на тонкой ниточке, готовой в любой момент оборваться.

Глава 45

– Доктор Портер, взгляните, пожалуйста, на эти фотографии.

Я вручил ему пачку распечатанных стоп-кадров с дорожной камеры, запечатлевшей столкновение «Бугатти» Чайлда и фордовского пикапа.

– Можете ли вы подтвердить, что когда-либо видели их прежде?

Посмотрев на судью, Портер ответил:

– Ваша честь, никогда раньше я этих фотографий не видел.

– Обвинение и защита уже пришли к соглашению, что на них изображен именно автомобиль мистера Чайлда – «Бугатти». Видите его на снимках? – спросил я.

– Да.

– И вам хорошо видны значительные повреждения передней части данного автомобиля вследствие лобового столкновения на достаточно высокой скорости?

– Я не эксперт по ДТП, но вполне могу с этим согласиться.

– Итак, посмотрев на эти фотографии, не желаете ли вы отвести свои ранее данные показания?

– Что, простите? Я чего-то не понимаю, – растерянно проговорил Портер.

Окружной прокурор чувствовал, что я замыслил какой-то хитрый удар, только пока не мог понять, откуда он прилетит. Мне было слышно, как Зейдер перешептывается с Лопес – она, похоже, тоже не догадывалась, что я затеваю. А и неважно, пусть даже если и догадаются. Главное, чтобы сам Портер пока что не просек, откуда ветер дует.

– Вы должны быть в курсе, доктор, что обязанность свидетеля-эксперта – высказывать исключительно непредвзятые объективные суждения.

– Я в курсе своих обязанностей, но никак не пойму, в какой части вы предлагаете отвести мои показания.

– В той, в которой утверждается, что снятые с кожи и одежды Дэвида Чайлда пробы на наличие ПВ дали положительный результат, из чего следует, что он произвел несколько выстрелов из огнестрельного оружия или же находился в непосредственной близости от такового. Даю вам последнюю возможность отказаться от этих показаний, доктор.

– Нет, не вижу к тому никаких причин.

Я ненадолго примолк, кивнул. Бросил взгляд на судью.

– Взгляните на фото номер три, доктор Портер.

Тот быстро перебрал в руках пачку, нашел нужную фотку – разбитый «Бугатти» крупным планом. Совсем недавно он уже ее видел, но внимательно присмотрелся еще раз и поднял голову в ожидании вопроса.

– Еще минуту назад вы не смогли объяснить происхождение частиц нейлона, пластика, кожи и резины, которые были обнаружены на кистях рук, предплечьях, лице и одежде мистера Чайлда. Теперь можете?

Еще один быстрый взгляд на фотографию.

– Нет.

Я вздохнул, как будто это признание из Портера мне пришлось вытягивать силой – тогда как на самом деле я дал ему первую маленькую подсказку для правильного ответа.

– Доктор Портер, мы уже сошлись на том, что удар был достаточно сильным – передок машины на фотографии номер три, сделанной крупным планом, основательно разворочен. А вот если заглянуть внутрь, в салон, то хорошо видно, что как минимум три…

Он слегка съехал вниз на стуле. Прикрыл глаза. Я загнал его в угол. Теперь все его показания навеки выбиты на одном камне. Попробуй отколоть хоть кусочек – и