Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

мысли? Разве я не земная женщина? И покуда дыхание есть в моем теле, я стану твердить мои жалобы, ибо, я верю, в том нет греха перед Богом, что я люблю земного мужчину, ибо для того и создал меня Господь, и всякая праведная любовь приходит от Него» [149], – зачитала Эмма.

Когда Элейне велели забыть о Ланселоте и жить дальше, она не просто отказалась от требования, но и отвергла саму идею. В памяти всплыли учителя, которые постоянно призывали витавшую в облаках Эмму не отвлекаться на уроках, а также профессора, который советовал ей стать более организованной. Не говоря уже о друзьях, которые просили прекратить их позорить. И об Иэне, когда тот велел больше не думать про убийства. «Отчего должна я оставить эти мысли?» Усилием воли Эмма задвинула этот вопрос на задворки сознания и продолжила чтение.

Десять дней Элейна отказывалась есть и пить, пока не очутилась на грани смерти, и тогда призвала брата с отцом, чтобы дать им очень подробные и весьма жестокие инструкции: облачить ее в прекрасные одежды, уложить в лодку и отправить вниз по реке в Камелот. Также им поручили привязать к руке письмо с историей любви леди из Асталота. Когда барку заметили Артур с Гвиневерой, они пригласили Ланселота. Королева обвинила его в недостатке «учтивости и доброты», что подтолкнуло деву к смерти. Тот возразил, что не мог любить по принуждению. С чем король согласился. Даже погибнув, Элейна не сумела победить. Но она хотя бы поведала свою историю, записанную слово в слово, как завещала.

Закрыв книгу, Эмма задумалась. Ей всегда казалось странным включать подобную легенду в сборник о жизни великих рыцарей. Поступок девушки мог расцениваться как желание отомстить: Ланселота запросто могли обвинить в поругании чести, несмотря на заявление о непорочности девы. Ее письмо послужило бы достаточным доказательством. Но также оно содержало историю о женщине, которая пошла против ожиданий от леди ее статуса. Героиня Мэлори отличалась от отчаявшейся затворницы Теннисона и прерафаэлитов. Она сама сделала предложение Ланселоту и отказалась от попыток откупиться, после чего настояла на том, чтобы поведать свою историю, невзирая на цену для себя и окружающих. Леди из Шалот Теннисона умерла в надежде увидеть мир, пусть даже на мгновение. Эта же версия Элейны погибла, заставив мир увидеть ее.

Эмма бросила взгляд на часы и выругалась, когда поняла, что уже приближалось шесть часов вечера и день потрачен зря. Она поспешно убрала бумаги со стола, положила том Мэлори в пакет, распахнула дверь кабинета и взвизгнула. Сидевший на корточках за порогом парень запнулся, вставая, но, к счастью, уперся в стену напротив и не упал. Малкольм, подопечный Рори, таращился на профессора Райли и тяжело дышал. В одной руке он сжимал лист бумаги, который смялся при незапланированном отступлении.

– Я просто хотел подсунуть записку вам под дверь. Думал, вы уже ушли домой, – выпалил едва разборчиво студент, еще пытаясь отдышаться и вернуть равновесие. Затем скомкал послание в кулаке. – Извините.

– Все в порядке. Я сегодня немного нервная.

Малкольм понимающе кивнул.

– Я знал их – Сару и Филиппу. Они обе были очень хорошими.

Столь незамысловатая эпитафия двум оборванным жизням.

– Сочувствую. Тебе, должно быть, сейчас тяжело. – Несколько секунд они постояли молча, прежде чем Эмма спросила: – Малкольм? Ты хотел обсудить со мной свой проект?

– Нет, нет, – вскинул на нее глаза студент. – Я его пока отложил. Может, еще вернусь позднее, но… Просто… Не могу… Моя работа слишком сырая. Я пытался сообщить Рори… – Он осекся и смущенно поправился: – Профессору Тэмблину, но он очень занят. – Паренек неловко переступил с ноги на ногу. – Поэтому я и решил бросить курс профессора Джейкобс. Он оказался… В любом случае мне хотелось оставить вам записку с благодарностью. Ну, типа, что я ценю вашу помощь… И что вам не нужно за меня беспокоиться.

– Я понимаю. Все сейчас не в лучшей форме. Дай мне знать, если передумаешь.

– Может… – Малкольм на прощание то ли кивнул, то ли пожал плечами. – Не обращайте внимания. – Затем засунул в карман темно-синего рюкзака смятый листок, который еще держал в руке, и развернулся, чтобы уйти. Однако сделав пару шагов по коридору, остановился и сказал, не глядя на Эмму: – Надеюсь, убийцу скоро поймают.

– Я тоже, – тихо согласилась она, сомневаясь, что студент ее услышит, а когда тот исчез за углом, перепроверила в новой сумочке наличие кошелька, телефона и ключей, после чего заперла дверь кабинета.

На электронных часах в коридоре горели ярко-красные цифры: 5:52.

* * *

Эмма опоздала на встречу и, тяжело дыша, влетела в кофейню, заполненную скучающей молодежью в очках с темной оправой и в футболках с ироничными надписями. Бородатый бариста возвышался за прилавком перед огромной доской, на которой разноцветными мелками были выведены названия полудюжины дежурных напитков заведения, каждый с каламбуром. Атмосфера царила непринужденная, а количество посетителей не отталкивало. Не говоря уже о витавшем в воздухе кофейном аромате. Стены украшали картины местных художников со всегда свежими изображениями обнаженных фигур, выполненных в стиле импрессионизма, а также акварельные натюрморты с фруктами. С потолка свисали лампочки без абажуров, освещая помещение, заставленное разномастными стульями, грубо вытесанными столами и потертыми диванчиками.

Эмма заметила несколько знакомых по занятиям лиц и натянула на лицо приветливое, но профессионально отстраненное выражение. Однако, прежде чем на нее кто-то обратил внимание, ее взгляд перехватил Рори, сидевший рядом со стойкой, и махнул, указывая на отдельную кабинку у дальней стены, где расположились Чарли, Найалл и Кэролин. Эмма благодарно кивнула и присоединилась к ним, заняв свободное место. Все уже купили напитки и выпечку. На диванчике напротив устроились профессор психологии с помощницей декана, а сотрудница газеты сидела на стуле во главе стола. Перед ней лежал конверт, который она собственнически придерживала. Никто ничего не говорил.

Вскоре появился Рори, опустился на диван возле Эммы и улыбнулся, ставя перед ней американо, однако почти сразу посерьезнел.

– Принес тебе как обычно.

– Спасибо, – слабо улыбнулась она в ответ.

– Нас с профессором Тэмблином допрашивала полиция, – без преамбулы объявила Кэролин, как только начальник сел. – Мы встретили твоего детектива.

– Иэна? – напряглась Эмма.

– Во плоти, – откликнулась помощница декана. – Он держался очень профессионально.

– А выглядел как? – поинтересовался Найалл, явно заметив выражение ее лица, будто умолявшее расспросить о подробностях.

– Высокий блондин, довольно стройный. Потрясающие глаза.

Рори фыркнул.

– Они с напарником задали несколько вопросов. Обе студентки учились на направлении «изобразительные искусства». Вот детективы и пытались установить взаимосвязь.

– А еще они интересовались нашим алиби, – добавила Кэролин.

– Полагаю, они