Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

– слезы, боль сердечная, боль физическая и то, что стало причиной первой фуги. Убрав фотографию в самый низ стопки, она продолжает поиски и наконец находит нужное. Материал, который написала Кэт вскоре после появления в редакции. Весь текст исчеркан красной ручкой Вивьен, вытатуирован крестиками и заглавными буквами: «ГДЕ ОРФОГРАФИЯ?» и «БРЕД!». Все эти комментарии напоминают ей что-то. Ах да: сцену ссоры родителей Стеллы у церкви. Вот ее разъяренная мать кричит: «Она жила ради твоего одобрения, а ты лишь критиковал!» Отец обеспечил дочери безбедную жизнь, но развил в ней комплекс неполноценности, и весь внутренний негатив она обратила на конкурентов-блогеров. В итоге это привело к смерти Стеллы. Перечитывая собственные ремарки, Вивьен понимает, что по-своему троллила Кэт. Только теперь, глядя на материал, она видит некую изюминку и непринужденный стиль, облегчающий чтение. Но все это было в тексте и до комментариев Вивьен; а несли ли эти комментарии вообще что-нибудь хорошее? Сникнув, Вивьен ощущает горький стыд. А она-то считала себя вдохновляющей наставницей – да, жесткой, но только потому, что она хотела замотивировать Кэт. Но на самом деле Вивьен перебарщивала с критикой на каждом шагу, вбивала в голову Кэт собственное чувство несостоятельности и подрывала уверенность младшей коллеги. Кэт наверняка с трудом держалась до конца рабочего дня, а потом ей еще приходилось в одиночку заботиться о малыше.

* * *

Назавтра Вивьен сидит за столом и смотрит, как коллеги деловито снуют вокруг нее, пакуют в картонные коробки старые журналы для портфолио, бесплатную косметику и письменные принадлежности.

– Не взглянешь на этот «материал»? – спрашивает главный и кладет перед ней лист бумаги, подмигивая с очарованием солиста из бойз-бэнда ранних девяностых.

– Конечно, – с легкой улыбкой отвечает она, переворачивает его резюме и лихо исправляет орфографию и пунктуацию.

Даже в самых диких фантазиях Вивьен не предполагала, что будет помогать Дэмиану с поиском новой работы. Но в один из вечеров на прошлой неделе она застала его в полной панике и неожиданно прониклась к нему сочувствием.

Он объяснил, что это резюме для конкурирующего издания, но из-за недиагностированной дислексии ему трудно писать в официальном стиле. Его «творческий ум» (как он выразился) без проблем справлялся с объявлениями и макетами для журнала, но впал в истерику из-за простого резюме. Вивьен, к своему удивлению, предложила помощь. Она ожидала от себя зависти, яда, ведь сама не получила ни единого отклика на разосланные резюме, но почему-то так и не испытала гневных чувств. Она даже задумалась, не станет ли закрытие журнала поводом попробовать что-то новое в жизни. Да и что плохого в помощи коллеге?

Вернув Дэмиану резюме и получив за старания второе подмигивание, она проходит мимо стола Кэт. Пока остальные члены команды, наспех состряпав последние тексты, собирают вещи на столах и распечатывают сопроводительные письма, Кэт все еще по горло занята работой: ни на секунду не отрываясь от монитора, упорно набивает на клавиатуре строчки.

– Кэт, можно тебя на пару слов? – спрашивает Вивьен.

– Я почти закончила, – отвечает Кэт, по-прежнему глядя в экран. – Помню, что обещала сдать текст сразу с утра, но, может, вас устроит в час дня?

– Устроит. Но дело не в тексте. Сходим в кафе, подышим свежим воздухом? – предлагает Вивьен.

В кафе Вивьен платит за свой чай, кофе для Кэт и щедрые куски шоколадного торта на двоих.

– Все в порядке? – Кэт держит руки на коленях, не прикасаясь ни к кофе, ни к торту.

– В порядке… Ну… настолько хорошо, насколько это возможно, – отвечает Вивьен, берет нож и аккуратно разрезает торт пополам. – Ты много работала на этих выходных?

– Не очень. Вчера по магазинам ходила.

– Вообще-то, я видела тебя… с Чарли, – ровным голосом произносит Вивьен.

– Чарли? – бормочет Кэт, застигнутая врасплох. – Он… он… Уверена, вы все поняли, Вивьен. Он – мой сын.

Ее только что поймали на двухлетней лжи, но Кэт все равно не может сдержать гордой улыбки при слове «сын». И Вивьен – тоже. Кэт есть кем гордиться: у нее идеальный маленький шалопай. Безрассудный укротитель Бэт-самоката и безжалостный метатель паутины.

– Простите, что я не рассказала вам о нем, – говорит Кэт. – Я не ожидала получить эту работу; потом поклялась, что расскажу все в первый же день, но возможности так и не представилось, потому что…

– Потому что я была злобной коровой, – заканчивает Вивьен.

– Я не к этому вела! – ахает Кэт, поднося руку ко рту.

– Но это правда, – вздыхает Вивьен. – Это мне следует извиняться. Я ужасно с тобой обращалась последние два года.

– Не нужно извиняться, – говорит Кэт. – Вы многому меня научили. Я просто надеюсь, что скоро найду другую работу.

На лице Кэт появляется такое беспокойство, что Вивьен невольно тянется к ней и касается ее руки.

– Тебе нужна помощь с Чарли?

Вопрос, кажется, запоздал на два года.

Тут в глазах Кэт появляется влага, и происходит нечто странное: Вивьен не чувствует привычных разочарования и гнева при виде ее слез. Ей просто грустно. Она достает из сумки салфетку и протягивает ее Кэт.

– Моя мама умерла незадолго до рождения Чарли. Его отец в Австралии. Одна моя подруга, которая воспитывает маленькую дочку, забирает Чарли к себе, когда я на работе, но и она уже вскоре переезжает, а я задолжала за аренду…

– Вдохни поглубже, – наставляет Вивьен.

– Простите! Я знаю, вы не любите, когда я плачу на работе, – бормочет Кэт.

– Но мы же не на работе, правда? Да и повод поплакать действительно есть. Не то что там закрытие старого, никому не нужного журнала.

Кэт смотрит на Вивьен и улыбается.

* * *

– Она работала у меня два года и ни разу не упомянула, что она мать, – говорит Вивьен, шагая по тротуару.

– Хм, вот так странность, – бормочет Тристан, шагая рядом с ней.

– Есть что сказать по этому поводу? – Вивьен внезапно останавливается и поворачивается к нему лицом.

– Ну… надо признать… Когда мы впервые встретились, ты показалась мне не самым отзывчивым человеком, хотя теперь я знаю, что это не так, – говорит Тристан, глядя себе под ноги. – Кэт, должно быть, не чувствовала, что может тебе довериться, и я ее понимаю.

После похорон Стеллы Вивьен расспросила Тристана о его навыках и о том, разбирается ли он в создании блогов. Он признался, что разбирается, и она уговорила его встретиться с ней в следующее воскресенье в уютном маленьком кафе недалеко от Ватерлоо. Правда, она всего-то надеялась на консультацию с IT-специалистом, причем бесплатную, но получила даже сверх того.

Когда он в заляпанной футболке, откидывая с лица немытые волосы, ввалился в «Кафе блё», элегантно одетые дамы